Я вздохнул и пошел в рецептурный отдел. Надо работать. Зря я столько денег отдал за ингредиенты, что ли? Мне кровь из носу нужно до вечера сварить зелье, защищающее от ментальной магии. Чует сердце, оно мне сегодня понадобится.
* * *
Черная представительская машина с дипломатическими номерами, забирающая меня от ворот двора-крепости, произвела среди односельчан настоящий фурор. Сначала ее появление породило некоторую интригу, отчего на балконы высыпали соседи, вооружившиеся пивом и кулечками с семечками. А когда вышел я, в пиджаке, в белой рубашке и в надраенных туфлях, раздался лишь завистливый вздох. Впрочем, когда водитель вышел, чтобы открыть мне дверь, вздох превратился в стон.
— Вот проклятье, — процедил я, мягко покачиваясь на белой коже сидений. — Надо было в другом месте машину поставить. В моем дворе ведь нормальные русские люди и нелюди живут. Если у соседа дом сгорел, они с себя последнюю рубашку снимут. А если он потом в два этажа отстроился, то они же этот дом и сожгут. Ибо нечего от коллектива отделяться. Тьфу!
Мы переехали на правый берег, и совсем скоро машина остановилась рядом с гостиницей «Бристоль», что на Большой Магической. Очередь, выстроившаяся на противоположной стороне улицы, по-прежнему жаждала быстрого питания. Причем жажда эта была настолько сильна, что люди готовы были стоять по пять-шесть часов. Четырехрукие мутанты из «Быстро и бочки» выдавали заказы с неимоверной скоростью, а сбоку от ресторана облезлая автоцистерна с надписью «Кола-на» перекачивала живительную влагу внутрь заведения с помощью толстого гофрированного шланга. Надо полагать, о доставке фасованных напитков речь даже не идет.
— Скоро они туда трубопровод проложат, — удивился я и пошел вслед за водителем, который смотрел на меня взглядом, спорящим по выразительности с замороженным минтаем.
Президентский люкс — это и в Воронеже президентский люкс. Номер из трех комнат наполнен потертой мебелью с претензией на шик. Потолок сверкал хрусталем люстры, а все, что можно, заклеено пенопластовой лепниной. В общем, бездна вкуса. Все, как я люблю.
Госпожа атташе не заставила себя долго ждать. Она появилась минут через пять, одетая в черное платье до земли, обтягивающее точеную фигурку как перчатка. Я всматривался в идеально гладкое лицо и пытался найти следы того почтенного возраста, что она мне озвучила. Не находил. Ей лет двадцать, не больше. Только глаза не соответствуют возрасту. Они слишком мудры и усталы.
— Госпожа, — поклонился я. — Приветствую вас.
— Ты не пытаешься делать комплименты, — усмехнулась она. — Это хорошо. Ты умен, снага.
— Я Вольт, — сказал я. — У меня есть имя. Вы хотите что-то мне предложить. Так давайте начнем с малого, с имени.
— Вольт, — кивнула она с некоторым усилием. — Я хотела бы предложить тебе службу…
— Сразу нет, — ответил я, чувствуя, как мой мозг мягко тронула чужая воля.
— Но почему? — удивилась она. — Ты даже не выслушал мое предложение.
— Я не стану никому служить, — отчеканил я. — Ни за какие деньги. Стать похожим на вашего водителя? Увольте!
— Мы можем оговорить срок контрактом, — мягко промурлыкала она, впившись в меня пристальным взглядом и обволакивая облаком странного опьянения. В голову снова настойчиво полезло какое-то щупальце.
— Всего хорошего, мадам! — сказал я, подходя к двери. — Не интересует.
— Да как ты смеешь? — она даже рот приоткрыла в возмущении. — Я тебе предлагаю великую честь. Ты не понимаешь, от чего отказываешься!
— Понимаю, — ответил я. — Более разумные предложения будут?
— Хорошо, — сказала она, едва сдерживая гнев. — Тебе все-таки придется меня выслушать, странный снага по имени Вольт.
— Да? Почему бы это? — удивился я, и она взглядом показала на мои ноги, которые как будто приросли к полу. Шевельнуть ими я не мог. — Так у нас разговор не состоится.
— Я готова нанять тебя, — поморщилась она, поняв, что в моей башке стоит какая-то защита. — Ты пойдешь со мной в Хтонь. Мне нужно кое-что добыть.
— Только если узнаю весь расклад, и не раньше, — спокойно ответил я. — Втемную я играть не стану. Вы выкладываете все, а потом оговариваем оплату. Если мы сходимся в условиях, то заключаем сделку. Если нет, то просто расстаемся, довольные друг другом. А потом вы мне подскажете легенду, которую я изложу жандармскому ротмистру, что за вами приглядывает. Он должен будет узнать, о чем мы с вами тут говорили. И снимите заклинание, которое держит мои ноги. Я вам не слуга, мадам. У нас с вами идет обычный деловой разговор. Убить вы меня можете, но давить на меня у вас не получится. Так что убавьте пафос, ваше обаяние на меня не действует. Вы, безусловно, женщина довольно симпатичная, но по какой-то необъяснимой причине желания вызываете не больше, чем вон тот торшер.
— Это было не плану, — неслышно, одними губами произнесла она по-авалонски, но я ее понял. — Как он это делает?
— Итак? — спросил я, а когда ноги обрели способность двигаться, добавил. — Ну вот, видите, мы уже начинаем приходить к взаимопониманию. Мой первый вопрос. Сумма?
— Сто тысяч, — ответила она, не раздумывая, а я сел в кресло. Ноги не держали.
— Кого нужно за это убить? — искрометно пошутил я.
— Хозяина Хтони, — не оценила шутку она. — Мне нужно его тело. Все, до последнего волоска. Как он выглядит, кстати? Ты говорил, что знаешь его.
— Он выглядит так, как хочет, — сказал я. — Хтонь — это место его силы. Он может там плавать, бегать или летать. Он и есть сама Хтонь.
— Он силен, — Инвитари растянула губы в счастливой улыбке. — Надо же. Не ожидала подобной удачи. Я ведь заходила в лес, но засечь его не смогла, как ни пыталась. А вот он меня видел. Я это знаю точно. Странное ощущение, как будто несколько глаз одновременно смотрят.
— Это птицы, — придумал на ходу я. — Хозяин может видеть их глазами, если захочет.
— Вот даже как? — неприятно удивилась она, скривив в гримасе прекрасное лицо. — Я не знала, что он силен настолько. Прямо как единорог из