Маск уволил его на месте.
«Я гребаный идиот», — сказал он консультанту по антикризисному пиару после очередного никому не нужного скандала. «Я сам себе нанес множество ран», — признал он, давая показания под присягой по иску из-за очередного безответственного твита.
Именно.
Его критики утверждают: последние годы доказывают, что король был голым с самого начала. Они указывают, что у Маска было много сооснователей в PayPal и что он не был основателем Tesla. Они указывают на колоссальные государственные субсидии, полученные его компаниями. В детективном фильме Райана Джонсона «Достать ножи: стеклянная луковица» (2022) главный герой, отчасти списанный с Маска, оказывается не злым гением, а бестолковым, самоуверенным клоуном, мастером шумихи, чье главное достижение — не компании, а то, что он заставил людей считать его гением.
В некотором смысле такое суждение и слишком простое, и слишком снисходительное. Ведь если бы Маск был настоящим глупцом, это снимало бы с него ответственность за ужасные слова и безрассудные решения. Самое поразительное и тревожное, что можно сказать об Илоне Маске, — он достаточно умен, чтобы понимать, что делает.
Уж точно не такое поведение и не такой образ мыслей вознесли его на нынешнюю вершину.
Многие годы не просто казалось, что Маск обладает даром Мидаса, — он действительно им обладал. Он создал многомиллиардное богатство. Делал то, что считалось невозможным. Его лицо украшало обложки книг-бестселлеров и журналов. Пресса пела ему дифирамбы, а сам он появлялся в камео в фильмах о супергероях. Он собрал одну из крупнейших аудиторий в истории социальных сетей. Во всем, что он делал, — всякий раз, когда в нем сомневались критики или рынок, — он доказывал чужую неправоту. Если бы он слушал их, где бы он был сейчас? Где были бы мы?
Илон Маск был Мидасом. Все, к чему он прикасался, действительно превращалось в золото.
И все же слишком легко забыть, что история царя Мидаса — это трагедия; что власть развращает, успех порождает дурные привычки, а гордыня предшествует падению [151]. «Люди твердили мне это всю жизнь, — говорил Маск о тех, кто уверял его, что то или иное невозможно, что не стоит браться за дело, что нужно быть осторожнее, притормозить, смириться с реальностью. — Тоже мне новость! Они и про ракеты говорили, что мы не сможем их сажать». Он помнит, как друзья отговаривали его, когда он задумал SpaceX: «Илон, ты не можешь основать ракетостроительную компанию. Это глупо».
С какой стати он должен кого-то слушать? И о чем?
Эшли Вэнс, один из симпатизирующих Маску биографов, отмечал, что его успехи, достигнутые вопреки всему, демонстрировали «фирменный стиль: входить в сверхсложный бизнес, ничуть не смущаясь тем, что он очень мало знает о нюансах отрасли». Неудивительно поэтому, что он уверовал, будто может изучить что угодно, сделать что угодно и что он умнее всех.
Опыт в одной области — вещь коварная. Иногда он применим в другой, а иногда нет. Мудрость, смирение и понимание себя — вот что помогает видеть разницу.
У Маска выработалась привычка записывать в «идиоты» людей, несогласных с ним, — это заложено в самом названии «индекс идиота». Его вспышки ярости из-за ошибок или расхождения во мнениях стали настолько привычными, что сотрудники прозвали это режимом «Идиот». Ну, вы знаете: это когда Маск, один из богатейших и влиятельнейших людей мира, подлетает к рабочему, менеджеру, пиарщику или чиновнику и орет ему в лицо: «Ты идиот! Убирайся к черту и не возвращайся!»
Такая напряженная боевая атмосфера действительно отсеивает слабых. Она держит людей в тонусе. Но со временем такой отбор оставляет почти исключительно подхалимов и психопатов. Раз за разом во вселенной Маска сотрудники, которые спорили с ним, отговаривали от скандальных слов или поступков, говорили горькую правду или призывали к осторожности и взвешенности, внезапно оказывались без работы. Как объяснял один инженер, «смертным приговором» было «доказать Илону, что он в чем-то неправ». В компаниях Маска ни для кого не секрет: людей, которые говорят о безопасности, о соблюдении норм или высказывают сомнения, перестают звать на совещания, а потом выживают из компании.
Неудивительно, что все пошло именно так. А у кого бы не пошло?
Вторая жена Маска, актриса Талула Райли, как-то объяснила: ее роль заключалась в том, чтобы удержать мужа от «королевского безумия» — не дать власти, стрессу и богатству развратить его. Однако Маск противился любым ограничениям — от Комиссии по ценным бумагам до социальной ответственности генерального директора. В итоге они с Райли развелись, причем не раз, а дважды, и впоследствии Маск действительно впал в настоящее «королевское безумие».
Самая большая опасность для умнейшего человека в мире — поверить, что он и есть умнейший человек в мире.
Тогда он превращается в очень опасного глупца.
Потому что ему начинает казаться, будто все его поступки умны, даже когда они откровенно глупы.
Друзья и поклонники давно говорят о «режиме демона» — состоянии, когда Маск превращается в зверя или машину, чтобы решить любую, казалось бы, невозможную проблему или уложиться в нечеловеческие сроки, необходимые для успеха. Месяцы, когда он спал на заводе. Экстренный сбор средств в самую последнюю минуту, спасавший от банкротства. Чудеса логистики и выстраивания цепочек поставок.
Рождество 2022 года Маск провел вдали от семьи, забросив другие компании: вместе с небольшой командой преданных сотрудников он лихорадочно отключал сотни серверов «Твиттера», чтобы сократить вычислительные расходы компании, и грузил их в фуры. Позже он признал, что вся затея была ошибкой: в коде «Твиттера» оказались жестко прописанные ссылки на те самые серверы, которые он выдирал, и это сломало важные части сервиса.
Почему же ему никто не сказал? Тех, кто мог это сделать, скорее всего, уже уволили… а остальные боялись, что их назовут идиотами, если они посмеют вмешаться.
Суть мудрости в том, чтобы выйти из «режима демона», который писатель Роберт Грин куда удачнее назвал «тактическим адом». Дело лидера не в том, чтобы загнать компанию в кювет, а затем героически поднимать всех на ее спасение. Нет, дело лидера — быть стратегом, действовать на упреждение, сохранять спокойствие и контроль; предотвращать драмы, а не искать их.
Даже если Маску удастся вывести «Твиттер» из кризиса — а за эти годы он уже не раз доставал кроликов из шляпы, — бесспорно одно: этот кризис он создал сам, и любой финансовый успех здесь станет самой настоящей пирровой победой [152]. Ведь попутно он уничтожил свою некогда безупречную репутацию. Он позволил себе превратиться в ангажированную одиозную фигуру, раскалывающую