Она резко оторвала руки от Кассиана и, не давая мне времени на реакцию, направила весь накопленный пучок кроваво-красной магии прямо на меня. Мощный, гудящий луч летел в мою грудь, целясь в сердце.
Я увидела его и поняла, что мне конец. У меня не было достаточно сил, чтобы отразить такой удар, даже частично. Мой источник был почти пуст, к тому же владела я лишь лекарской магией, лечила, а не убивала, и я могла только закрыть глаза, ожидая боли.
«Вот и закончилась моя история. Я умираю от рук главной героини книги…» — промелькнуло в сознании.
Но вместо падения и боли я услышала низкий, гортанный рык, наполненный нечеловеческой яростью. Я резко распахнула глаза от ужаса. Рык принадлежал Кассиану.
Он, бледный и едва живой, в последний момент оттолкнул Дивону в сторону и принял весь удар магии на себя.
Кроваво-красный луч врезался ему в плечо. Раздался треск, Кассиан издал короткий, мучительный крик и рухнул назад, на койку.
Я вскрикнула. Кровь хлынула из раны на плече Кассиана темным, густым потоком, окрашивая чистые простыни. На долю секунды я замерла, невидящим взглядом смотря на поверженного генерала, но потом осознание произошедшего разом навалилось на меня.
«Кассиан защитил меня. Сам пострадал, потратил последние силы, но… защитил…»
Асдорка прошипела что-то нечленораздельное, все еще лежа на полу и повернулась на Кассиана. Её глаза все еще горели кровавым огнем, но лицо было искажено шоком и бешенством от сорванного плана. Она не ожидала, что Кассиан способен на такой поступок, но сейчас, видя его поверженным, вдруг расхохоталась. Громко, победно, страшно.
— Какая глупая самоотверженность, — проговорила она, три раза хлопнув в ладоши. — Потратить последние силы зря. Ну прямо герой во всей своей красе! Вот только всё зря. С ним теперь мороки не будет, а тебя я всё равно убью.
Она поднялась и вновь развернулась в мою сторону, концентрируя магию на кончиках пальцев. Первый шок прошел, и я поняла, если так и буду дальше стоять на месте, действительно умру.
Нет уж, такой радости я ей не доставлю.
Я сорвалась с места, подбежала к ней, схватила за руки, в которых дрожала алая магия, и навалилась на нее всем телом, стараясь вновь повалить на пол. Это было все, на что хватало сил, — просто схватить и не дать вновь пустить в ход свою магию, а дальше….
— Помогите! На помощь! Асдорцы! — закричала я, что было мочи.
Дивона зарычала раненым зверем, сильнее, чем Кассиан несколько секунд назад. Она извивалась в моих руках, как змея, стараясь вырваться и даже попыталась укусить меня за запястье. Я отдернула руку, едва успев. Несмотря на свою миниатюрность, Дивона была наполнена нечеловеческой силой, и я понимала, что долго не продержусь.
Внезапно половицы штабного шатра откинулись, и внутрь ворвались Дерган и Анлаф, а за ними и двое солдат. Они, видимо, услышали мой крик. Дерган быстро оценил ситуацию: Кассиан, окровавленный, на койке, и я, изможденная, сцепленная с шипящей девушкой, которая едва ли была теперь похожа на милую Дивону.
— К ней! — резко бросил Дерган, указывая на асдорку.
Анлаф и один из солдат кинулись к нам, перехватывая Дивону и оттаскивая её от меня. Их силы хватило, чтобы удержать извивающуюся, рычащую девушку.
Дерган же подбежал ближе, вытащил из-за пояса невесть откуда взявшиеся тяжелые, инкрустированные рунами магические наручники, защелкнув их на запястьях девушки. Дивона истошно завизжала, будто те обожгли ее словно каленое железо. Затем, не тратя времени на моральные дилеммы, генерал ударил её кулаком прямо в челюсть. Дивона обмякла и рухнула на пол.
Да, бить женщин не хорошо, я это знала, но сейчас полностью поддержала генерала.
— Унести, — приказал Дерган солдатам и те без слов подчинились, унося асдорку из шатра. Затем он подошел ко мне.
— Ильмира, ты цела? — спросил он, оценивая меня внимательным взглядом. — Что она с ним сделала?
Анлаф уже стоял возле отца, но не решался прикоснуться к нему.
Я лишь покачала головой, не в силах говорить, и кинулась к койке Кассиана. Рухнула на колени, схватила его за руку и вздрогнула — кожа была ледяной.
Мои пальцы задрожали, нащупывая пульс на шее, на запястье, затем я прижалась ухом к его груди. Тишина. Полная, абсолютная тишина. Сердце генерала не билось.
Холодная волна страха окатила меня, вытеснив адреналин и гнев. Нет. Нет, это невозможно!
Я положила обе руки на его грудь, попытавшись запустить свою лекарскую магию, ту, что выдернула его из лап смерти после атаки Тьмы. Но впервые за все время моя магия не отвечала. Она возвращалась обратно, как вода из полного стакана, неся в себе один, леденящий душу сигнал: человек перед тобой мертв.
Мои губы затряслись, я почувствовала, как на глаза накатывают горячие слезы, застилая взгляд. Я едва заметила, как унесли Дивону, как Анлаф и Дерган отдавали приказы солдатам. Мне было абсолютно все равно на то, что происходит вокруг.
— Нет… Нет, Кассиан… — прошептала я, сжимая его холодное тело. — Пожалуйста… Ты не можешь оставить меня…
Шепот перешел в крик, наполненный безмерным горем.
— Живи! Очнись! Я приказываю тебе жить! — Я снова и снова вливала в него свою исцеляющую магию, пытаясь помочь, вылечить, оживить, но все тщетно.
Ко мне подошел Дерган и осторожно положил руку мне на плечо.
— Ильмира… Уже поздно. Он мертв.
Я резко, раздраженно скинула его руку.
— Нет! Не поздно! Он не может умереть! Он не может! — Я зарыдала, выплескивая все свое горе.
Я снова и снова направляла магию, пытаясь заставить сердце биться, но безрезультатно. Он был мёртв, и моя целительная сила была бессильна против смерти. Я не некромант. Я целитель… который не уберег самого дорогого человека на свете.
— Ильмира, остановись. Ты на пределе.
— Не говори мне, чтобы я остановилась! Он не может умереть! Он заслонил меня от её удара! — Я задыхалась от рыданий. — Это я во всем виновата! Я должна была предугадать, прийти сюда раньше. Быть может, я бы успела…
— Тише, Ильмира. Ты сделала всё, что смогла. Против такого удара, который он принял за тебя, мы все бессильны.
Я зарыдала и рухнула ему на грудь,