Я смешала сахар с водой и добавила щепотку ванили. Пока сироп томился, приготовила желатин, замочив его в холодной воде. Агар-агар в этом мире, увы, скорее всего, еще не изобрели. Но желатин тоже мне вполне подходил.
Готовый сироп я тонкой струйкой влила во взбитые белки, продолжая непрерывно взбивать. Затем добавила набухший желатин и еще немного ванили. Масса получилась однородной, воздушной и очень нежной.
Пришло время формировать зефир. Следуя своей главной цели — научиться удивлять сладкоежек Ханиглоу, я собиралась сделать не просто обычный скучный зефир, а пирожное в виде милой кошечки, где вторым слоем будет клубничное желе.
Чтобы придать десерту форму, я приготовила тканевый мешочек с небольшим отверстием — нечто вроде кондитерского мешка. Заполнила его зефирной массой и, аккуратно выдавливая, начала формировать фигурку кошечки на противне, застеленном пергаментом. Сначала туловище, затем голову, ушки и хвостик. Получалось очень даже мило!
Но на смену восторгу отчего-то пришла грусть. Незадолго до злополучной встречи с Хаджи Аль-Кадимом я собиралась взять из приюта котенка. И причина тому — не только вспыхнувшее вдруг желание сделать доброе дело.
Несмотря на то, что у меня были и приятели, и бывшие коллеги с однокурсниками, в последнее время я чувствовала себя… одиноко. Последние отношения откровенно не задались, и больше полугода я ни с кем не встречалась. Изредка ходила на разные курсы, много готовила по рецептам из Ютуба… А потом съедала все это в одиночку. Или отдавала соседям. Как ни странно, готовить я любила больше, чем есть.
И вот я в другом мире, и… Ничего, в общем-то, не изменилась. Я снова готовлю. Снова работаю на той работе, которая не приносит мне удовольствия, но для заработка необходима. Только из администратора ресторана, мечтающего о карьере кондитера, я стала горничной. Единственное нововведение — теперь я планирую продавать результаты своих трудов, чтобы иметь возможность постоянно двигаться вперед и вернуться в привычную реальность так быстро, как это возможно.
И, конечно, я снова одна.
Я шмыгнула носом и тут же разозлилась на себя. Ну какая же глупость! Я здесь без году неделя, и вообще уже успела завести знакомство с потрясающим красавцем — благородным, интеллигентным и очень милым. Встретила гнома, феечек, загадочного скар’рина. Кто знает, кого я еще здесь встречу? Я ведь еще даже толком не увидела проявлений настоящего волшебства! Не считая кошачьих ушек, конечно.
И вообще, во всем виновата эта заунывная мелодия, которая повторялась уже в который раз. Тут кто хочет взвоет!
Вернув себе боевой настрой, я взглянула на воздушную пироженку. Точнее, пока только одну ее половину. Теперь нужно было запечь зефир в гномьей печи.
Главная сложность заключалась в том, что зефир, в отличие от песочного печенья, десерт куда более капризный, требует очень точного соблюдения температуры и времени приготовления. Перегреешь — подгорит, недогреешь — останется жидким.
А гномья печь — своенравный зверь, требующий особого подхода.
Так что я решила не рисковать и приготовить только одну зефирку на пробу. Во-первых, чтобы приноровиться к печи и выработать верный режим приготовления. Во-вторых, чтобы не испортить сразу всю партию.
Под тоскливые звуки лютни я аккуратно поместила противень с кошечкой-зефиркой в драконью пасть. Дверца закрылась, и я замерла в ожидании. Нужно было постоянно следить за температурой, регулируя подачу воздуха и высоту пламени.
Я нарезала клубнику для желейного слоя и то и дело заглядывала в печь, пытаясь разглядеть, что там происходит. К моему удивлению, с каждой минутой пироженка становилась все более пышной и воздушной. Я что, ошиблась в рецептуре? Или у здешней ванили такой эффект? Почему обычная небольшая зефирка стала величиной с мою ладонь и продолжала увеличиваться в размерах?
Озадаченно хмурясь, я вынула противень. Зефирка-переросток, вопреки ожиданиям, не приобрела легкий золотистый оттенок, оставаясь белой, но все же очень аппетитной на вид. И, благодаря приобретенным в печи объемам, очень напоминающей настоящую кошечку.
Ну что ж, пора пробовать! Поддену снизу и, если зефирка будет мягкой, начиню ее клубникой без всякого желе и… назову зефирным тортом! Такого тут точно не пробовали!
Ну… я надеюсь.
Я склонилась над столом. Прекрасная и очень вкусная на вид “зефирка” открыла чудесные голубые глаза и скосила их на вилку в моей руке.
— Помогите, убивают! — дурным голосом завопила она.
14. Удивительные соседи
Сказать, что я обомлела — значит, не сказать примерно ничего. Я застыла. Потом моргнула. Потом моргнула еще раз. Открывала и закрывала рот, силясь произнести хоть что-то, но выходил только жалкий хрип.
Белоснежная и зефирная кошечка со всех своих маленьких лапок бросилась прочь с противня.
— Помогите! Спасите! Убивают! — вопила она тоненьким голоском.
Опомнившись, я бросилась за ней. Однако кошечка оказалась на редкость проворной. Ловко перепрыгивая через кухонную утварь, она петляла между мешками с мукой и уворачивалась от моих попыток ее поймать.
— Помогите! Меня пытались сожрать! Газлайтинг! Абьюз! Нарушение личных границ!
— Чего?! — остолбенев, спросила я пустоту, потому что ни одна часть моего мозга не справлялась с происходящим.
Воспользовавшись моей заминкой, “зефирка” пулей рванула в коридор. Я бросилась следом, чувствуя, как реальность окончательно от меня ускользает.
Из одной из пристроек на шум вышел сосед. Его торчащие во все стороны темные волосы напоминали перья. Кроме того, у него был весьма выдающийся клювовидный нос, цепкий взгляд и дерганые движения. Казалось, он сейчас вспорхнет и улетит прямо через окно.
Я подавила соблазн заглянуть ему за спину, чтобы удостовериться — не пробиваются ли крылья где-то в районе лопаток?
Пожалуй, сейчас у меня были проблемы посерьезнее.
— Что за шум? — недовольно спросил сосед, моргая, как сова на рассвете.
Зефирная кошечка тут же вскарабкалась ему на плечо и обвиняюще ткнула в меня лапкой.
— Эта маньячка пыталась меня съесть! Уничтожить мою зефирную индивидуальность! Я требую справедливости! Кто защитит мои права?! Я личность, а не десерт!
Да божечки-кошечки, откуда это в ее голове? Ладно умение говорить — я все-таки нахожусь в магическом мире. Но откуда оживший десерт может знать слова вроде “газлайтинга”?!
Ох… Я похолодела от пугающего предположения. Не из моей ли они головы?
Сосед задумчиво почесал подбородок.
— Зачем ты пыталась съесть кошку?
— Да не кошка это, это зефирка!
— Чушь, — фыркнула зефирка.
— Вы, дорогуша, определенно задели ее чувства, — поцокав языком, сказал сосед.
Он погладил кошечку по голове,