— Муж сказал, что это свадебный подарок, — ответила, чувствуя себя глупой и доверчивой после вопросов малыша. — Но, очнувшись от действия его эльфийского флёра, я поняла, что это артефакт для слежки за мной.
— Не только, — брезгливо глянул Галеон на подарок Алатара. — Этот браслет нужен для подавления твоей магической сущности, пришлая.
— Но у меня нет никакой магической сущности, — поразилась я тому, что Галеон считает меня магически одаренной, несмотря на то, что он точно догадался, кто я на самом деле! — Если Вы видите, что я не отсюда, то должны знать, что магии во мне нет.
— Ошибаешься, дочь чужих земель. Магия есть повсюду. Где-то ее меньше, где-то больше. Где-то она цветёт и показывает себя с гордостью на каждом шагу. А где-то стыдится своей сущности и скрывается от остальных людей, лишенных дара. И от их завистливого взора, — поучительно изложил мудрец своё видение. — В тебе пылает пламя, пришлая дева, — заключил он, еще пристальнее вглядевшись в мои черты. — Оно свирепствует внутри тебя. Требует выпустить его на волю. И злится. Очень-очень злится оттого, что тот, кто может освободить твой огонь, продолжает медлить. И не протягивает тебе руку помощи, — загадочно добавил необычный младенец.
А перед моими глаза вспыхнул зачем-то образ Торина. Не знаю, почему я подумала именно о нем. Может, оттого, что в этом мире он единственный, кто с самого начала принялся помогать мне. Хоть и не стремился к этому открыто. Не предлагал спасение, просто всякий раз, когда было совсем туго, Торин оказывался в нужное время в нужном месте. И так или иначе выручал меня.
Положив ладошки на браслет и прикрыв глаза, Галеон повелел:
— Повторяй за мной и терпи.
Он принялся скандировать непонятные мне слова, временами становящиеся похожими на бульканье и шипение кипятка, а эльфийский металл начал нагревать кожу.
— Горячо, — простонала я.
— Я же сказал, терпи, — раздраженно прервался он на мгновенье.
Пришлось зажмуриться и ждать. А когда уже стало нестерпимо обжигать кожу, браслет вдруг раскололся пополам. Он сполз с моей руки и с жалобным звоном ударился об пол.
— Теперь подними и надень его, — нежданно приказал Галеон, не дав мне и секунды насладиться свободой.
— Зачем?! — в панике воскликнула я.
— Или не надевай, — невозмутимо пожал он плечами. — Но тогда утром все узрят истину. Я о твоих человеческих ушах. И о магии огня, что ты давишь в себе с детства.
— Я не понимаю…
— Поймешь, когда пробьет час. Вижу, ты всё же подняла артефакт преображения. Хорошо. Это даст тебе время, — похвалил меня мудрец, заметив, что я всё-таки наклонилась за браслетом. И теперь держу его двумя пальцами, как ядовитую змею.
— Не бойся. Я уничтожил в артефакте всё, кроме иллюзорной магии, — успокоил Галеон, верно истолковав мои сомнения. — Носи его, пока есть нужда слыть Эльфийкой. И снимай, когда она отпадет. Удачи тебе, дочь Третьей планеты у одинокого Солнца.
Описал Галеон нашу Солнечную систему в этом коротком обращении ко мне, дав понять, что он действительно сведущ.
А его последняя фраза без обиняков намекала на мой уход. Так что я поблагодарила и простилась с поразительным мудрецом.
И вот теперь изучаю потолок этой, на удивление, теплой пещеры и гадаю, что бы сказал Торин, если бы я перестала носить свой модернизированный Галеоном браслет?
Как бы Дракон отреагировал на то, что его пленница вовсе не Эльфийка? А простая девчонка с Земли.
Он был бы поражен? Обрадовался бы, расстроился?.. Или Торину всё равно?..
Глава 23
Утро наступило неожиданно. Наверное, в какой-то момент я просто отключилась.
Потом был тихий завтрак, короткие разговоры с нашими провожатыми без вчерашнего пафоса. И скомканное прощание.
Мы с Торином вновь очутились в лесу. Один на один с шелестом листвы, возможно притаившимся впереди неприятелем и нашими разногласиями.
Сначала шли молча, угрюмо косясь друг на друга. Потом перебросились парой слов. Поругались, конечно. Опять помолчали. И…
— А вот и они. Наконец-то, — двинулся Торин в направлении странного карканья. — Гард? — позвал он спустя несколько минут.
— Торин! — приглушенно выкрикнул брюнет, выглянувший из-за широченного ствола дерева, напоминавшего наш дуб.
И Глубоководный дракон бросился к приятелям. Он радостно похлопал Гарда по плечу и успел потрепать своей пятерней шоколадную шевелюру Ронарда, выскочившего вслед за другом, когда из-за листвы показалась фирменная ухмылка Бальтазара. А после и сияющая физиономия Ардора.
Здесь были и другие драконы. Я не всех запомнила по именам. Но лица многих были мне хорошо знакомы по лагерю. И я приветливо поздоровалась со всеми, кто на меня обернулся.
— И эта выжила? Ну надо же, — прокомментировал тут Гард, скривив губы.
«Началось, — уныло отметила я. — Пора держать ответ за разрушенный по моей вине лагерь драконов»…
— Оставь её. Не лезь сейчас, — бросил ему Бальтазар. — Нина нужна будет. Наконец-то, — сказал он уже нам. — Мы вас тут уже заждались, — а потом, заметив эльфийский браслет на своем прежнем месте, нахмурился. — Даже Ихрис не нашелся, что делать с