Моя одежда лежала на краю кровати, аккуратной стопкой. Я выскользнула в утреннюю прохладу. По телу пробежали мурашки. Быстро оделась и поспешила покинуть покои своего полководца, попутно расчёсывая волосы пальцами.
Злата, Риан и Эйден уже были в нашей столовой.
— Ну слава богам! А я-то уж подумала, что ты проспишь собственную коронацию, — Злата прошла по мне лукавым взглядом, покосилась на Эйдена.
Я почувствовала, как к щекам прилила кровь. Вчера всё казалось проще. Сегодня…я не знала, как вести себя дальше. И не только с Эйденом. Меня дико смущала всеведущая Злата, которая и подтолкнула меня к этому шагу.
— И вам прекрасного утра, — постаралась придать голосу уверенности и беззаботности.
Опустилась на стул, взяла в руки приборы.
— Есть какие-то сведения о продвижении армии Ванаоров? — я не отрывала взгляда от тарелки. И да, мне было стыдно встретиться глазами с Эйденом. Не меньше, чем со Златой.
— Идут, наверное… — отстранённо произнёс Риан.
Я подняла на него взгляд, удивлённая нетипичным поведением. Элиар-тень выглядел болезненно. Под глазами вновь залегли тёмные круги, лицо заострилось.
— Всё в порядке?
Риан вынырнул из своих размышлений, сфокусировал на мне взгляд, прищурился и покосился на Эйдена.
— А что происходит,Эйд ?
— Смотря про что ты,Вал. Если ты про то, что нельзя говорить…
Элиар-тень сжал зубы, скрипнул ими и тихо, угрожающе зарычал. Злата нахмурилась, пробежала взглядом по обоим мужчинам, недоумённо взглянула на меня.
— …то всё в порядке, — словно не замечая настроя Риана, продолжил Эйден. — Точнее, в полном не порядке. Но тебе на это всегда было похрен.
— Если бы мне было «похрен» — меня бы здесь не было, — натянуто улыбнулся элиар-тень.
— Достаточно! — резко произнесла я, выдыхая и стараясь унять сердцебиение.
Оба мужчины перевели на меня удивлённые взгляды. Я сглотнула. Не каждый день унимаешь ссорящихся вечных.
— Мы на пороге войны, а вы решили выяснить отношения именно сейчас? Не лучшее время, не находите? — я уверенно взглянула на Эйдена и Риана.
Висок пронзило болью. Я потёрла его пальцами. Не хватало ещё головных болей перед битвой. Я чувствовала кожей, что наше время на исходе. Новый болезненный удар в затылок. Боль расползалась, опоясывала голову.
— Яра? — голос Златы словно пробивался сквозь толщу воды.
— Просто голова разболелась. Всё в порядке. — Я постаралась успокоиться. Сделала медленный вдох и выдох. Боль чуть отступила. По крайней мере, я смогла открыть глаза и вновь слышала окружающий мир.
Завтрак продолжился в тишине. А после Вал, Риан и Злата вернулись к обучению и подготовке к битве. Моя же битва сегодня была в другом.
Корона. Наш единственный кузнец расстарался на славу. При скудных ресурсах он создал настоящий шедевр. Зубцы были пламенем, украшенные цитринами, топазами. На венце был жёлтый сапфир. Уникальный и единственный в сокровищнице.
— Она восхитительна, — я не сдержала улыбки, осторожно взяла корону в руки, разглядывая каждую ажурную вставку.
— Под стать королеве, — с поклоном отсыпал мне комплимент Иван. — Прошу меня простить, но если не требуется ничего переделывать, то я вернусь к подмастерьям и мечам.
— Конечно, они сейчас важнее всего.
Потом было платье. Которое подгоняли целую вечность. Дальше мне пришлось проведать наших поваров. Главную площадь уже украшали, расставляли столы. Все, кто был не занят в учениях и подготовке к битве, с радостным возбуждением ждали вечера.
А я…боялась, что занимаю чужое место. Что не справлюсь, не оправдаю надежды. Витала в своих мыслях, обрывках сладкой ночи. И дрожала от нарастающего гула в голове.
Храм богов был разрушен полностью. От него осталась только ровная площадка на возвышении. Но Злата настояла, чтобы коронация проходила именно там, объяснив, что храм — это не стены, а священная земля. Спорить с ней никто не решился. Да и разве можно её переспорить…
Солнце скрылось за горами. Дорогу к площади бывшего храма осветили огнями. Меня изрядно потряхивало, когда я шла в своём лёгком, но идеально сидящем платье к месту коронации. Поскольку служителя храма у нас не было, решили, что корону мне на голову возложит последний элиар-тень. Риан, конечно, такому раскладу не обрадовался. Но он был до неузнаваемости серьёзен, когда я поднялась по разбитым ступеням на площадь.
Община беглых рабов не была большой, но места на площади хватило не всем. Многие остались стоять у дворцовой площади. На уровень ниже. Но мы были как на ладони.
Стояла удивительная тишина. Даже светлячков не было слышно. И в этой пустоте без звуков моё сердце отбивало нервные удары в барабанных перепонках.
Риан едва заметно улыбнулся, подбадривая меня.
— Почти пятьсот лет назад был основан город, что стал оплотом человечества в борьбе со злом, что шагало по материку с Чёрных земель, — голос элиар-тени разнёсся над притихшей толпой. Наверное, даже над всем городом. — И первый человек, что не желал покоряться злу и становится тёмной тварью, заложил первый камень стены этого города. Он же молил богов на этом самом месте и просил помочь, дать оружие, способное развеять тьму. И боги ответили ему. Указали место, где нужно было построить портал. Все расы объединились в надежде на чудо. Портал был построен за короткий срок. И оттуда пришли драконы, что стали главным оружием в той кровопролитной войне. Зло было повержено. А тот человек…Юлий Веледор сплёл свою жизнь с жизнью летающего ящера, позволив испить свою кровь и выпив его кровь взамен. Он стал первым в великом роду говорящих с драконами. И сегодня корона будет возложена на голову его потомка, ту, кто как и Юлий, не сдалась, а начала борьбу с тиранией династии Ванаоров. Ярославы Веледор. Прими эту корону. И пусть пламя ненависти к рабским цепям не погаснет в твоём сердце и на её зубцах.
Я опустилась в поклоне. Риан водрузил корону мне на голову. Кажется, теперь я дрожала всем телом. Но всё же нашла в себе силы выпрямить спину, развернуться и поднять подбородок. Пока мой новый народ славил королеву…
ГЛАВА 51. МЫ МЕРТВЫ ПЛОТЬЮ, МИЛЫЙ
ГЛАВА 51. МЫ МЕРТВЫ ПЛОТЬЮ, МИЛЫЙ
Селерия
Ведьма металась по комнате, как загнанный зверь. Димитрий оказался не таким уж и дураком. Он усилил охрану, препятствуя связи с господином. Ей надоело сидеть взаперти, когда на шахматной доске уже расставлены все фигуры. Она должна участвовать во всём этом,