В первый день похорон строго воспрещалось приходить в дом, в котором жил покойный, чтобы на подошвах обуви случайно не принести землю с кладбища, а уж тем более нельзя было возвращаться в дом покойного сразу после похорон, чтобы «не привести» с кладбища смерть (нового покойника). Вероятно, по той же причине не устраивали «поминальный стол» в доме покойного в день похорон. Близкие родные в этот день ночевали не в своем доме, а у родственников или знакомых. Дом должен был оставаться пустым всю ночь или целые сутки. По поверью, ночью могли явиться мертвецы, рядом с которыми похоронен умерший, и задушить одного из родственников. Уходя из своего дома на ночевку в другой, родные завешивали все окна и щели, а зеркала поворачивали к стене или завешивали плотной тканью, необязательно черной. Для домового оставляли на окне чашку с молоком и кусок поминального пирога и с порога, прежде чем запереть дверь, просили прощения за то, что не могут «сёдни в дому ночевать». Все делалось до выноса и после выноса гроба из дома — перед тем как отправиться на кладбище. После кладбища домой не возвращались, грязную посуду и прочее оставляли у калитки / забора и мыли на следующий день, когда утром или спустя ровно сутки приходили в дом.
Для отвода нечистой силы — мертвецов, которые, по поверью, могли явиться в ночное время, — на все постели в доме клали старые веники, одетые («обряжённые») в мужскую рубашку или женское платье родных умершего. На следующий день в доме делали уборку, промывая все полы, углы и протирая стены, меняли постельное белье, перемывали всю посуду, проветривали все помещения. Если хозяева находили в доме следы ночного «пребывания» мертвеца (или покойника), то обязательно сжигали их огнем (в печке), а также звали колдуна, чтобы окончательно «очистить» дом.
Оне [хозяева] ушли… из дому. Как похороны прошли, и там поминки, родные до дому не ходят. Заведёно. Им до дому нельзя, где покойник у них. Перву ночь не идут. Берут что надо, и оне идут к сродственникам. И у этих сродственников ночуют ночь. Приготовят: пироги, мясо, кашу… Несут на кладбище. <…> Дом на замок, ключ под порог. Просят… к хозяину (домовому. — О. Б.) говорят, что прости нас, сёдни в дому ночевать не остаемся — у нас свой умер. Ставят ёму на окошке чего. Оне вот ушли… А этот, к какому ночевать, этот сродственник… он одинокой. Дочки в городах… Этот захотел засмотреть, что такое в том дому. Знает: ключ-то под порогом. Ровно в 12 часов идет до дому. Открывает — никого. Вдруг зовет… кто-то зовет: «Иди сюда». Он думал, что вор. Заходит. На кровати сидит как человек и ест обряжённый… веник… в рубашку обряжённый. И рубашка разорвана на кусочки. Тут такой же к другой кровати… Говорит: «Вот вторая». Мертвецы-то пришли… с кладбища пришли, а веники положены обряжёны [одеты] кто в рубашку, кто в платьё. Разорвали одёжу, думали — люди. Оне ёму говорят: «Теперя тебя разорвем». Этот крещеный, перекрестился — выпихнуло [сродственника] в дверь. И нету. Те [хозяева] наутро приходят — разорение: все мебельно перевернуто, веники и тряпки разодраны… этот сродственник сильно побитой. «Меня, говорит, мертвецы было не съели». Соседи говорят: «Мы ничего не слышали». Такое разорение — и не слышали… [14]
Явление покойника-мертвеца и черта-оборотня
После похорон в течение какого-то времени живущим родственникам мог показаться / явиться недавно умерший. Иной раз на долю женщин (жен и матерей) выпадала трагическая участь стать жертвой покойника-оборотня: постоянно тосковать и плакать и даже тяжело заболеть или умереть от сильной, выматывающей тоски и слез. Сложилось поверье, что если женщина будет много плакать, то «утопит» умершего и его могила заполнится водой. О женщине, которая сильно тоскует и убивается по мужу, говорили, что к ней приходит и ее мучит покойник. Суздальцы различали явление / видение покойника как привидения, которое считалось безопасным для живых родственников, и явление покойника-оборотня. В этом случае под внешностью покойного «приходил» черт или «летящий огненный змей». Принимая облик умершего человека, они являлись в темное время суток самым близким родственникам: жене, дочери, сыну, матери, отцу. Чаще всего покойника-мертвеца или черта-оборотня видели жены и вдовы, чьи мужья находились на войне или в длительном отъезде. О странных «посещениях» рассказывали либо сами свидетельницы случившегося, либо их односельчанки, с которыми они делились своими впечатлениями.
Есть определенная закономерность в мистическом появлении существ иного мира под видом мужа — живого / мертвого или еще живого в момент появления черта-оборотня. Жене или вдове сначала мерещится голос мужа. Ей кажется, муж зовет ее, просит отпереть дверь, пустить в дом, говорит, что вернулся из поездки или пришел на побывку. Она бросается к дверям, отпирает дверь и впускает мужа. Когда «встреча» происходит, жена видит его лицо и фигуру. Потом она узнает его одежду («пиджак синий на ём», «в солдатской шинели», «в пальто» и др.). Обнаружение обмана зависит от действий женщины: она спешит накормить мужа, достает картошку / пирог / кашу из печи, накрывает на стол или сажает за уже накрытый стол, угощает чаем. Завязывается разговор, в котором главной становится попытка расспросить и узнать, как муж живет / воюет, что делает, скоро ли приедет и т. п. «Муж» отвечает на все вопросы, причем так точно, что впоследствии жена / вдова получает письмо, в котором описывается все то, о чем шел разговор. Или похоронку — что также совпадает с тем, о чем говорил «муж». Развязка наступает неожиданно. Вдруг жена замечает, что он не ест и не пьет, а переставляет чашки и перекладывает еду в тарелках. И она как бы случайно роняет на пол ложку. Но когда наклоняется, чтобы поднять, то бросает взгляд на ноги мужа и в ужасе замечает, что на них вместо сапог или ботинок — копыта. Тогда она понимает: в образе мужа к ней пришел черт-оборотень. Жена спешит перекрестить «мужа» и быстро повернуть острием на него железный нож. Черт-оборотень исчезает. Женщина