Но хуже всего оказались лица… лица людей, застывшие с открытыми в беззвучном крике ртами, с пустыми глазницами.
К своему ужасу Тайвин с отвращением понял, что узнал эти лица. Точно такие же были у той твари, которая преследовала его, Дилана и Шенон в лифтовой шахте. Такие же искажённые, мёртвые, но всё ещё живые. Он сглотнул и ощутил, как к горлу подкатывает тошнота.
— Огонь! — рявкнул командир землян. — Стреляйте! Пристрелите эту срань и освободите его!
Ему не пришлось говорить дважды. Он ещё не успел договорить, а десантники открыли огонь. Выстрелы импульсных винтовок впились в серую плоть, рвя её на куски. Желтоватая сукровица брызнула во все стороны, заливая пол и стены. И в этот момент торчащие из щупальца лица синхронно, все как один, открыли рты. Несколько десятков человеческих глоток издали единый, оглушительный вопль. Громкий настолько, что от него закладывало уши. Это был даже не столько крик, сколько агония, спрессованная в звук. Боль, безумие и отчаяние сплелись вместе в этом агонизирующем рёве. Тайвин отчаянно захотел зажать уши, чтобы не слышать этого омерзительного вопля, но скованные руки не позволили ему этого сделать.
На его глазах щупальце дёрнулось, вырвалось из-под огня и заметалось по рубке как бешеное. Оно сбивало людей с ног, швыряло их в стены и крушило оборудование пункта управления. В один момент оно хлестнуло прямо по тому месту, где лежал Тайвин. Он едва успел откатиться в сторону и перекатился на спину. А затем резко толкнул ногой лежащего рядом с ним Дилана, чтобы тот тоже ушёл с траектории удара.
— Слева! — заорал Старк, перекатываясь в сторону.
Щупальце бесновалось как безумное. Конец отростка обвился вокруг груди одного из десантников и сжался, сворачиваясь чуть ли не в узел. Надетая на солдата броня затрещала и смялась. Тайвин успел услышать последний, отчаянный вопль — и то, как он резко оборвался. Металлический хруст сменился влажным чавкающим звуком, и безжизненное уже тело выпало на пол.
Всё случилось настолько быстро, что Тайвин не успел осознать, что только что произошло. А сквозь пробитые смотровые панели в рубку врывались новые щупальца. Два, три, пять. Они не целились — просто заполняли пространство, шаря вслепую, натыкаясь на стены и друг на друга. Одно схватило ближайшего десантника, обвило его ногу и рвануло вверх. Солдат успел выстрелить, но броня не выдержала — его разорвало на части двумя отростками сразу. Хлынувшие из половинок брони кровь и внутренности залили изрисованный безумными рисунками Мерссера пол.
Второго десантника швырнуло об пол с такой силой, что от него осталась только мокрая клякса в помятой броне.
— Отходим! Назад! Все назад! — заорал командир, пятясь к выходу и не прекращая стрелять под аккомпанемент ревущих глоток, отзывающихся на каждое попадание.
Десантники открыли плотный огонь, прикрывая отступление. Один из них схватил за руку доктора Мерсера, который всё это время сидел у стены, обхватив колени и бормоча себе под нос. Учёный даже не сопротивлялся, не поднял головы. Его просто потащили за собой, как тряпичную куклу.
Тайвин смотрел на это и понимал, что их прямо сейчас бросят тут. Лежащих на полу, со связанными руками. Эти мысли обожгли его разум, как кислота.
— Эй! Стойте! Помогите нам! — закричал он. — Развяжите нас, чёрт вас дери! Не бросайте!
— Пожалуйста! — вторила ему Шенон. Голос её срывался на истерический визг. — Не оставляйте нас! Пожалуйста…
— Суки! — рявкнул Дилан, пытаясь подняться. — Развяжите нас, ублюдки!
Первый десантник пробежал мимо, даже не замедлившись. Второй. Третий. Никто не посмотрел в их сторону. Тайвин с ужасом уже решил, что это конец, когда один из отступающих бросил быстрый взгляд на них и замедлился на секунду. Но в этот момент щупальце, вынырнувшее из разбитых панелей, обвилось вокруг его ноги. Солдата рвануло назад, и его потащило к пролому. Он попытался ухватиться за пол, за что-нибудь, но не успел. Щупальце утащило кричавшего десантника прямо в реакторный отсек, и спустя мгновение крик оборвался.
Тайвин замер. Внутри его всё похолодело и сжалось. Он увидел, как одно из этих жутких щупалец медленно тянется прямо к нему. Оно не спешило, будто наслаждалось моментом. Ран впился глазами в эту серую, блестящую массу, в лица, вросшие в неё, и думал только об одном — жена и сын его больше не увидят. Эта мысль обожгла его, как кислота, но тело со скованными руками не слушалось. Он не мог пошевелиться.
А потом щупальце вдруг дёрнулось и заметалось из стороны в сторону. Град выпущенных из импульсных винтовок пуль впился в него, разрывая плоть в лоскуты и вырывая из неё целые куски. Кто-то схватил Тайвина за плечо и с силой дёрнул назад, прочь от щупальца.
— Хватай их! — услышал он сквозь звон в ушах.
Двое десантников тащили его, Дилана и Шенон прямо к выходу. Один, не оборачиваясь, поливал отростки огнём из винтовки, держа оружие в одной руке, пока второй выволок Рана в коридор и швырнул на пол.
— Какого хрена вы творите⁈ — заорал командир, когда последние солдаты выбежали из рубки. — Я приказал отступать!
— Не бросать же их там, сэр, — ответил один из десантников. Голос его звучал глухо, но твёрдо.
Командир хотел было ответить, но в этот момент щупальца, вырвавшись из пролома, заметались по коридору. Они будто двигались вслепую, натыкаясь на стены, оставляя на них влажные разводы. Но с каждым конвульсивным движением становились всё ближе и ближе.
— На ноги их ставьте! — приказал командир. — Быстро!
Тайвина рванули вверх, грубо, не церемонясь, поставили на ноги. Дилана и Шенон тоже подняли.
— Развяжите нас, — почти сразу же заорал Старк. — Дайте нам оружие! Мы можем помочь…
Один из десантников, не глядя, развернулся и со всей силы врезал бронированной перчаткой по лицу Дилана. Тот отлетел к стене со связанными руками и едва не рухнул на пол.
— Рот закрой, — сказал солдат. — Будешь жить — развяжем.
— Назад! Приказ — отступать! — повторил командир.
Они двинулись. Десантники шли последними, поливая коридор огнём. Щупальца хлестали вслепую, но порой их слепые броски оказывались до отвратительного удачливыми. Одно из них обвило руку идущего последним солдата и рвануло назад. Тот вскрикнул, попытался ухватиться за стену и вырвал руку из хватки. Но несчастного тут же схватили