— Пока это всё, что я могу рассказать, — отрезал Эрл. — Большее тебе знать опасно. По крайней мере, пока. Могу добавить лишь, что Лунэр помогал тебе не просто так. Он почувствовал в тебе родную магию. И ждал подходящего момента, чтобы стать тебе полноценным защитником. Он бы им стал, если бы его не устранили.
Мысль о Лунэре пронзила меня острой болью. Я чувствовала его потерю, словно у меня вырвали часть души.
— Ты хочешь сказать, что его…
— Я не знаю, что с ним произошло, — покачал головой Эрл. — Знаю только, что без него твоя магия будет неконтролируемой. И это может привлечь других магов.
— Других? Кто они? Драконы?
Эрл покачал головой.
— Нет. Те, кто хочет свергнуть драконов, используя магию асдорцев.
Я застыла, переваривая услышанное.
Свергнуть драконов, используя магию тех, кого, как считалось, давно нет на этом свете. Мою магию. Ту, что стала мне и спасением, и проклятием.
— Но почему хотят устранить именно Дергана? И почему с помощью асдорцев?
— Он просто у тебя на виду, — покачал головой Эрл. — Поэтому тебе и кажется, что покушение устраивают только на него, но на самом деле это не так.
— То есть, охотятся на всех драконов? А как же мои дети? Они ведь драконы и, получается, унаследовали мою силу? Ты поэтому блокировал их драконов? Ты знал, что это может их убить?
Эрлевир вздохнул и наклонился ближе.
— Я могу рассказать тебе не так много, Агнесс. Для твоего же блага. Да, твои дети уникальны, они унаследовали силу асдорцев, будучи наследниками дракона. Такие дети ещё не рождались, и во что это выльется пока неизвестно. Что касается их дракона… да, я знал, что это может их убить.
У меня сердце на миг остановилось, а сама я отшатнулась от старца. Знал. И молчал. Умышленно подверг их опасности.
— Но я бы этого не допустил, — добавил он.
— Неужели?
— Драконы действительно могут потерять связь с человеческой сущностью, если зверь возьмёт верх. Но так произойдёт только в случае, если и произошёл хотя бы один оборот. До этого момента дракон не сможет проглотить сознание человека, поэтому опасности не было. Но теперь она есть. Твои дети ощутили связь с отцом, ощутили связь с драконами как своими, так и генерала Рагнерда. И отныне они должны развивать ее, иначе слова генерала станут правдой.
— Почему ты не рассказал мне об этом раньше? — спросила я, глядя на своих мальчиков.
— Не хотел тебя пугать.
Я мрачно усмехнулась. Как интересно, не хотел пугать. То есть лучше закрыть на проблему глаза, чем пытаться её устранить.
— Знаешь, как говорят в мире, откуда я пришла? — спросила я обернувшись. — Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Ты мог рассказать мне об этом, предупредить, а не заверять, что так надо и все хорошо.
Эрл не ответил, отвернулся к окну, а я едва могла усидеть на месте.
Дура я, что поверила ему на слово. Доверилась человеку, которого знать не знала. Доверилась тому, на кого указал Лунэр, и в итоге сделала только хуже.
Откуда мне знать, что на уме у Эрла? Да, он действительно мне помог, не был против открытия детского сада в своём доме, не спрашивал ничего, но ничего и не рассказывал.
Да и Лунэр, кто он на самом деле? Он, конечно, очень мне помог в лесу и позже. Я привязалась к нему, дети его обожают, он защищал нас всегда, но… вдруг это все было сделано специально? По приказу Эрлевира: найти, помочь, доставить, оберегать. И все ради того, чтобы что? Использовать меня и мою силу в своих целях?
Я ведь, по сути, ничего не знаю об этом старце. О себе он практически ничего не рассказывал, как и не расспрашивал ничего обо мне. Хотя обо мне он и так все знал, если брать в расчёт его магические способности.
— Зачем я тебе, Эрл? — спросила я, глядя в его глаза. — Зачем ты помогал мне? Почему оставил жить в своём доме? Откуда так много знаешь обо мне, кто я, из какого мира. Почему ты не настоял, чтобы я обучалась магией?
Несколько секунд он молчал, также глядя в мои глаза. А затем отвернулся.
— Пока я не могу этого рассказать. Прости.
Не может…
Я вновь мрачно усмехнулась. Он ничем не лучше Дергана. В некотором смысле даже хуже. От Дергана я хотя бы знаю, чего ждать, а вот Эрл полон загадок и тайн. И отнюдь не хороших. Он ведёт какую-то свою игру, где мы с мальчиками обычные пешки.
Эрл, почувствовав моё настроение, пересел на край лавки, оставив мне немного больше свободного пространства. Я же облокотилась о спинку, смотрела на всадников за окном и думала. Вспоминала свою прошлую жизнь и настоящую.
Я всю жизнь жила в тени мужа-военного. Была образцовой женой: тихой, покладистой, любящей, заботливой. Мы часто переезжали, особенно в начале его службы, но наш дом всегда был в чистоте, обед на столе, а я в хорошем расположении духа.
Мне казалось, у нас была образцовая семья, даже несмотря на отсутствие детей, но, как оказалось, мужу не хватало «перчинки». Я была для него слишком пресной, слишком предсказуемой и неинтересной.
Он загулял. Поначалу скрывал это, но друзья всегда хотят «как лучше», поэтому мне донесли об этом. Олег ничего не скрывал, но хотел сохранить видимость брака, так как развод мог негативно сказаться на его службе.
Я не согласилась, не смогла его простить. Нас развели, но бывший муж забрал у меня все, что только можно. Оставил однокомнатную квартиру с голыми стенами, настолько был зол за моё решение.
Было тяжело, но я справилась. На удивление без него стало намного легче жить. Я занялась любимым делом, устроилась в детский сад, где и проработала до своей… гибели.
Я всю жизнь была тихой и спокойной. Грубого слова не говорила, особо никому