– Прикрой!
Пока псионик пытался прийти в себя, решился на бешеный поступок. Рванул вперед мимо вражеского меха к задним рядам. Вокруг тут же начал образовываться туман, который создала Князева, чтобы скрыть мой маневр. Растянул ментальную сеть и двигался по ней. Так, полметра левее, чтобы разойтись с механиком, теперь правее, чтобы уйти из поля зрения спектра и вернуться в спасительный туман…
Ах, чтоб тебя! Спектр начал лупить наугад, надеясь зацепить меня. И ведь зацепил! Песок прессовался и формировал каменные шипы, которые поднимались сантиметров на пятнадцать над полом арены. За один из таких шипов я зацепился и едва не напоролся на второй при падении. Вовремя успел выставить руку и перекатиться через плечо. Тоже не без последствий – немного подвернул руку в локте, но это куда меньшая проблема, чем распоротый живот.
А вот и мозгокрут. Уже поднялся на ноги и наверняка растянул сеть, потому как инстинктивно повернулся ко мне лицом.
– Он здесь! Веня, два метра передо мной!
Поздно. Не сбавляю скорости и врезаюсь в парня, сбивая его с ног. За спиной вспыхивает пламя огненного кольца, но меня зацепили лишь языки пламени. Я поднимаюсь на ноги одновременно с противником, но от первого удара мозгокрут уклоняется. Ничего себе предчувствие опасности у парня развито! Хотя… это скорее предвидение. На пятом луче он уже может видеть на пару секунд и угадывать куда я ударю. Ладно, поиграем в кошки мышки.
Удар, ложный выпад, подсечка… Мозгокрут подпыргнул, чтобы избежать удара по ногам, и я его поймал, когда он приземлялся на землю. Мощный апперкот отбросил голову парня вверх и уложил его на лопатки. Конечно, я не специалист, но, кажется, у него шея сломана. На всякий случай взял его руку и положил на альмус, висевший на поясе, после чего тело псионика закрыло защитным куполом. Ну а что? В таком состоянии он точно не сможет продолжить бой, а в густом тумане спектр бьет наугад и может зацепить его.
Целитель почувствовал неладное и сместился к ратнику, спектр заглох после того, как вокруг него полыхнуло пламя. Неужели Князева все-таки смогла его достать? Зато механик новгородцев потянулся к раненому товарищу и вышел прямиком на меня. Вот и встретились!
Нарезаю круги вокруг механика, ищу дыры в его обороне. По-хорошему надо бы скорее разобраться с ним, но торопиться слишком опасно. Чувствую, он припас несколько сюрпризов, иначе как эти ребята вообще добрались до полуфинала? Да, усилители у меха оказались нацелены на сильные удары и защиту. За это он расплачивался скоростью и банально не успевал отвечать на мои быстрые выпады. Приходилось кружиться вокруг, жалить и отступать, пока не настигло возмездие.
Мех сбрасывает защитную пластину, ревет и мчится прямиком на меня, что само по себе нелепо. Неужели у них так все плохо, что нужно спешить? Туман рассеивается, и теперь я могу оценить обстановку на поле боя. Сушеный гибискус! Ам, Глеб и Поля уже под защитным куполом альмуса, Булыч держится из последних сил. Пока я тут творил чудеса героизма и разваливал псионика, всю мою команду вынесли почти в одну калитку. Да, ребята забрали спектра и дожали ратника, но сейчас я остался один против двоих.
– На! – механик пытается достать меня огромными стальными кулачищами, но я успеваю уклониться и нырнуть под его левой рукой. На автомате распрямляюсь, толкаю его в спину, цепляюсь рукой за бронепластину и бью в затылок. Надо бы не забывать, что он не одаренный, и способен выдержать куда меньшие нагрузки. Не хватало еще прикончить ненароком.
Целитель оказывается рядом и помогает механику подняться. Чувствую, теперь они будут зажимать меня с обеих сторон. Да, так и вышло. Парни попытались взять меня в клещи, вот только не рассчитали, что у механика скорость немного меньше. Встречаю целителя первым. На удивление крепкий попался. Блокирую его выпад, пробиваю в колено и встречаю ударом в челюсть. Готов! В ближайшее время будет тратить дар только на то, чтобы восстановиться самому.
Механик мчался прямиком на меня, и пришлось уйти в перекат, чтобы не столкнуться с этой стальной машиной. Развернулся, готовый встретить удар, но оба бойца лежали на земле. Так вышло, что механик на полной скорости влетел в целителя и повалил его на землю. В следующее мгновение ребята активировали альмусы. Серьезно? Нет, я понимаю, что после моих ударов и столкновения с бронепластинами соратника целитель точно не боец, но почему механик так быстро сдался? Они же в полуфинале, тут нужно бороться до конца! Да, скорее всего, я бы успел добить неповоротливого механика, прежде чем он успел бы подняться, но ведь это не повод сдаваться!
– Побеждает команда Cмоленской академии!
Только сейчас почувствовал, что за весь поединок на мне ни одного синяка, не считая разбитых кулаков, легких ожогов на спине и поврежденного локтевого сустава. И то, кулаки я разбил в драке, а локоть подвернул в прыжке. Драка с двумя новгородцами сулила мне большие проблемы, но они ошиблись как школьники и активировали камни, когда еще могли драться. По крайней мере, один из них точно был способен продолжать бой. Что-то здесь не так.
Ушел с арены последним, когда целители помогли всем участникам и поставили их на ноги. Если раньше после каждого поединка чувствовал радость, сейчас давило ощущение какой-то эфемерности происходящего.
– Андрюха, молодчина! – Матвеев подбежал ко мне и сжал в объятиях. Следом за Глебом подтянулась и остальная команда.
– Андрей, мы в финале!
Уже в поезде я прокручивал в голове события того поединка и понимал где ошибся. Да, нужно было рисковать и забирать псионика, тут без вариантов. Но отвлекаться на механика никак нельзя. Я должен был вернуться к команде и помочь им добить ратника с целителем. А в итоге оттянул внимание спектра на себя и помог забрать его, но в ключевой момент допустил ошибку. Хотя, исход встречи решила ошибка механика новгородцев.
Гера заорал прямо над ухом, и я невольно отвлекся от своих размышлений.
– А у меня внутри все похолодело. Чувствую – тело не слушается. Умом все понимаю, но сделать ничего не могу. Ощущаю только как двигается тело, словно марионетка в кукольном театре, что показывают по праздникам в Смоленске!
– Андрей, ты чего грустный такой? Что-то случилось? – Полина прижалась ко мне и поцеловала в щеку, а Глеб наклонился над столиком и слегка стукнул в плечо.
– Капитан, ты чего? Мы же их порвали! Новгородцев этих!
– Ага, порвали… – поднялся и направился к выходу. – Ребят,