Парень лучшей подруги - Лисавета Челищева. Страница 23


О книге
стекает по лицу, я закрываю глаза. Пар быстро наполняет кабинку. — Сегодня на море было особенно хорошо, — шепчу я. — Много чаек летало. Верзила набегался в свое удовольствие… Странно ли разговаривать с собой? А кто меня осудит, если никого нет. Правильно. Я открываю глаза. Выхожу из душа. Заворачиваюсь в полотенце — пушистое, белое. Прохожу в спальню. Здесь темно, только фонарь в саду светит сквозь щель в шторах. Включаю ночник на тумбочке. Кровать большая. Пустая. Сажусь на край, провожу рукой по простыне. С его стороны. — Жень, — шепчу. — Я скучаю. Ничего. Только тишина. Вздыхаю, поднимаюсь, чтобы достать пижаму. Подхожу к шкафу и уже тянусь к полке, когда чувствую чьи-то руки. Тёплые, сильные. Они обнимают меня сзади за талию. Прижимают к твердой груди. Я замираю. Сердце пропускает удар, потом несется галопом. — Ты что, без меня в душ ходила? — раздается сонный голос у моей макушки. Я разворачиваюсь. Женя смотрит на меня и улыбается. Той самой улыбкой — наглой, тёплой, которая только для меня. — Ты был дома все это время? — Спал в мастерской. Устал за ночь. Очень долго провозился с заказом. Верзила меня разбудил, лапой в дверь постучал. — Он кивает на дверь. Пёс сидит на пороге, радостно виляет хвостом. — Три года вместе, а я до сих пор никак не привыкну, что ты всегда появляешься бесшумно. — Не привыкай. — Женя проводит большим пальцем по моей щеке. — Я люблю, когда ты вздрагиваешь, а потом понимаешь, что это я, и расплываешься в улыбке. Мило выглядишь. — Я так поседею раньше тебя. Этого добиваешься? — А я тебя меньше любить не стану. — Нет уж, седой я не хочу быть раньше времени. Не пугай меня больше. Тем более, мне нельзя нервничать. Забыл? Он наклоняется и целует меня. В висок. В щёку. В уголок губ. — Кажется, что-то припоминаю. — Кстати, Жень, а ты сказал своим родителям, что мы приедем на выходные? — спрашиваю я, когда он снова прижимается к моим губам. — Серьёзно? Ты об этом сейчас думаешь? — его рот касается моего, и меня словно миллион мурашек пронзает. Спина выгибается ему навстречу — естественный рефлекс. Я прикусываю нижнюю губу, когда он прижимает меня к себе сильнее. — Что ты делаешь? — шепчу я, а он улыбается, глядя сверху вниз. — Ничего, — бормочет он мне в шею, в то самое место, которое любит целовать. — Жень, — ворчу я. — Я только из душа. — Значит, надо идти обратно. Мы идём в ванную. Вместе. Он несёт меня на руках, я обвиваю ногами его торс. Включает воду, ставит меня на ноги. Стягивает через голову свою футболку — под ней всё то же, что три года назад. Мышцы, шрамы, татуировка — змея, обвивающая пион. Цветок, который он переделал после операции. Сказал: «Старая жизнь кончилась. Пусть на рисунке тоже будет по-новому». Он снимает штаны, остаётся в чёрных боксерах. Смотрит на меня — мокрую, в одном полотенце. — Можно? — спрашивает, касаясь моего плеча. — Только тебе. Он распускает полотенце, бросает на пол. Я стою перед ним голая, под струями воды. Короткие волосы прилипают к вискам и лбу. А он смотрит — медленно, с головы до ног, задерживаясь на шраме на моём левом колене и на родинке под правой грудью. С этого взгляда все и начиналось. Мне достаточно было лишь его, чтобы уже еле стоять на ногах и здраво мыслить. — Ты так красива. — Ты каждый раз будешь мне напоминать об этом? — Буду. Вдруг забудешь когда-нибудь. Женя шагает ко мне, наклоняется, целует. Мягко, неторопливо. Я запускаю пальцы в его влажные волосы — чувствую под ними край шрама, глажу привычно. Он когда-то не давал даже трогать, отворачивался. Теперь сам прижимает мою ладонь, если я убираю. — Садись, — просит он, усаживаясь на каменную скамью и притягивая меня к себе на колени. Его руки на моей талии. Мои — у него на груди, там, где бьётся сердце. Которое почти остановилось несколько лет назад. Которое врачи запустили заново. — Кстати, а где мой обещанный ужин? — вспомнила я, когда он наклонился к моим губам. — Ты вчера обещал. — Опять отвлекаешься? Я сглотнула, глядя, как двигаются его мышцы, какое у него рельефное тело и татуировки на груди и ребрах. — Больше не буду. Обещаю. Его голодный взгляд скользнул по мне, заставляя покраснеть. Женя помог мне слезть и шагнул в душевую кабину из камня. Я вошла следом, он включил горячую воду, и я взвизгнула, когда она коснулась кожи. Он рассмеялся, приближаясь ко мне. Протянул мне бутылку темно-синего шампуня. — Я буду пахнуть как парень, — простонала я, заставив его рассмеяться. — Нет, как мужчина. — У тебя еще есть краска в волосах, — сказала я, когда он снова провел по волосам. — Опять весь испачкался в мастерской. — Где? — Сзади, — указала я, заставляя его застонать в попытках смыть, но ничего не выходило. — Все еще там. Он снова провел пальцами по волосам, но сзади так и не достал. — Дай я, — я встала на цыпочки, потянувшись к его затылку. Провела пальцами по его темным густым волосам, смывая краску. Я чувствовала его руки на своих бедрах, поддерживающие меня. Я медленно опустила руки с его волос на шею, затем вниз по его сильной груди, оставив их там. — Боже, ты совершенство, — пробормотал Женя и прижал меня к каменной стене душа. По инстинкту я обвила ногами его торс, притягивая ближе. Он держал меня обеими руками. Приподнял так, что мы оказались на одном уровне. Левую руку я обвила вокруг его шеи, правая все еще лежала у него на груди. Он мягко коснулся моих губ своими. Я подалась вперед, желая большего, но он опустил губы к моей челюсти, оставляя легкие поцелуи. Мое дыхание сбилось, когда он начал посасывать кожу. Я притянула его обратно к лицу, оторвав от шеи. Его губы были в сантиметрах от моих. Я смотрела в его потемневшие глаза. Словно прочитав мои мысли, он чуть наклонился, и наши губы соединились. Три года назад я бы ни за что не подумала, что буду целоваться с Женей Верзиловым. Спроси меня тогда, я бы сказала, что это чья-то больная фантазия. А теперь вот я тут, целуюсь с ним в нашем душе. Целовать его было так хорошо, я хотела больше. Я обвила рукой его шею, притягивая еще ближе. Моя спина уже почти не касалась стены, потому что я вся прильнула к нему. Я прикусила его нижнюю губу и потянула, заставив застонать. Почувствовала, как его рука скользнула по моему голому боку и остановилась под
Перейти на страницу: