Переместиться на кухню? Стоп! Есть решение получше. Создаю портал на пути гранаты и открываю его прямо за спиной охранника. Чистая работа — небольшим усилием решаю вопрос собственной безопасности и не оставляю свидетелей. От взрыва укрылся за стеной и выглянул на лестничный пролет только через пару секунд. Так, и где Троицкий? Ни за что не поверю, что он погиб после взрыва.
Хлоп! Перемещаюсь на кухню и прижимаюсь к стене. Вовремя, потому как буквально через мгновение слышу выстрел. Николай держит проход в кухню на прицеле. Перемещение к выходу! Здесь у меня есть несколько секунд. Успеваю выстрелить, но защита Троицкого на месте, приходится снова прыгать на второй этаж.
Так, сейчас он в гостиной, которая одновременно стала его ловушкой. Да, он может попытаться выбраться через окно, но не станет этого делать. Стены дают ему хоть какую-то призрачную защиту, в то время как на улице он будет словно на ладони.
— Ну же, выходи, кусок Арканьего дерьма! Не знаю как ты это делаешь, но я найду способ справиться с твоими фокусами!
Ага, а что же столько неуверенности в голосе? Ладно, попробую сыграть по новой тактике, благо, я теперь куда сильнее, чем прежде. Появляюсь в коридоре, метрах в шести от Троицкого, который предусмотрительно прижался спиной к стене и выставил оружие наготове.
— Вот ты где!
Несколько выстрелов подряд, но меня это нисколько не смущает. Открываю портал между нами, и все пули возвращаются к адресату, вот только защита снова спасает.
— Ах, я так и думал! — Николай швырнул в сторону пистолет, который стал не нужен и вынул кинжал длиной с локоть. — Ну, подойди к папочке! Давай разберемся в ближнем бою, как настоящие мужчины.
Заманчивое предложение. Понимаю, что это прямое приглашение в ловушку, но сейчас у нас патовая ситуация — мои выстрелы ровно ничего не значат, поэтому единственный шанс разобраться с Троицким — рукопашная.
Николай первым шагнул ко мне, сокращая дистанцию. Да, теперь нельзя позволить загнать себя в угол. Мы кружились в гостиной, ожидая, когда кто-то ошибется первым. У него преимущество — длина кинжала, мое — количество ножей. Пропустил его выпад мимо и резанул по руке. Казалось бы, рана несерьезная, но кровоточит и ослабляет противника. Троицкий тут же попятился и призвал дар. В воздухе образовалась сеть из энергии, которая обрушилась на меня сверху.
Хлоп! Я тут же оказываюсь за спиной Николая, но не успеваю нанести удар ножами в спину — тот вовремя отходит в сторону и пинком отправляет меня на встречу с креслом, которое тут же превращается в кучу мусора. Ну, Кузьмину уже все равно, так что не беда.
Перекатываюсь через плечо и поднимаюсь на ноги. Троицкий пытался воспользоваться моим положением и заколоть ударом сверху, но не успел. Зато я провел удачный тычок под правую руку, а когда противник согнулся от боли и попятился назад, переместился по другую сторону от него и ударил в раскрывшуюся шею.
Николай упал на землю и захрипел, захлебываясь собственной кровью. Да, мои представления об аристократах, как о жалких немощных людишках, прячущихся за спины телохранителей, сегодня развеялись как дым. Троицкий аристократ старой школы, из тех, кто не дожил бы до седин, будь слабым и безвольным. И все же это не отменяет того, что он был еще той сволочью.
— Кто стоит над тобой?
— Кх-кх-то ты такой? Ты не Кх-Кхирилл…
— Я и Кирилл, и не Кирилл одновременно, но для тебя это не имеет значения.
— Бездна уничтожит все-кх вас! Останутся лишь верные ей, кх-то подчинился!
— Никто не останется, если Мгла победит. Я видел мир, в котором она победила. Там не осталось никого в живых, даже ее союзников из числа людей.
Троицкий захрипел и обмяк, но за секунду до того как его глаза стали стеклянными, я увидел в них отчаяние и разочарование. Может, хотя бы перед смертью он понял каким идиотом был Так, не время поддаваться чувствам, мне нужны ответы. Я должен понять кто стоит за Троицким. Обшарил карманы его куртки, но там оказалось пусто. Расстегнул молнию и снял с шеи амулет на золотой цепочке. Чем-то напоминает фрагмент крепостной стены. Такие же зубья сверху и явно читается каменная кладка, которую хотел изобразить ювелир. Возможно, именно эта штуковина давала ему пассивную защиту, понять бы только как она работает.
Повесил находку на шею и почувствовал, что она тянет из меня энергию. Что это еще за вампир, вытягивающий энергию? Мысленно потянулся к артефакту на ментальном плане и увидел небольшой резервуар, который активно заполнялся энергией. Моей энергией!
Так, значит, эта вещь спасает не всегда, а только пока хватает накопленной энергии хозяина. Достаточно было проявить еще немного упорства, и энергия амулета исчерпалась бы полностью, а Троицкий лишился бы защиты. Правда, и я мог истратить весь дар на длительный бой.
Да, вещь определенно нужная. Если она будет служить мне, как прежнему владельцу, у меня появится шанс на ошибку, а в случае с Бездной это всегда актуально. Спрятал амулет под бронекостюм и направился к выходу.
Все! Теперь можно отсюда уходить. Ни Кузьмин, ни Троицкий больше не помешают мне. Правда, над ними кто-то есть. Кто же? Возвращаюсь в кабинет Кузьмина, чтобы попытаться найти хоть какую-то зацепку. В столе куча бумаг, и пересмотреть их все не представляется возможным.
Думай, Кирилл! Кому еще ты мог перейти дорогу помимо Троицкого? В разговоре с Кузьминым Николай упоминал «Элизиум». Выходит, ночной клуб принадлежал ему? Или другому человеку, интересы которого он представляет? Обязательно нужно это узнать.
За окном воют сирены, я уже слышу как машины останавливаются возле шикарных кованых ворот, которые сейчас либо сорвут с петель, либо перелезут через забор и откроют изнутри. Возможно, в доме есть камеры, на которых есть я. Хотя, Троицкий не стал бы светиться, но лучше перестраховаться. Николаю-то уже все равно, а мне проблемы с законом ни к чему.
Создаю обширное плетение из дара и направляю его на стол с бумагами, которые мгновенно загораются. Часть тлеющих бумаг разносится по комнате, и через пару мгновений загораются шторы и обои. Минута-другая, и весь второй этаж превратится в огромный факел, вот только мне здесь оставаться уже ни к чему. Три секунды. Всего три секунды, чтобы уйти куда мне нужно. Хлоп!
Вот он я, стою на втором этаже заброшенного здания и смотрю на одинокий чемоданчик, который выбивается из общего обшарпанного