— Меня зовут… э… София.
Я посмотрела на Райана, и он кивнул.
— Здравствуйте, София. Чем могу быть полезна?
— Э… я принесла вам кое-что. Можно спросить, как Кайл?
— Кайл? — в её голосе звучало искреннее удивление.
А я паниковала. От волнения лоб взмок.
— Да. Ваш сын. Ему ещё нужна операция?
Молчание, затем:
— Кто вы?
— Я уже представилась. Я знала… знаю Райана Финча. Перед смертью он обещал вам вернуть кольцо. — Я быстро достала коробочку и поставила перед ней на стол. — Вот оно. Он попросил меня передать вам его.
— Подождите. Как бы он это сделал, если он погиб, так и не приземлившись?
Сначала я хотела сочинить историю, но взглянув на Райана, вдруг поняла, чего он хочет, и сказала то, чего вовсе не собиралась делать.
— Он… сейчас здесь, Нэнси. Здесь, с нами, в этой комнате.
— Я… не понимаю.
Теперь я ждала помощи от Райана. «Скажи же что-нибудь», — молил мой взгляд.
— Я был говнюком. Ты правильно сделала, что ушла от меня, — говорил он, а я передавала. Слушая это, Нэнси мягко улыбнулась. Я продолжала переводить: — Помнишь тот день, в Египте, когда ты решила, что я отправился развлекаться с местными девочками? Так вот, я уснул на пляже, и моими девочками стали черепахи.
Нэнси прыснула. В уголках её глаз заблестели слёзы.
— А первое слово Кайла? Помнишь, да? Он сказал «пепперони», и мы решили, что он хочет колбасы, а на самом деле он просил нас — «переверни». Страницу книги.
— Боже, — прошептала Нэнси.
— Я хочу знать, что с Кайлом всё хорошо. Я не смог вернуть кольцо, не успел перевести денег, но если что-то нужно, ты всегда можешь продать это кольцо.
Нэнси открыла коробочку и некоторое время смотрела на кольцо.
— Его прооперировали. Но новость о твоей гибели привела его в ужас. Требуется повторная операция, и это кольцо очень кстати.
Вдруг Райан схватился за голову, и я испуганно посмотрела на него. Нэнси заметила мой взгляд, и с тревогой спросила:
— Что такое?
— Не знаю. — Взяв себя в руки, я сказала: — Надеюсь, у вас всё будет хорошо. И Кайл поправится. Можно я напишу вам, чтобы узнать, как Кайл?
— Да, конечно! — Нэнси протянула мне визитку. — Здесь всё: номер телефона, электронная почта, соцсети. Спасибо вам большое. — И она крепко обняла меня.
А Райан в это время стал совсем прозрачным.
Глава 34
Попробуйте не плакать
Машины проносились мимо, шины плюхались в лужи, создавая своеобразный шум. Чемодан стоял у моих ног. Не знаю, зачем отпустила таксиста. Всё кончено. Нэнси получила кольцо, а я должна была возвращаться домой.
Только Райан пока никуда не делся. Он стоял слева, едва заметный, прозрачный, но я его всё ещё видела и отчётливо слышала.
— Ты не уедешь, пока не увидишь одно место, — сказал он без прежних эмоций. Голос был отсутствующий, но всё ещё тёплый.
— Какое ещё место, Райан? — я приложила к уху телефон, делая вид, что говорю по телефону, а не сама с собой.
— Раньон-каньон. Ты ведь должна что-то увидеть напоследок. И пока я ещё здесь, хочу показать…
— Ладно, окей. — Я махнула рукой. Такси остановилось. — Раз ты так хочешь.
Мне пришлось проделать длинный путь. Поехала в аэропорт, купила билет и сдала чемодан в камеру хранения. Вылет у меня был почти в семь утра. Время убить надо, и я отправилась туда, куда хотел Финч. Каждая секунда, проведённая с ним, была как последняя. Я не знала, когда это случится, но почему-то ждала с минуты на минуту.
Такси доставило меня к подножию Раньон-каньона. Водитель ещё раз переспросил адрес, посмотрев на тёмную тропу впереди так, будто сомневался в моём здравомыслии. Райан сказал, что я приехала куда нужно, и я с уверенностью передала это таксисту.
Город шумел где-то далеко, словно за закрытой дверью. Я подняла голову. Узкая тропа уходила вверх между кустарниками и тёмными склонами. Где-то наверху мерцали солнечные лучи.
— Ты уверен, что здесь безопасно?
Рядом едва заметно колыхнулся воздух.
— Будь уверена.
— Раз ты говоришь…
Мы пошли вперёд. Подъём оказался круче, чем выглядел снизу. Под ногами поскрипывал гравий, солнце ложилось на плечи тяжёлым теплом, сердце билось неровно — усталость ни причём, это от мысли, которую старалась не трогать.
Я шла молча, потому что любое слово могло вызвать боль.
Когда мы поднялись наверх, я замерла почти не дыша.
Передо мной лежал весь город.
Лос-Анджелес растянулся до горизонта светлой дымкой, дорогами, домами, блеском стекла и далёкой синевой океана. Смахивало на декорацию. Дух захватывало!
— Правда красиво?
Я сглотнула.
— Да… Это потрясающе, Райан. Спасибо.
— Загадай желание. Оно исполнится, вот увидишь.
— Вряд ли. Моё желание не может исполниться.
— А ты попробуй.
— Ладно. Но только потому что ты просишь.
Райан улыбнулся, и я закрыла глаза. Ветер мягко коснулся лица, я представила, что это руки Райана. Уголки моих губ дрогнули. Я не стала прямо желать того, чего хотела. Просто попросила силы, которые находились на этой вершине, принести мне хорошие вести. В ту же секунду почувствовала себя глупо и открыла глаза. Сквозь прозрачную грудь Райана я видела небо.
— Как бы ни сложилось, я рада, что побывала в этой стране. Мне, наверное, стоит поблагодарить тебя за это путешествие, Райан.
Я не смотрела на него. Взгляд был направлен на город, но когда решилась посмотреть на него, на глаза навернулись слёзы.
— Я не хочу, чтобы ты исчезал.
— Что будешь делать, если не исчезну?
Я пыталась шутить.
— Тогда у меня появится друг. И ни у кого такого не будет.
— Я буду смотреть на тебя раздетую каждый день.
Мои щёки вспыхнули.
— Хорошо. Смотри, если это доставляет тебе удовольствие.
— Буду надоедать советами.
— Договорились.
— Я испорчу все твои свидания.
Наконец, я рассмеялась.
— Если ты останешься, у меня не будет свиданий.
— Так нельзя. Ты должна жить, — серьёзно сказал Райан. — Должна найти любовь, выйти замуж. Должна построить карьеру, завести много друзей. София, у тебя столько всего впереди.
— Мне тридцать два, Райан. О чём ты говоришь?
— В тридцать два ещё можно родить ребёнка. Просто сядь вот сюда, — он провёл по мне руками, они прошли сквозь тело, но я села, будто он сам подтолкнул. — Умница. Теперь скажи, что ты сделаешь первым делом, когда вернёшься домой.
— Приведу квартиру в порядок. Потом… надо будет найти работу. У меня было три работы. Одну потеряла у тебя на глазах. С двух других тоже, наверное, турнули. Только