Печать принесла Франклину достаточно денег и известности, чтобы в 1748 году — ему было 42, на восемь лет меньше, чем Баскервиллу на заре деятельности, — отойти от активной работы в этой сфере и начать вторую жизнь в качестве политика и ученого. Отвечать за печатные станки он поставил своего делового партнера, шотландца Дэвида Холла. Но, даже добившись международной славы на более позднем этапе жизни, он по-прежнему подписывался «Бен Франклин, печатник».
***
Эта история начинается давно, в 1717 году, в Бостоне — крупнейшем американском мегаполисе. Встревожив отца-пуританина разговорами о жизни моряка, 12-летний Франклин устраивается работать подмастерьем у своего старшего брата Джеймса — печатника, который сам прослужил подмастерьем в Лондоне, а затем, вернувшись в Бостон с печатным станком и шрифтом, стал основателем и редактором New-England Courant, четвертой газеты во всех колониях и третьей в Бостоне. Бенджамин Франклин выполняет черную работу: «Мне поручили ходить по улицам и разносить газеты клиентам». Однако он честолюбив и обижен, что брат держит его на привязи. Он начинает писать письма, представляясь вдовой средних лет по имени Сайленс Дугуд, и высмеивает в них различные аспекты колониальной жизни. Письма становятся хитом. Когда выясняется, что Сайленс пребывает во вдовстве, начинают поступать предложения выйти замуж; никто не догадывается, что на самом деле это Франклин. Джеймс публикует серию писем — друзья от них в восторге — и только потом обнаруживает, что написал их его младший брат. Франклин, переставший ходить в школу в десять лет, испытывает мощную «тягу к книгам». Сначала он обходится крохами отцовской «маленькой библиотеки», потом берется за любые тома, которые может заполучить. «Часто я усаживался в комнате и читал добрую часть ночи, если книгу одолжили мне вечером и ее следовало вернуть рано утром, чтобы ее не искали, сочтя пропавшей». Его язык и мировосприятие в юности сложились под влиянием «Путешествия Пилигрима» Джона Баньяна 1678 года, Даниэля Дефо, Коттона Мэзера, а также «Сравнительных жизнеописаний» Плутарха, изданных в 1683 году в переводе Драйдена. Последняя работа представляла собой 24 пары биографий древних греков и римлян (например, сопоставление Александра Великого и Юлия Цезаря) и, на взгляд молодого Франклина, показывала возможное разнообразие жизни.
В 1723 году власть брата становится для Франклина невыносимой. В нарушение законных условий ученичества он уходит из бостонской печатни и оказывается в бегах. Потрепанный, сбитый с толку, одинокий и почти без гроша в кармане, 6 октября он добирается до Филадельфии. Его, однако, захватывает символизм начала с чистого листа на новом месте. Колония Пенсильвания тоже была молодой: Уильям Пенн основал ее всего 40 лет назад. «Я шел по улице и глядел в разные стороны, пока у рыночного дома не встретил мальчика с хлебом», — вспоминает он тот день. Так случилось, что тогда же его заметила будущая жена Дебора: вид взъерошенного 17-летнего юноши показался ей «самым неловким и нелепым». Франклин, «изо всех сил стараясь позабыть Бостон», находит работу у бывшего лондонца Сэмюэла Кеймера (1689–1742) — посредственного печатника, который, прежде чем попытаться начать новую жизнь в Филадельфии, сидел во Флитской тюрьме за долги. Кроме других недостатков, он был еще и плохим поэтом, имевшим привычку отправлять свои вирши напрямую в печать, не прибегая к перу и бумаге. Франклин быстро понимает, что Кеймер («чудак и неаккуратный до крайней неряшливости») «ничего не смыслит в печатном деле» (имеется в виду работа со станком в противоположность набору и упорядочиванию металлического шрифта). Оборудование состояло, по описанию Франклина, из «старого, видавшего виды станка и одного маленького изношенного миттеля». (Этот кегль по-английски называется English и соответствует 14-му размеру в вашем текстовом редакторе. Франклину он казался, вероятно, безнадежно крупным. «Гарнитура» в английском языке будет font или fount, от французского fondre — «плавить», «отливать». Это и полный набор шрифта, и его дизайн.) Кеймер просит Франклина закончить печать элегии о недавно умершем молодом поэте и помощнике печатника. Франклин выполняет заказ скоро и качественно и тем самым обеспечивает себе место. Это первое произведение, напечатанное им в Филадельфии: не книга, а хрупкий лист в память о юноше с невозможно поэтическим именем Акила Роуз (aquila — «орел» по-латыни). Все известные экземпляры исчезли к началу XIX столетия, но спустя еще 200 лет некий книжный дилер обнаружил один из них в альбоме и в 2017 году продал Пенсильванскому университету, где он теперь и находится.
Здесь уже видна схема, которая будет повторяться в ранней карьере Франклина: заметить менее талантливых, обойти их и обратить на себя внимание могущественных людей. «Никудышными» в этот раз оказались два уже состоявшихся филадельфийских печатника: Кеймер («всего лишь наборщик») и Эндрю Брэдфорд («очень неграмотен»), а благодетелем стал губернатор Пенсильвании сэр Уильям Кит, который увидел в молодом человеке многообещающие задатки и настоял, чтобы тот отправился в Лондон для обучения печатному делу. Прибыв в британскую столицу 24 декабря 1724 года, Франклин обнаружил, что Кит не прислал туда рекомендательных писем. («Он хотел всем угодить и, имея мало возможностей что-то дать, давал ожидания».)
Движимый неустанной энергией и не поддающийся некоторым, если не всем, призывам своего товарища Джеймса Ральфа ходить по тавернам, театрам и борделям, Франклин заполучает работу у двух крупных лондонских печатников и быстро учится. Непутевые друзья и в этот раз выгодно оттеняют его трудолюбие и помогают впечатлить вышестоящих. В печатне Сэмюэла Палмера (1692–1732) на Бартоломью-клоуз в районе Литл-Бритен Франклин работает наборщиком и занимается третьим изданием «Очерка религии природы» [52] Уильяма Уолластона, которое вышло в 1725 году. В этой ранней работе на тему деизма утверждалось, что этика выводится из природного мира и не обязательно должна зависеть от религиозных откровений. Джон Баскервилл был бы доволен таким подходом. Франклину кажется, что он сможет написать лучше, и он сочиняет «небольшую метафизическую работу» под названием «Трактат о свободе и необходимости, наслаждении и боли» [53], где приводит аргументы в пользу несовместимости божественного всемогущества и человеческой свободной воли. Брошюра выходит без указания автора и места публикации. А еще она плоха: Палмер считает даже, что она чудовищна. Франклин быстро начинает жалеть об этом поступке и сжигает все экземпляры, которые может вернуть. Тем не менее его горячее трудолюбие (чтобы напечатать 100 экземпляров, он работает сверхурочно) обращает на него внимание влиятельной группы лондонских интеллектуалов, в которую входят автор «Басни о пчелах»