И воздух вокруг Торина сгустился так, что его кинжалом можно было резать.
«Еще чуть-чуть и он применит свою магию, чтоб отбивную из колдуна сделать. Медле-е-енно», — прочла я по вспыхнувшим яростью зеленым глазам.
— Уверена, Торина мало беспокоит моя участь, — пришла я на выручку незадачливому колдуну.
И мне бы порадоваться, что атмосфера вновь приобрела приятную разряженность, а Торин перестал остервенело сверлить Ардора взором, но что-то вязкое и горькое прилипло ко мне после моих же слов, полностью испортив настроение.
— Не знаю, что ты хотел сказать по поводу Эльфийки, — вцепившись в мою подсказку, беспечным голосом заговорил Торин, — но мне нет никакого дела, останется она тут или вернется к мужу после того, как мы вернем Десницу и успешно завершим миссию.
— А Эльфийки ли, — загадочно улыбнулся Ардор, и я застыла от противного дыхания мороза, что пополз по моей спине.
«Он сейчас им скажет! Выдаст, что я человек. Ну, или вчерашний человек, переквалифицировавшийся в Светлую», — дрогнули мои коленки, приготовившись подогнуться.
Но Слава Провидению, я спаслась от разоблачения! Благодаря… эм-м… это что? Сигнал всеобщей тревоги?!!
Внезапно над поляной прогремел душераздирающий звук, издаваемый гудящим инструментом. И это точно было похоже на сирену. Но если б я еще сомневалась, то достаточно было посмотреть на забегавших обитателей лагеря.
— Что случилось? — перепугалась я, глядя на воцарившийся беспорядок и суету.
— Противник обнаружил нас! — воскликнул Ардор, кинувшись спасать свои потрепанные книги.
Кроме него, никто мне отвечать не стал. Всем уже было не до меня. Забурлил настоящий хаос. Дым, крики, визг незнакомого мне оружия, лязг металла и рычание… Натуральное! Когда туман, поднятый какими-то дымящимися веществами, рассеялся, я увидела схватку из старинных мифов: мускулистые драконы бились с высокими и долговязыми эльфами. И, увы, эти невозмутимые лощеные гады, несмотря на свое изящное телосложение, не уступали свирепым чешуйчатым в силе.
Я так растерялась, что осталась стоять на месте. И продолжала оценивать, каковы шансы драконов, вместо того чтобы бежать и прятаться. Особенно в свете подмоги, обнаружившейся у Светлых. Помимо эльфов здесь были еще и наемники. И, кажется, врагов было больше.
— Уводи ее! — донесся до мне вдруг истошный крик, принадлежащий, кажется, Бальтазару.
Я повернулась на его голос и увидела Рыжего командора, сражающегося сразу с двумя нападавшими. Саднящий крик застрял в моей глотке, когда я поняла, наконец, что все это не понарошку. Что тут реально убивают. И уже хотела побежать, как меня кто-то подхватил, рывком перекинув через плечо.
Глава 20
Я не могла толком ничего разобрать. Перед глазами проносилась лишь зелень деревьев, сливающаяся в текучее месиво. Как и земля под пятками, того, кто нес меня. Человек, что придерживал меня за талию, не обращая внимания на мои барахтанья, бежал и бежал. И как у него только сил хватало?? И тут меня осенило! Неужели это Торин?..
Ну, конечно... кому бы еще меня спас... доверили.
Бальтазар кричал ему, Торину, чтоб тот уводил меня. Иначе глубоководный дракоша ни за что бы не стал выручать меня. Он ведь сам так сказал Ардору. И всем, кто нас слышал.
Торин меж тем витлял то вправо, то влево. Притормаживал, затем возвращался. Черт! Да что он делает?!
— Ты просто бежишь куда попало? — наконец, подала я голос, устав… просто болтаться как мешок с картошкой!
— Помолчала бы, — огрызнулся Торин, тяжело переводя дыхание.
— Оу, тебе всё же тяжело. Ты почти… нормальный, — вышел мой язык из-под контроля, очевидно, на фоне сильного стресса. И трясучки.
В ответ мне рыкнули что-то безобразно неприличное и пустились дальше бегом. Пробежав еще с километр… вру — откуда мне знать, сколько мы прошли?? Тут вообще дорогу не разобрать в этом холмистом лесу! А между этими горками Рвотных Позывов — ни одной тропинки терпимой! Всё в кочках и ямах. И вот Торин, пробежав достаточно, по его мнению, наконец-то остановился. И даже поставил меня на землю!
Ноги с непривычки непослушно обмякли. А голова закружилась так, что едва не свалилась. Хорошо в меня намертво вцепилась горячая рука дракона. Жаль, нельзя было уменьшиться в размерах и спрятать в его крупной ладони. Тут так прохладно было! Холодный ветер обжигал кожу, и бежать от него было некуда. Мы стояли на берегу океана.
— И что дальше? Дальше дороги нет, — выкрикнула я в отчаянии, всматриваясь в волны, разбивающиеся о скалы.
— Жена! — издевательски пропел голос Алатара, перекрывая шум океана. — Даже не поздороваешься с мужем?
Рвано обернувшись, я увидела ненавистного Светлого, стоявшего за несколько холмов от нас. Даже отсюда я видела его ехидную ухмылку и горящие ненавистью глаза.
«Алатар точно вне себя от злости. И скоро он сможет вдоволь насладиться моими мучениями», — подумала я о том, что будет, стоит мне только оказаться в его руках.
Страх и безысходность сдавили мою грудь, перекрыв дыхание. Я с отчаянием утопающей впилась пальцами в предплечье Торина. И с мольбой заглянула в его непроницаемые глаза, на дне которых слабо блеснуло нечто теплое. Но сразу же и потухло. И руку мне обожгло о холодность дракона. Торин отвернулся. И мне оставалось лишь с досадой отругать себя за проявленную слабость.
Зря я принимала природный огонь, закованный в драконе, за человеческую теплоту.
— Вижу, твой ухажер не очень-то рад твоим ласкам, — не преминул Алатар намекнуть на то, как грубо Торин только что отшил меня, закрыв глаза на мои просительные ужимки.
Лорд видел, с каким пренебрежением дракон относится ко мне. И, конечно же, догадался, что рисковать за ради меня никто не станет.
Однако и подходить ближе муж не решался. Расстояние было не столь большим, чтоб мы успели куда-то умчаться до его приближения. Да и бегать от Эльфа кругами — так себе шанс… Тогда почему Алатар медлит? Из-за близости воды?
Но то, что Торин относится к Глубоководным драконам, никак не поможет нам сейчас. Его вторая ипостась не подчиняется воле хозяина по вине амарезских инъекций, и моему бывшему это прекрасно известно.
Меня уже знобило мелкой дрожью. Я не понимала, почему Алатар тянет. И успела вообразить самое жуткое. Безумно хотелось броситься прочь. Бежать куда угодно, только бы не стоять перед ним в ожидании беспощадной расправы. А еще непоборимо тянуло прижаться к