– Минутку, – начала было она, но тут же осеклась: у Каса загудел телефон. – Это…
Кас посмотрел на экран.
– Это Бенни Ярдли.
Роза МамаОливера: Бал состоится! Я думала, отменят. Надо проверить, влезет ли Мик в свой смокинг.
Клэр Самапосебе: Тема «ревущие 20-е» остается?
Роза МамаОливера:ДА. Кисточками и блестками прикроем жировые складки. А брюки надо такие, чтобы животик не вываливался.
Аша: Извините, что огорчу, но Пиппа попала в аварию.
Бекки МамаРуперта: Это, блин, что еще такое? Что случилось?
Аша: Только что говорила с Чарльзом. Все нормально, но она в больнице. Состояние стабильное. Ввели в кому, ждут, когда спадет отек мозга.
Роза МамаОливера: Что за авария?
Аша: Переходила улицу и попала под машину. Ничего не сломано, но головой ударилась о лобовое стекло.
Сара МамаТедди: Господи. Какой ужас. Бедная Пиппа. Но она же поправится?
Аша: Не знаю. Чарльз говорит, что она в коме ради ее же блага. Как ввели, так и выведут, верно?
Роза МамаОливера: Я потрясена. Не знаю, что сказать.
Клэр Самапосебе: Какая жуть. Мы как-то можем помочь?
Бекки МамаРуперта: Надеюсь, скоро придет в себя. Но у меня есть ВОПРОСЫ. Кто сидел за рулем машины? Ее сбили нарочно?
Аша: я прямо перед этим с ней разговаривала. Она сказала, что вспомнила что-то важное насчет смерти ДН и хочет поговорить с полицией.
Бекки МамаРуперта: БЛИН! О чем именно, знаешь?
Аша: Нет.
Роза МамаОливера: Ладно. Остаемся на связи. А если за рулем был Хинч?
Аша: Это был не Хинч.
Роза МамаОливера: Пиппа знает, что Хинч имеет отношение к этому убийству, вот он и хотел заткнуть ей рот.
Сара МамаТедди:Хм… Ну это ты загнула!
Аша: Это был не Хинч.
Роза МамаОливера: Этот тип опасен. Во время матча исчез, я слышала, его собирались уволить, если команды не начнут выигрывать. И он вспыльчивый. Слышала, от него ушла жена, потому что он ее ударил.
Аша: Серьезно говорю. Это был не Хинч. Я видела человека, который был за рулем. Не Хинч.
Бекки МамаРуперта: Жена Хинча умерла от рака, Роза! К тому же мне кажется, что к этому убийству имеет отношение Кэти Лейн. Говорит, что задержалась в школе и «случайно» наткнулась на тело? Кто в это поверит? Она спала и видела, как бы занять его место. Думала, что в этом году ДН уйдет на пенсию, а он, по слухам, надумал остаться. Ясно, что ей это как острый нож.
Клэр Самапосебе: Спорить готова, это его жена. Помните, говорили, что у Ньюхолла роман на стороне? Дыма без огня не бывает!
Роза МамаОливера: А по мне, это Хинч.
Бекки МамаРуперта: Кэти Лейн.
Клэр Самапосебе: Джемма Ньюхолл.
Роза МамаОливера: А ты что скажешь, Аша?
Аша: Гадать на кофейной гуще не хочу. Утром поеду в больницу, может, что-то выясню насчет Пиппы. Сразу дам вам знать.
Аша: И еще…
Аша: Я думаю, это Чарльз Ярдли.
Глава 24
На следующий день после несчастного случая с Пиппой
Аша стояла в дверях с букетом подсолнухов на толстых стеблях. В больнице было прохладно, но не холодно. Ощущался легкий запах готовящейся в столовой пищи. В этом запахе было что-то необъяснимо мягкое. Пюре. Каша. Жидковатая пища, зачерпнешь ложкой – и в рот ослабевшим и увядающим людям. У кровати Пиппы стояла медсестра. Ростом меньше Аши, но, если упереть локти в стол и попробовать, кто кого, шансов у Аши практически нет.
– С цветами нельзя.
– Ой.
– Это вы с утра звонили?
– Нет. Не я.
– Было плохо слышно, собака лаяла. Давайте положу на стол. Будете уходить – заберете.
Приносить цветы женщине в коме – могла бы придумать что-то поумнее. Все равно что класть подношения на могилу. Адресату от этого ни холодно ни жарко. Мир видит, какая ты хорошая подруга или родственница, – не более того. Но Аше было важно чем-то занять руки, за чем-то спрятаться. Она все еще не посмотрела на кровать. Все еще не увидела Пиппу. Надо свыкнуться, сказала она себе. Так пробуешь холодную воду, когда входишь в море, ждешь – пальцы онемели, значит, можно идти дальше.
– Ее муж сказал мне, что все хорошо, с ней все нормально, но…
– На самом деле, ничего страшного. Синяки и припухлости со временем исчезнут, сами увидите.
Медсестра забрала у Аши цветы и бесшумно исчезла – туфли на мягкой подошве. Аша уголком глаза глянула на кровать. Сначала белое одеяло. Потом изгиб ноги Пиппы. Тонкие руки, в вену одной введена игла, закрепленная лентой. Аша осторожно подошла к кровати, будто боялась, что заскрипят половицы. Трудно смириться с тем, что ее подруга – в коме. И в кому ее ввели специально. Аша наклонилась вглядеться в лицо Пиппы, чтобы не мешали урчавшие и щелкавшие вокруг нее механизмы. Они поддерживают ее жизнедеятельность. Если Аша споткнется и выдернет провод – все, игра сыграна. Разве рядом не должен быть кто-то? Проверять, дышит ли Пиппа. Как-то ограждать от случайных рук. Защищать от мира.
Аша стояла у края кровати, чувствуя, будто вторгается в чужое пространство, молча умоляет Пиппу проснуться. Вроде бы они подруги, но все же знали друг друга не так близко. Как Пиппа спит, Аша никогда не видела. Ей стало неловко. Захотелось уйти.
Ну вот, пришла, и что делать дальше? Помощи от нее Пиппе никакой, если кому и надеется помочь, так это себе. Вот бы Пиппа открыла глаза и сказала: «О, дорогая, ты не виновата, что я выбежала из супермаркета прямо под машину. И, кстати, Аша, я тебе скажу, кто убил Джерри».
Она где-то читала: когда человек в коме, он может слышать, что происходит вокруг него. Но Аше так часто приходилось вести односторонние беседы, что по доброй воле начинать еще одну не хотелось. И она стояла и смотрела: вдруг Пиппа откроет глаза?
Когда Аша призналась, что в причастности к смерти Джерри Ньюхолла подозревает Чарльза, эту мысль она обнародовала впервые. Проблемы с деньгами и браком – ясно, что уровень стресса выше нормы. В голове у Аши все время вертелись слова Пиппы: «Потом был Чарльз» – перед тем, как она выбежала из магазина.
У Чарльза был мотив и была возможность. Он исчез из поля зрения в момент смерти Джерри, потом появился в новой рубашке. Никого не удивило бы, что он входит в здание школы. Они с Джерри – старые друзья, но дружба