От этой новости у меня вытянулась физиономия.
Глава крепости Захари?
Этого человека я никогда не видел, но понимал, что просто так Захари не собирался бы на арену. И вряд ли он придёт посмотреть на Афродиту — она ведь выступает не впервые. Значит, глава Захари — это и есть то самое руководство, которое хочет посмотреть на Прометея и его пилота.
— Ты понял меня, Терехов? — с напором переспросил Равен. — Только попробуй поддаться Саваж из-за внезапного благородства. Это арена для определения сильнейших, а не детская песочница. Тебе ясно?
— Ясно, — кивнул я.
— Я тоже не буду ему поддаваться! — вдруг веско произнесла Саваж.
На это учитель улыбнулся.
— Об этом я знаю, поэтому ни о чём тебя и не прошу. Нокаутируй пацана, как ты умеешь, Саваж. На всю мощь.
— Не сомневайтесь, учитель. Я на нём живого места не оставлю.
Она тоже заулыбалась — зловеще так, до жути.
Похоже, её моральный дух в эту минуту взлетел, как от волшебного пинка, и просто зашкалил! Даже специальных методов не понадобилось!..
* * *
Центральная арена была заполнена зрителями до отказа.
Просто битком!
Желающих посмотреть на бой Афродиты и Прометея собралось столько, что не всем хватило места. Явились не только студенты, но и взрослые. Учителя, работники лабораторий, ремонтных цехов, зоопитомника, культурного центра. Мне показалось, что сюда пришли все выжившие обитатели крепости.
Я и Саваж уже загрузились в своих титанов и сейчас стояли у выхода на арену.
Ждали, когда откроются ворота.
Порой Афродита поворачивала голову и смотрела на меня своими розовыми оптическими кристаллами. Саваж нервничала.
— Ты лучшая, и никто этого у тебя уже не отнимет, — негромко сказал я через динамики Прометея.
Афродита сжала кулаки и глубоко вдохнула. Послышался легкий хруст её биосинтетических мышц.
— Спасибо, Прометей, — так же тихо ответила она.
В этот момент ворота медленно открылись, и мы отправились на арену.
Оказалось, что никакой звукоизоляции между зрителями и бойцами нет, поэтому я сразу же услышал, как завопили трибуны.
Зал бесновался от восторга и предчувствия невероятного зрелища, а ведь мы ещё даже не начинали. Только вышли.
Стекло перед трибунами задрожало.
И пока я вместе с Саваж шёл к месту нашей схватки, зрители начали скандировать:
— ПРО-МЕ-ТЕЙ! ПРО-МЕ-ТЕЙ! ПРО-МЕ-ТЕЙ!
Они не кричали «Афродита».
Они кричали «Прометей».
А из прошлого опыта я отлично помнил, что здесь, на центральной арене крепости «Симона», зрители поддерживают и скандируют только имя того титана, который точно должен проиграть.
— ПРО-МЕ-ТЕЙ! ПРО-МЕ-ТЕЙ!
Трибуны продолжали скандировать.
Зал просто гудел!
Я и Саваж разошлись по разные стороны арены. Не знаю, о чём сейчас думала Саваж, но лично для меня этот бой казался неправильным.
Во-первых, разница в рангах действительно была огромная. МР-один против МР-три — это совершенно разный набор в лимбе, разная подготовка и уровень мастерства.
А во-вторых, на что тут можно было смотреть? На то, как Афродита кладёт Прометея на лопатки за полминуты?
Чёрт возьми, у Саваж имелось пятьдесят пять ключей Мастерства, а у меня — три.
Три!
К тому же, я уже сегодня использовал один ключ — Великий Огонь, и теперь можно было о нём забыть, потому что этот сверхсильный и редкий ключ обновлялся раз в сутки.
Так что оставалось надеяться на ключ Импульсная Воронка — это был базовый атакующий ключ, и он заряжался намного быстрее, хотя скорость зарядки тоже зависела от ранга.
Имелся ещё ключ Влияние Генома, но что именно он умел, кроме как сливаться с Прометеем в более крепком силовом контакте, я пока не изучил.
Так что у меня, по сути, был только один ключ.
Один против пятидесяти пяти.
Нет, сдаваться я так просто не собирался, но и в чудеса не верил — мы не в сказку попали. Мне, конечно, позволили взять моё импровизированное оружие — ту самую арматурную трубу, вырванную из Восточной стены. Однако шансы на победу у меня всё равно оставались на уровне плинтуса.
Зрители это тоже понимали, поэтому продолжали поддерживать меня, а не Афродиту.
— ПРО-МЕ-ТЕЙ! ПРО-МЕ-ТЕЙ! — вопили они.
Единственное, что могло меня спасти — это правило равного боя: соперники могли использовать только один навык одновременно друг с другом. То есть, если я буду применять один атакующий ключ, то Саваж тоже может использовать не больше одного. То же самое касалось оружия или силовых полей.
Это уравнивало шансы бойцов с разным МР.
К тому же, по правилам арены, титаны перед боем должны были поприветствовать друг друга особым поклоном.
Саваж сделала это первой, на правах более сильного бойца. Её Афродита поднесла правую ладонь к груди — к тому месту, где располагалось вторичное сердце, а если иначе, то Эхо-Реактор. Мощнейшая штука, создающая Оружие Мастеров Эхо.
Затем был поклон. Не низкий, но уважительный.
В ответ я сделал то же самое: поднёс правую ладонь Прометея к Эхо-Реактору и поклонился. В момент поклона оружие нельзя было доставать или создавать.
Что же насчёт моей арматурной трубы, то сейчас она торчала из-за спины Прометея. Учитель Патель специально попросила техотдел сделать удобные автозажимы, и мы вместе установили их на Прометея, чтобы ему удобно было носить оружие с собой и легко выхватывать его из-за спины.
— Готов? — прозвучал голос Саваж в моём наушнике.
— А ты? — спросил я, тоже в наушник.
— Готова. Но чем бы ни закончился бой, знай, что между нами ничего не изменится.
— Я и так это знаю.
— Ну что ж, маг-зеро Терехов… тогда извини!..
Саваж первой бросилась в бой.
Аккуратничать и жалеть меня она не собиралась, поэтому в руках Афродиты сразу создала своё любимое Оружие Мастеров Эхо — меч и щит, вспыхнувшие белым светом Высокого Эхо.
Я успел выхватить из-за спины трубу.
Правда, больше ничего не успел. Ни активировать световые клинки глефы, ни уйти от атаки.
Афродита совершила быстрый выпад и отработанным ударом рубанула меня по правому плечу. Оружие я удержал, но тут же получил ещё один удар мечом по голени.
Прометей вздрогнул от боли и пошатнулся влево. Сам я тоже ощутил боль в ноге.
Похоже, Саваж решила победить в первую минуту боя. Она кинулась на меня с такой яростью, будто хотела взять реванш за прошлый проигрыш на этой самой арене и доказать всем, что Афродиту нельзя списывать со счетов.
— ПРО-МЕ-ТЕЙ! ПРО-МЕ-ТЕЙ! — продолжали