— Гляди. От аула тропа идет вниз к сухому руслу. Потом уходит к ореховой балке. Там старый брод, сейчас воды в нем почитай и быть не должно. За бродом еще по тропе нужно прилично проехать, и выйдем тогда к месту стоянки. Я слышал, как Бажецук с отцом о нем говорила. Встреча должна быть там, поутру.
— Ты уверен?
— Не полностью, — скривился Остап. — Краем уха слушал. Но другого места рядом нет, где обоз развернуться сможет. Больно уж оно для встречи подходящее.
Я посмотрел на его корявую схему.
Выходило, если Остап не ошибся, обоз мог подойти со стороны старой тропы, а люди Бажецук спуститься из леса. С одной стороны сухое русло, с другой заросли орешника и камни. Для засады место тоже неплохое.
— Меня что-то во всем этом смущает.
— Понимаю, — кивнул Остап. — Не тебя одного. Потому нам и нужно прийти туда раньше. Разведаем все и подготовим место для засады.
— Ночью скакать будем?
— Если всю ночь идти ходко, то уже к утру будем на месте. А это целый день еще в запасе до их ночной встречи. Так что за то не волнуйся.
Я потер переносицу. Усталость наконец дала о себе знать. Я уже и сам забыл, какие сутки у меня пошли без нормального отдыха. То в седле и дороге, то чужие проблемы решать приходиться, то свои. А тут еще сегодня новостей навалило с гаком. Хрен разгребешь такую кучу. Сейчас бы послать Остапа к лешему вместе с его шашками и Лисичкой. Но нельзя. Похоже, покой нам только снится.
— Моих бы предупредить. Я им велел на месте сидеть, но не уверен, что послушают. Еще сюда сунутся, а меня тут и нет.
— Вооот, — Остап поднял указательный палец. — Сокол твой и предупредит. Ты ж парень грамотный, а Туров вроде читать умеет.
Я кивнул.
— Напишешь ему записку, к лапе Хана привяжешь и отправишь. Думаю, он получше иных почтовых голубей справится.
— Я его чувствую только верст на пять. Может, на шесть. Дальше связь между нами обрывается.
— А ты попробуй, — усмехнулся Остап. — Уж объяснить кого найти надо, ты ему сможешь, Турова он всяко знает. Ну и напиши просто, чтобы они к нам на помощь отправлялись, только с собой чтобы никаких дополнительных отрядов не приводили, а то вспугнем супостата, сделка сорвётся и у нас ничего не выйдет. Куда им идти подробно объясним. Так сумеешь сделать?
Я задумался. Остап тем временем подхватил лежавшее неподалеку полотенце для рук и тщательно стер накарябанный углем план местности.
— Устроим засаду заранее, — продолжал излагать свой план Остап. — Постараемся спровоцировать заварушку, чтобы значиться русские предатели из обоза и лисичкины бойцы друг в друга палить начали. Ну а мы в этой суматохе попробуем уже и свои задачи порешать.
— Ну-ка расскажи, Остап, какие именно задачи ты собрался решать?
— Ну гляди, во-первых, — загнул он большой палец на правой руке, — нужно забрать мои вороньи шашки, ежели, конечно, те там окажутся.
— Во-вторых, — продолжил он, загибая второй палец, — мы сможем накрыть людей графа Рубанского с поличным. Ежели сладиться, то и главаря этого отряда в плен взять попробуем, ну а потом разговорим. После такого графу отвертеться будет сильно не просто. Как ни крути, а это преступление, еще и во время войны, тут понимать надо! Государственной изменой попахивает!
— И в-третьих что-то имеется? — уточнил я, заметив, что Остап загнул третий палец, но ничего не сказал, задумавшись.
— В-третьих… — Остап вздохнул. — Мне нужно лично поговорить с Лисичкой, я уж как-то постараюсь ее переубедить в войне не участвовать. Если она и правда собралась мои шашки отдать, то не уверен, что выйдет, но по крайней мере попробовать-то я должен.
— Допустим. Только если человек графа попадет, к примеру, к Солодову на дознание, тот все выкрутит и перевернет с ног на голову. Лучше передать пленного штабс-капитану Афанасьеву. Если удастся, конечно.
— Ну раз надо, Гриша, то надо, я же не против. Естественно, Солодову свидетеля передавать смысла нет, то и ежу понято. Так что если ты знаешь, как доставить его к Афанасьеву в Ставрополь, — он дождался моего кивка, — то так и нужно поступить.
— В целом вроде неплохой план, — согласился я, — звучит, конечно, он больно рискованно и белых пятен еще много, но разве нас когда-нибудь риск останавливал?
Остап довольно рассмеялся, снова потянулся к вину, отхлебнул и даже немного закашлялся. Потом хлопнул меня по плечу и подмигнул заговорщицки:
— Как думаешь, Гриша, ежели нам удастся такую сделку сорвать, да еще и до кучи утопить Рубанского, то за такой подвиг удастся выхлопотать мне помилование?
КОНЕЦ ВОСЬМОГО ТОМА. Продолжение здесь: https://author.today/work/582761