– А тебя целители на арене смотрели? – тут же спохватился Гера.
– Андрей, садись, я помогу! – Полина похлопала рукой по мягкой поверхности сидения рядом с собой.
Блин, точно, я на этот счет немного просчитался. Но если сяду, они меня задушат чрезмерной опекой.
– Сейчас в туалет смотаюсь и вернусь!
Хлопнул дверью и остановился напротив нашего купе, приоткрыл окно и жадно вдохнул свежий воздух. Мы проезжали какую-то небольшую деревеньку, и одинокие домики то и дело проплывали вдалеке, теряясь между холмов.
– Архипов, прохлаждаетесь? – Григорьев появился неожиданно, как и обычно бывало у мастера Колючки.
– Скорее, думаю о способностях одаренных.
– Надо же! Не думал, что студенты способны думать хоть о чем-то полезном в перерывах между занятиями. Ну, вы не переусердствуйте, Архипов. А то мало ли. Знаете, умственные нагрузки тоже нужно подавать порционно.
– Аркадий Палыч! В смысле, мастер пятый луч…
– Давай уже, что там у тебя?
– А есть ли дар, способный пробивать защиту арены и влиять на сознание одаренных? Что это вообще за защита такая?
– Архипов, вы задаете очень скользкие вопросы. Конечно же, я не буду на них отвечать, чтобы не довести до беды. Скажу только, что защиту арены не пробить даром, там используются технологии на основе титана, блокирующего дар. Не знаю что вы задумали, но в финале вам это не поможет.
Григорьев заглянул в купе, убедился что все в порядке и вернулся к себе. Ага, пусть думает, что я интересовался для финала, иначе сочтет параноиком. Но ведь новгородцы поступили реально глупо! Может, кто-то использовал запрещенный дар или взял их под контроль до выхода на арену? Вряд ли, защита арены удаляет все проявления дара кроме тех, что могут использовать соратники. Ничего не понимаю!
В академии нас встречали как героев. Шутка что ли? Первый раз за несколько лет, когда команда Смоленской академии пробивается в финал олимпиады. Правда, Князева оступилась в полуфинале и проиграла свой поединок, но никто не винил девушку – на ее плечи выпало и так много потрясений, да и добраться до полуфинала тоже хороший результат.
Долматов так вообще связал поражение Амалии с ее выступлениями в двух режимах.
– Понимаешь, Князева, ты часто выступаешь, все время на виду. Сложно из поединка в поединок удивлять противника новыми схемами. И еще сложнее придумывать их на ходу, ведь времени на проработку стратегии в обрез. Если бы ты выступала только в одиночном режиме, оставалась бы загадкой для соперников до самого финала. Но не переживай, у тебя еще будет шанс завоевать золото, ведь вы в финале командного режима!
Этим же вечером выскользнул из гостиной и направился в кабинет Григорьева. Мне не давала покоя мысль о том, как механик с целителем могли допустить такую нелепую ошибку. Что, если на них подействовал кто-то со стороны, обойдя защиту арены? Или подсунули какой-то артефакт, который вызвал помешательство в головах новгородцев. Может, здесь не обошлось без запретного дара, о котором недавно обмолвился ректор? Если кто и сможет ответить мне на этот вопрос, так это Григорьев. Он куда умнее, чем кажется, и наверняка знает хоть что-то.
Коридор, ведущий к кабинету, был совершенно пуст. Хотя, не удивительно. Что делать студентам в учебной части корпуса поздним вечером за пару часов до отбоя? А вот дверь в кабинет мастера Колючки оказалась не заперта. Она была слегка приоткрыта, и мне удалось заглянуть через щелочку внутрь, но самое главное – услышать каждое слово и каждый звук. Не собирался подслушивать и тем более, подглядывать, но рука сама остановилась, когда я услышал голоса в кабинете.
– Удивительно как можете обучиться чему-то полезному вы, Буров. Нахальный мальчишка, который никогда не славился прилежанием. Я изучил ваше досье из гимназии. Избиение товарищей по учебе, подрыв учебного процесса, издевательства над учителями, три дуэли в старших классах, и все выигранные… Если бы не просьба вашего отца, я бы ни за что не согласился учить вас ментальной защите, еще и в виде факультатива.
– Если согласились, так учите. Или ищете лазейку, чтобы отказаться? Думаю, я тоже в какой-то степени умею читать мысли, мастер пятый луч, и знаете что я прочту в ваших мыслях? Нужно как-то спровоцировать этого мальчишку со вспыльчивым характером, чтобы он набросился на меня, а я воспользовался этим как предлогом и отказался от занятий. Так вот, даже не пытайтесь!
– Что же, вы сильны в телепатии, Буров, – на лице Григорьева появилась гадкая ухмылка. – Посмотрим, насколько вы способны в умении защищаться от ментальных атак. Готовы?
– Нет! Ахр-р-р!
Буров скорчился от боли и упал с кресла на пол. Он сцепил зубы, но не мог справиться с направленной ментальной атакой, которая выбила его из колеи.
– Вы очень слабый ученик, господин Буров. Признаться, я рассчитывал на большее.
– А вы… никудышный учитель…
– Правда? А вот ваш отец иного мнения. Давайте попробуем еще раз!
– Ар-р-р!
Дмитрий даже подняться не успел, когда его накрыла новая ментальная атака. Нет, это не тренировка, это самая настоящая пытка. В моем понимании защиту от ментальных атак тренируют подобно выработке иммунитета от болезни. Организм должен справляться сам с угрозой, а если собственных сил не хватает, нужно ослабить влияние. Начинать нужно с минимального напора, чтобы тело побеждало и с каждым разом увеличивать нагрузку. А Григорьев просто разрушал ментальную защиту парня, растаптывая те жалкие возможности, которые были у Бурова.
– Слишком мало усилий с вашей стороны! Вы должны стараться лучше! – Григорьев явно получал удовольствие, издеваясь над сыном Николая Бурова. – Хорошо, даю вам пять минут на отдых, а потом продолжим. Надеюсь, вы найдете в себе силы, чтобы выставить более мощную ментальную защиту.
Так, эта сцена явно не предназначена для лишних глаз, поэтому мне лучше удалиться. Тихонечко покинул кабинет и направился в сторону гостиной. С Григорьевым поговорю как-нибудь в другой раз, а на днях обязательно почитаю о развитии ментальной устойчивости. После увиденного мне резко перехотелось оказываться на месте Бурова, а моей собственной силы для защиты может оказаться недостаточно.
– Андрей, ты снова какой-то задумчивый, – Полина села рядом со мной, едва я устроился в гостиной. – После того поединка на арене ходишь весь мрачный, думаешь о чем-то. Вот опять ушел куда-то и вернулся как утопленник. Я чувствую, что с тобой что-то не так…
– Чувствуешь? У тебя тоже развита эмпатия?
– Вообще-то я целитель. И пусть всего лишь первый луч, но психическое состояние человека почувствовать в состоянии. Тем более, твое.
– А что со мной не так? Я