Когда радостные возгласы утихли и зрители вернулись к дружеской болтовне, Аша подошла к Чарльзу. Он склонился над рукавом, пытаясь стереть пятно с манжеты. Наверное, надо что-то сказать. Объяснить, что в тот день она здорово испугалась, хотя «испугалась» – вряд ли подходящее слово. Ее охватил ужас. Она оцепенела. Даже эти слова не способны описать накатившее на нее чувство кошмара и паники, когда дыхание стало прерывистым, а пульс участился. И сейчас что-то клокотало в груди, стоило вспомнить об этом озере.
– Чарльз, ты здесь!
Со стаканчиком в руке к Чарльзу подскочила Пиппа, и возможность Аши поговорить с Чарльзом растворилась в воздухе.
Уже будучи совсем рядом, Пиппа оступилась. Подвернула лодыжку и чуть не упала.
– Осторожно!
Чарльз успел подхватить ее и не дал упасть. Потом одернул рубашку – на нее вылился напиток из стаканчика Пиппы.
Пиппа оглянулась на землю у себя за спиной и сказала:
– Прости, тебе досталось?
Она осторожно переступила и поморщилась от боли.
Чарльз смотрел на рубашку.
– Что это? Черная смородина?
– Я подвернула лодыжку.
– Пятно останется.
– Нам надо поговорить, Чарльз. Отойдем куда-нибудь?
– Иногда от тебя просто нет спасенья.
Аша стояла и смотрела. Не в силах отвести от них взгляд.
– Чарльз! – воскликнула Пиппа. – Ты пил? Разит, как от…
– Сейчас не время.
– У тебя всегда «не время».
Чарльз со скоростью молнии схватил Пиппу за запястье, оба в ярости смотрели друг на друга.
– Сейчас. Не. Время.
Аша подошла, чтобы как-то разрядить обстановку.
– Привет. Отлично идет игра, да? Я правильно понимаю, что мы выигрываем, Чарльз? Я плохо слежу за счетом, но вижу, что ребята рады. Ну, в такой день, как сегодня, грех не улыбаться.
Чарльз повернулся к ней и отпустил руку Пиппы. Он уже успокоился, лицо озаряла улыбка.
– Да, дела у нас идут неплохо. Хинч будет счастлив, если мы возьмем верх. Кассиус в отличной форме сегодня, верно?
Пиппа тоже заулыбалась, но не так убедительно.
– Бенни будет счастлив, если мы обыграем «Святого Франциска». Им в прошлом семестре здорово досталось на хоккейной площадке. Помнишь, Чарльз?
Подошла Роза и сунула руку под локоть Аше.
– О чем разговор?
Пиппа не отрывала взгляда от Чарльза. Она покачивалась, как высокая трава на легком ветерке.
– О том, как удачно у нас складывается игра, – пояснила Аша.
– Да, – согласился Чарльз. – Играют прекрасно. К сожалению, моя жена решила искупать меня в своем напитке. Извините, пойду переоденусь.
Он уже пошел прочь, но Пиппа его окликнула:
– Чарльз!
– Что?
– Я, хм… – пробормотала она. – У меня в багажнике есть чистые рубашки. Держи.
Из переднего кармана сумочки она достала связку ключей и бросила мужу. Он поймал ключи и ушел, даже не сказав спасибо.
После его ухода осталась некая неловкость, и Аша мучительно думала, какими словами снять напряжение. Но у Розы таких затруднений не возникло.
– Да что же это такое, Пиппа! Как ты до сих пор не вставила ему клизму? Во-первых, вся эта история с деньгами, и потом – как он с тобой разговаривает? Он должен у тебя в ногах валяться, а не просить развод.
Пиппа опустила голову.
– Уверена, он это не всерьез.
Аша и Роза переглянулись. Никогда не знаешь, когда лучше поднажать, а когда сдержаться и не лезть не в свое дело.
