Я буквально убежала от толпы, хотя многие, к моему удивлению, оказались более понимающими и помогли мне выбраться из дома, который в буквальном смысле осадили со всех сторон.
Это было и приятно, и страшно. Это ж насколько здесь плохи дела с лекарями, что меня — целителя, которому без году неделя, завалили просьбами о лечении в первый же день! И ведь не побоялись ни побочных эффектов, ни неправильной дозы магии… Да уж, к такому открытию я явно не была готова.
Когда я, счастливая, но смертельно уставшая, вернулась в особняк, меня ждал Ерин. Он стоял посреди холла, а рядом с ним — Эдуард с поникшим видом.Я сразу же поняла, что братец таки выпытал у своего лекаря, где шляется его непутевая сестра, или, что вероятнее, Одетта меня сдала. Я, конечно, была уверена в Эдуарде, но чувствовала вину: если Ерин его наказал, то сугубо из-за меня.Лицо Ерина было не просто багровым, оно было цвета спелой свеклы с фиолетовыми прожилками. Он буквально дымился от ярости.
— Где ты была?! — Его голос был низким, рычащим, но мне от этого было скорее смешно. Ну не вязался у меня братец с грозным главой, которого нужно бояться. — Мне донесли, что ты решила использовать запретную магию! Ты позоришь меня, ты, моя собственная сестра! Ты лечишь грязь за пирожки?!
— Брат, успокойся, — сказала я, стараясь говорить спокойно, чтобы не спровоцировать у него приступ ярости. — Я не делаю ничего предосудительного. Я использую регенерацию, это не запрещено. Что такого, если я помогаю простым горожанам? Ты знаешь, сколько среди них тяжело болеющих людей?
— Это не твоя забота! — взревел он, гневно стукнув кулаком по воздуху. — В Марнаэле есть городской лекарь и он...
— И он дерет с простых людей три шкуры! — гневно перебила я его. — Ты действительно считаешь, что это нормально? Ты вообще заботишься о своих подопечных?
— Молчать! — Он подскочил ко мне, трясясь от злости. — Я тебя запру в самой дальней башне, ты больше не увидишь ни солнца, ни этого города! Ты позоришь нашу фамилию! И я прекрасно понимаю уважаемого лорда Айзенкур, раз он решил развестись с тобой. Ты сумасшедшая! Завтра же я найду тебе самого старого и беззубого жениха, который запрет тебя за пятьдесят замков!
— За что? За то, что я помогаю людям? — вспыхнула я. — Может, ты завидуешь? У меня, между прочим, прекрасные отзывы и вкусный гонорар в кармане. А твой городской лекарь может похвастаться тем же?
Эдуард виновато отвел взгляд. Он явно ничего не сказал, но слухи дошли до Ерина быстро. Ну и Одетта со своими слугами, конечно, поспособствовала этому.
— Это не твоего ума дело, — зло ответил Ерин и обернулся на Эдуарда. — А ты... Как ты следишь за ней? Она должна была сидеть в своей комнате и носа никуда не высовывать, а она бегает по городу! Я лишу тебя жалования, будешь сидеть на хлебе и воде, пока я не решу, что ты искупил вину!
— Господин, я не могу... — начал Эдуард, но Ерин не дал ему договорить.
— Вон! Оба! Ты идешь сидеть рядом с госпожой, а ты, Ильмира, сидишь под замком! Если еще раз высунешь нос, я…
— Ерин! Господин алькад! Вас ждет срочный посыльный в Ратуше! — крикнул один из слуг, подбегая к нам с красным конвертом.
Я чуть заметно выдохнула. Может, ревизор нагрянул? Ему бы не помешала такая встряска, а то что-то уж больно раскомандовался тут.
Ерин, схватив конверт, резко распечатал его. Он пробежал глазами по пергаменту, и его лицо моментально стало серым, как пепел. Весь его гнев улетучился, сменившись животным страхом.
— Я… я должен немедленно уехать, — пробормотал он, нервно комкая письмо. — Там… что-то очень важное.
Он, не сказав ни слова, бросился к выходу. За ним, спешно подхватившись, последовал посыльный, а слуги моментально закрыли за господином дверь. Мы с Эдуардом переглянулись. Что тут скажешь? И так всё ясно с этим алькадом.
Эдуард лишь ободряюще сжал мою руку и улыбнулся, проговорив, что всё будет хорошо. И удалился к симулирующей мигренью госпоже.
Я же снова посмотрела на дверь, за которой скрылся Ерин.
«Кажется, у брата проблемы покрупнее, чем чехвостить меня за грамотное лечение. Вот и хорошо. Это даст мне немного свободного времени. Но как бы ни хотелось остаться здесь лекарем, надо думать, куда можно сбежать из этого дурдома», — подумала я, направляясь к себе в комнату, чтобы восстановить силы.
Глава 7
Кассиан
Я смотрел на очередной пергамент, присланный из Марнаэла. Читал стандартные прошения, но в этот раз мое настроение сгущалось с каждой новой строкой, словно свинцовая туча.
«Почтеннейший генерал, — начиналось письмо, — наши расходы на нужды города, особенно учитывая неутихающую угрозу со стороны Тьмы, критически возросли…»
Я сухо хмыкнул. Угроза Тьмы? В Марнаэле, который находится в глубоком тылу, где Тьма не показывалась уже полвека?
«…Требуется срочное укрепление стен (смета прилагается: 5000 крантов на камень, 3000 на особую антимагическую пропитку). Наши непредвиденные нужды личного состава (1500 крантов на новое обмундирование) и особые расходы на безопасность (2000 крантов на провиант для стражи) также требуют немедленного пополнения…»
Я с силой отшвырнул бумагу.
Новое обмундирование? Запас провианта? Этот алькад из месяца в месяц присылал такие нереальные счета, что складывалось впечатление, будто он каждый день отбивает атаку целой армии Порождений Тьмы. Которой, к слову, там не было вовсе! Или он решил, что я, только вернувшись с фронта, испугаюсь за свой город и спущу все средства на его укрепление, не глядя? Большей глупости я еще не получал, а потому принял решение: я прибыл в Марнаэл лично и инкогнито.
И каково же было мое удивление, когда я ступил на улицы Марнаэла.
Город представлял собой жалкое зрелище. Улицы были серыми и грязными, дома обветшали, а главная площадь выглядела так, будто ее не подметали со времен правления моего деда. Над городом висела атмосфера запущенности и безнадежности. Куда же, шагар возьми, делись все те деньги, которые я исправно отправлял