Разговор плавно перетек на более мирные темы — на детей. Для нас это была единственная отдушина.
— Ивар окончательно перебрался к нам, — поделился я, и на душе стало чуточку теплее при мысли о приемном сыне. — Выделил ему целое крыло в замке. Анлаф сейчас на границе, набирается опыта в патрулях. А Хартор… этот сорванец пробился в Академию. Спит и видит себя героем из легенд.
— Хорошо, что жизнь берет свое, — улыбнулся Император.
В этот момент из бокового коридора бесшумно вышел мужчина. Высокий, статный, с благородной проседью на висках и той самой мягкой, располагающей улыбкой, которая заставляет людей доверять ему. Лорд Валериус. Наш главный советник по магическим аномалиям. Человек-тень, который знал всё и обо всех, но никогда не лез на передний план.
— Ваше Величество, генералы, — он отвесил безупречный поклон. — Рад видеть вас в добром здравии. Как обстановка на границах? Народ волнуется, слухи один страшнее другого.
— Всё под контролем, Валериус, — спокойно ответил Эйгон. — Мы оттеснили Тьму.
— О, это просто чудесные новости! — лицо советника просияло. — Мы все так долго этого ждали. Слава богам и, конечно же, леди Ильмире. Не смею вас задерживать, дела государственной важности не ждут.
Он еще раз поклонился и, шурша дорогими тканями, исчез за поворотом. Я проводил его взглядом. Где-то под ребрами неприятно кольнуло, словно по спине прошел ледяной сквозняк.
— Кассиан? Ты чего? — окликнул меня Кейлар.
— Ничего, — я тряхнул головой, отгоняя наваждение. — Показалось. Просто предчувствие дурное.
— Так что там со свадьбой? — спросил Эйгон, когда мы вышли на залитое солнцем парадное крыльцо.
— Через три месяца, — вздохнул я, невольно улыбаясь. — Ждем, когда Ильмиру перестанет мучить токсикоз. Я-то готов хоть сейчас под венец, но она уперлась. Говорит, не хочет быть «зеленой невестой». Хочет дождаться момента, когда животик станет заметным — мол, это очень красиво. В общем, нашли компромисс. Надеюсь, хоть в медовый месяц вы оставите нас в покое?
— Ничего не обещаю! — рассмеялся Эйгон.
В этот момент к входу подкатила роскошная карета с гербом Дергана. Дверца распахнулась, и на свет божий «выпорхнули» две женщины. Двор сразу словно стал ярче.
Ильмира и Агнесс. Жена Дергана держала на руках двухлетнюю дочурку. Они о чем-то весело щебетали. Было удивительно наблюдать за ними — две женщины из другого мира, которые понимали друг друга без слов.
Заметив нас, они синхронно и изящно присели в книксене.
— Леди, ваше появление — лучшее украшение этого дня, — галантно проговорил Император, подходя к Агнесс. — Как поживает маленькая леди?
Малышка, в которой причудливо смешалась кровь дракона и асдорки, вдруг забавно сморщила носик и чихнула. Из её ноздрей вырвалось крошечное облачко серого дыма.
— Ох, Ваше Величество, она уже пытается оборачиваться! — со смехом и легкой тревогой воскликнула Агнесс. — Упрямая, вся в отца. Простите, нам нужно к лекарям. У нее легкий кашель, но кашляет она чистым пламенем. Боюсь, как бы она не устроила вам во дворце внеплановую замену гобеленов.
— Конечно-конечно, идите, — улыбнулся Эйгон. — Дела зовут и меня.
Император и Кейлар направились к казармам, а мы с Ильмирой наконец-то остались одни. Я шагнул к ней, собственнически обнял за талию и зарылся лицом в её волосы. Они пахли свежестью, весенними травами и чем-то родным.
— Я соскучился, — прошептал я.
— Я тоже, любимый, — она ласково прижалась щекой к моему плечу. — Хотя мы не виделись всего два часа.
— Как ты? Малыш не буянит?
— Жить можно, — она фыркнула, поправляя прядь волос. — Утром почти не тошнило. Но предупреждаю сразу: если на обед предложат рыбу — я за себя не ручаюсь.
— Обещаю, никакой рыбы в ближайшие месяцы, — рассмеялся я, чувствуя, как уходит напряжение, но тут же посерьезнел. — Ильмира, Эйгон просит нас слетать на Восточную границу. Там небольшие прорывы.
Я ожидал, что она расстроится, но её глаза вдруг азартно блеснули.
— Наконец-то! Это отличные новости. Я уже задыхаюсь в этих четырех стенах.
— Ты просидела в них всего неделю! — притворно возмутился я.
— И этого более чем достаточно! Пора заняться делом. Или ты тоже решил превратить меня в комнатное растение, как это делал Айзенкур?
При упоминании её бывшего мужа я поморщился. Это имя всегда действовало на меня как красная тряпка.
— Не сравнивай меня с ним. Он и его приспешники теперь надолго застряли в темницах. У них будет много времени обсудить свои ошибки. Кстати, твоего брата ждет та же участь. Теперь поместье Марнаэл осталось без управляющего. Нужно решить, кого туда поставить.
Ильмира хитро прищурилась, в её голове явно уже зрел план.
— У меня есть идеальная кандидатура. Анлаф.
Я удивленно приподнял бровь:
— Анлаф? Ты уверена?
— А почему нет? Он молод, у него есть амбиции, и он точно не будет разбазаривать ресурсы, — начала она загибать пальцы. — Ему нужна настоящая ответственность. Это сделает из него мужчину и лорда.
— Звучит логично, — признал я. — Надо будет обсудить это с ним.
— А Эдуард станет его правой рукой, он как раз занял место главного лекаря города, — воодушевленно продолжала Ильмира. — И кстати, ты слышал? Мари выходит замуж! За того самого солдата, которого она выхаживала. Как прикипела к нему в лазарете, так до сих пор и не отходит.
Она смеялась, и этот смех был для меня лучшей наградой. Мы стояли, обнявшись, и строили планы на будущее. Казалось, что война закончилась, Тьма побеждена, а впереди только свет.
В это же время во дворце
Он стоял у высокого стрельчатого окна в башне Совета, скрытый тенью тяжелых портьер. Отсюда открывался прекрасный вид на внутренний двор. Его взгляд был прикован к паре внизу: суровый генерал и его иномирная женщина, которые сейчас выглядели просто как двое влюбленных, не замечающих ничего вокруг.
Он медленно провел кончиками пальцев по бархатной ткани.
— Какая жалость, — его голос прозвучал сухо и холодно. — План был безупречен. Но эта душа оказалась куда более строптивой, чем я рассчитывал. Раз она сумела вернуться с Грани и закрыть разлом… значит, грубая сила изжила себя.
Мужчина отошел от окна и приблизился к массивному столу. На