Я вскинула гудящую от неразрешимых вопросов голову, спросила устало:
— Опять по поводу школы? — И обречённо вздохнула. — Скажи, что это не к нам.
— Не знаю, этот мистер очень настаивает на встрече.
Я нахмурилась и кивнула, чтобы Ида пригласила гостя.
Вошедший пожилой мужчина показался мне настолько знакомым, что я замерла на месте и совершенно бестактно уставилась на него. Как странно. Откуда я его знаю? Одет он был как очень обеспеченный человек, на вид — лет пятьдесят.
— Добрый день, мисс Юрвелл, — доброжелательно обратился он. — Вы, наверное, меня не помните.
Именно в этот момент память подкинула нужный эпизод:
— Это с вами я столкнулась на пороге газетной редакции в Ливеллине? Вы ещё так странно посмотрели на меня. Мы знакомы?
Сказала и тут же прикусила язык, да уже поздно. Блин, зачем ляпнула? Вдруг моя предшественница действительно знала его или, того хуже, была ему родственницей? Тогда я сейчас фактически выдала себя на ровном месте!
Мужчина мягко улыбнулся, отчего его пышные седые усы встопорщились.
— Да, вы чуть не налетели на меня второпях. Я вас тогда сразу узнал. А вот вы меня нет, но это неудивительно. Позвольте представиться. — Мужчина приподнял шляпу. — Меня зовут Эдвин Моррис. И впервые мы с вами встретились на остановке дилижансов в Гвенте чуть больше трёх месяцев назад.
Я опешила. Что? Чуть больше трёх месяцев назад я очнулась в этом мире в теле Одианы Юрвелл. И в тот же день отправилась в Гвент за лекарством для Кастора. Вечером на остановке дилижансов? Тогда я встретила Дороти и ещё… Мои глаза расширились.
— Неужели вы и есть тот… — я резко осеклась.
— Оборванец? — простодушно подсказал мистер Моррис. — О да, выглядел я тогда ужасно. Все от меня шарахались, принимая за пьяницу или бродягу. Я уж отчаялся набрать монет, чтобы купить билет на поезд. А потом встретил вас, мисс Юрвелл.
Тот попрошайка, который так меня напугал! Было трудно поверить, но сейчас я действительно начала видеть общие черты. Я спохватилась:
— Ох, простите, присаживайтесь, пожалуйста.
— Всё это время я не знал, как вас найти, — продолжал свой рассказа мистер Моррис, устроившись в кресле напротив, — пока мы случайно не столкнулись в дверях газеты. Я сразу вызнал ваше имя и купил на следующий день газету с вашим объявлением, где прочёл адрес. И вот, наконец-то, нашёл время приехать.
В этот момент в кабинет вернулась Ида с подносом в руках.
— Пожалуйте ваш чёрный чай с лимоном, — обратилась она к мистеру Моррису.
— Благодарю. — Он взял дымящуюся чашку. — Мисс Юрвелл, как я могу вас отблагодарить за доброту? Только скажите. У меня две фабрики близ Ливеллина: мебельная и деревообрабатывающая. Если нужна какая-то помощь в этом деле…
Не успевшая уйти Ида вдруг брякнула:
— Крышу бы нам починить!
Я метнула в неё строгий взгляд и жестом велела не лезть не в своё дело.
— Крышу? — переспросил мистер Моррис и кивнул. — Очень хорошо.
Я с тоской посмотрела на лежащий передо мной план дома.
— Мне очень приятно ваше участие, мистер Моррис, но, к великому сожалению, я вынуждена отказаться. Какую бы скидку вы ни предложили, у нас нет таких средств.
— Скидка в сто процентов вас устроит?
Я снова уставилась на него, на этот раз непонимающе.
— Вы шутите?
— Я совершенно серьёзен. Вы помогли мне в трудную минуту, я хочу вернуть долг.
— Но… но… я не могу. Я ведь дала вам всего лишь пару медяков!
— Вы сделали гораздо больше: ваши монетки спасли не только мою жизнь, но и мою семью и мой бизнес. А я добра не забываю, мисс Юрвелл. Так что, пожалуйста, огласите весь список того, чем я могу быть полезен.
Я ничего толком не поняла, кроме того, что подробности он освещать не хотел, но, видимо, благодаря моим медякам успел вовремя вернуться домой и разрешить ситуацию.
Выходит, в тот вечер произошла не одна, а сразу две судьбоносные встречи!
На радостях я решила, что раз крышу нам починят безвозмездно, то можно будет сосредоточиться на том, чтобы скопить денег на обстановку класса на втором этаже и через пару месяцев всё же принять несколько учеников (которых согласилась обучать Милесинда).
Но мои планы поломала Ида, которая без обиняков сообщила мистеру Моррису обо всех наших проблемах и трудностях. Я краснела от стыда, чувствуя себя какой-то попрошайкой, но Эдвин Моррис реагировал так, будто ничего необычного не происходит.
— Поверьте, мисс Юрвелл, если бы вы знали, что сделали для меня в тот вечер, вы бы поняли, какой пустяк я делаю для вас сейчас.
В короткие сроки крыша была приведена в порядок, а на втором этаже оборудовали просторный класс. Теперь тут пахло свежей древесиной, краской и лаком. Мистер Моррис настоял на том, чтобы поставить гораздо больше парт, чем я рассчитывала, а потом, обнаружив рядом ещё одно подходящее помещение, распорядился обставить и его тоже.
— На будущее, так сказать, чтобы два раза ездить, — подмигнул он.
Я буквально не находила слов, чтобы выразить свои чувства.
— Мистер Моррис, я вам так благодарна и признательна! Вы не представляете, как помогли нам!
— Отчего же не помочь хорошему человеку в добром деле? — улыбнулся тот и сердечно пожал мне руку. — Всегда можете ко мне обращаться, мисс Юрвелл. И кстати, был бы рад устроить к вам моего племянника, он как раз живёт неподалёку.
Весть о том, что в Юрвелл-Хауз теперь официально открылась школа, стрелой облетела Гвент и все окрестности. Цены мы по-прежнему держали демократичные, и, возможно, отчасти поэтому народ валил валом.
Буквально за неделю класс из десяти человек был укомплектован. Я наняла помощницу для Иды, чтобы вдвоём они успевали кормить не только детсадовцев, но и школьников. Теперь некогда пустой и унылый особняк на отшибе бурлил жизнью.
А желающие всё продолжали прибывать. Милесинда была полностью занята на классе, я забрала всё её время на второй группе. Но приходили желающие не только устроить детей в школу, но и в детский сад! Мне срочно были нужны новые работники, потому что втроём мы не справимся с такой нагрузкой.
Я снова съездила в Ливеллин и подала объявления, но почему-то вот уже неделю никто не обращался. Родители буквально осаждали порог и расстраивались, что я не