– Аша, – продолжила Пиппа, – все хотела спросить, как дела у Каса. Со всей этой травлей и прочими делами. Извини, что не спросила раньше, но эта неделя… сама понимаешь.
– Ничего страшного, – сказала Аша. – Теперь у нас новый борец с травлей, Кэти Лейн, и я обязательно с ней поговорю об этой истории. На самом деле, – она поднялась на цыпочки посмотреть через головы родителей в сторону павильона, – я как раз собиралась ее найти. Не знаете, где она?
Пиппа покачала головой.
– В пятницу днем у нее занятия, но со звонком она появится. У тебя к ней что-то срочное?
Аша заправила волосы за ухо, сложила на груди руки.
– Может подождать.
– Ничего, если я на тебя обопрусь, дорогая? Похоже, я вывихнула лодыжку.
Родители дружно издали приглушенный стон. Аша взглянула в сторону игроков – Бенни стоял, опустив голову, а его противник у калитки гордо вскинул голову и руки вверх. Крикетные столбики чуть покосились. Пиппа поморщилась.
– Будет переживать. Весь в отца. Терпеть не может, когда что-то идет не так.
Они стояли и смотрели, как доигрывается матч, в нужных местах аплодировали, улюлюкали, когда мяч скакал по площадке. К площадке, почувствовав запах победы, подтянулись другие учителя. Предстоящий триумф опьянял. Аберфальцев активно поддерживали родители, а школу «Святого Франциска» стало слышно тише, будто уровень шума в сумме должен оставаться неизменным.
И вот игра закончилась, игроки пожимали друг другу руки, хлопали по спине, а Роза кинулась к Олли – везти на урок виолончели.
– Хорошо сыграли, – говорили ребята.
– Молодцы.
Из подростков они на глазах превращались в молодых людей. Аша следила за Касом – вот он хлопнул кого-то по плечу, кому-то уважительно кивнул. Всякий раз, когда у нее возникал вопрос, а подходит ли ему эта школа, она видела: ему здесь уютно, и переводить его в другую не имеет смысла.
– По чашечке чаю? – спросила Пиппа. – Ребятам еще надо собраться.
Кас перехватил взгляд Аши и помахал ей рукой. Такой широкой улыбки на его лице она давно не видела.
– Да, – ответила она. – С удовольствием.
Ребята сгрудились у крытого соломой павильона, где их ждали сэндвичи и пирожные, а родители оживленно болтали, поздравляли друг друга с победой детей, будто и сами внесли в нее посильный вклад.
– Хинча кто-нибудь видел? – спросила Роза, встав между Ашей и Пиппой и обняв обеих за плечи. – Раздевалки закрыты, а нам нужно лететь.
– Нет, – сказала Аша. – Все куда-то разбежались. Ньюхолла тоже не видно, и Кэти Лейн.
– И Чарльза нет, – заметила Пиппа.
– Похоже, где-то вечеринка, на которую нас не пригласили, – засмеялась Роза. – Спорим, они все в кабинете Ньюхолла, пьют виски, пока мы здесь пробавляемся жидким чайком из бумажных стаканчиков.
Аша представила, как мужчины смотрят на них сверху вниз из окна.
– Ух ты, – сказала Роза. – Смотри-ка, кто к нам пришел.
Аша было повернула голову, но Роза сказала:
– Не смотри.
– То смотри, то не смотри – определись уже.
– Он здесь с утра околачивается, – заметила Пиппа. – Мисс Лейн хочет от него избавиться, но на него всегда так приятно смотреть.
Отис Блейк был в шортах, этим его наряд и ограничивался. Он больше походил на спортсмена, чем на садовника. Над шортами виднелась светлая полоса, но торс был гладкий и загорелый.
– Вот уж Кэти Лейн взбеленится, – предположила Роза. – Она все время говорит ему, чтобы без одежды не ходил, но я ее в этом