Теперь, когда демон повержен, а наш союз с принцем пустыни нерушим, за пределы барьера чудовищам не пробраться.
* * *
Мы снова встретились. На закате, в месте, где бархан почти касался волны. Амир и впрямь изменился. Лицо стало мужественнее, взгляд — глубже и взрослее. Немудрено — он многое пережил.
Принц остановился напротив меня. Выглядел спокойным, но я чувствовала, какая буря чувств ярится у него внутри.
— Попробуем заново? — с улыбкой предложил он.
Я рассмеялась.
— Мы все еще женаты, если ты не забыл.
Он обнял меня за талию, чуть сощурившись.
— Я ни на миг об этом не забывал.
Сердце пропустило удар. Я прикоснулась к его щеке, ощущая знакомое тепло его кожи. Амир наклонился ко мне и поцеловал.
Этот поцелуй не был ни частью ритуала, ни проявлением долга, не символом союза двух стихий и даже не попыткой удержать одного из нас на краю между жизнью и смертью.
Это был наш собственный выбор. Драгоценный, трепетный поцелуй двух любящих людей.
После мы стояли на берегу.
Ветер трепал мои волосы, пальцы Амира бережно сжимали мои. Океан шумел, а песок согревал мои ступни. Я снова успела отвыкнуть от них. Но придется привыкать, ведь я — жена принца пустыни.
Под закатным небом встретились два мира, таких разных снаружи, но таящих в себе множество опасностей, уязвимых… и по-своему прекрасных.
— Думаешь, у нас получится? — спросил он, глядя на горизонт.
— Путь к благополучию наших народов может быть трудным, — вздохнула я, прислоняясь к его плечу. — И долгим. И, возможно, мы будем спорить. И выводить друг друга из себя.
— Почти уверен в этом, — усмехнулся Амир.
— Но если ты рядом, я ничего не боюсь.
Он шумно, решительно выдохнул, словно сбрасывая остатки той тьмы, что так долго держала в плену его душу.
— Как и я.