Я забыла про Лизу и мне было совершенно не интересно, чем она занята. Не хочет танцевать — дело ее.
— Нет, ты только глянь на нее, — продолжала возмущаться Наташа. — Такая вся из себя великая. Смотрит свысока, сидит как королева. Представляю, сколько стоят ее шмотки. Она всегда по брендам загонялась. И теперь вырядилась как на дипломатический прием в Букингемском дворце. Только короны не хватает для полного счастья. И звезды во лбу.
— Наташа, — не выдержала я, — что ты зациклилась на Шишкиной? Можно подумать, она твой личный враг.
— Да плевать я на нее хотела, — отрезала Наташа. — Но ведет она себя так, будто все вокруг пыль под ее ногами. Еще и лабутены напялила. Они что, еще в тренде?
— Раз Лиза надела, значит в тренде, — рассмеялась в ответ. Я и внимания не обратила, что на ногах у Лизы. Красивые туфли и все. Но Наташа такая дотошная!
После танцев застолье продолжилось. Карпову так и не удалось привлечь внимание Лизы. Как признался Саша, она танцевала с ним всего один раз.
— Представляешь, Лиза уже снова замуж собралась, — вздохнул Карпов.
— Прекрасно. Тебе то что? — усмехнулась я.
— Ничего, — печально посмотрел он в тарелку. — Полгода как мужа потеряла, и уже снова влюбилась.
— С чего ты взял, что влюбилась? Может, брак по расчету? — это вполне в стиле Лизы.
— Может, и так, — Карпов задумчиво отправил в рот кусок карбоната. — Перед ней ни один мужчина не устоит. Лиза потрясающе красива... Не женщина — мечта! — восхищенно выдохнул он, и залпом осушил бокал вина.
Все-таки большинство мужиков натуральные кобели. И Сашка-очкарик туда же. Говорил, что счастлив в браке, нашел единомышленницу, жена редкая умница. А как увидел красавицу Лизу сразу голову потерял. Смотрит на нее щенячьими глазами. Помани его Шишкина пальчиком — побежит без оглядки. И жену-умницу забудет, и ребенка. Женская красота — страшная сила! Страшная и опасная.
Ночь спустилась на город. Теплым светом горели окна многоэтажек, яркими цепочками огней уходили в даль улицы. Большая желтая луна повисла в черном бархатном небе, бриллиантовые звезды холодно смотрели вниз, равнодушные к человеческим страстям и слабостям.
Решила, что пора домой. Всех повидала, с кем хотела — пообщалась, натанцевалась, навеселилась, пора и честь знать.
Игорь наверняка сидит за ноутом и играет в дурацкие стрелялки-бродилки с друзьями. Однозначно, в пятницу вечером уроки он учить не станет. Мы с ним отдалились в последнее время и надо срочно что-то с этим делать. Еще бы знать, что именно.
Антон на два дня уехал по делам фирмы. У него практически нет выходных, работает допоздна, устает. А я гружу его проблемами с сыном, хотя вполне могу разобраться с этим сама.
Вышла в полутемный холл и собралась вызвать такси. Начала рыться в сумочке в поисках мобильника. Какого размера не была бы женская сумочка, в ней можно потерять слона. Даже в небольшом клатче я не сразу нашла трубку, она словно стала невидимкой или нарочно пряталась от меня.
Нашла пропажу и уже занесла пальцы над светящимся экраном, как услышала певучий голос Лизы. Она с кем-то разговаривает по мобильнику.
Против воли отступила в тень, прислонилась спиной к стене и замерла. Мне захотелось подслушать разговор Шишкиной. Чувствовала себя партизанкой, наблюдающей за врагом. Зачем я это делаю? Это как минимум неприлично! Но в меня словно вселился другой человек. Я поспешно погасила экран мобильника, и вся превратилась в слух.
— Скучно здесь, зря пришла, — тихо и напевно говорила Лиза. — Парни стали похожи на самоуверенных придурков, растолстели, отрастили животы, девчонки превратитесь в натуральных теток. Но в целом интересно смотреть на этот зоопарк. Дамочки разрядились, пыжатся, изображая светских львиц. Такое убожество… Жалкое зрелище.
Лиза коротко рассмеялась.
— Я знаю, что самая красивая. Да, Тошик, знаю, знаю, знаю. Я всегда буду привлекательной, даже когда мне стукнет сто лет. Твоя курица-наседка, пожалуй, самая приличная из всех теток. Пора тебе ей все рассказать о нас. Чего тянуть? В наследство я вступила, все приличия соблюдены. Хочешь, я ей прямо сейчас расскажу?
Шишкина замолчала, слушая ответ собеседника. О ком она говорит? Похоже, у нее роман с мужем одноклассницы? Кого выбрала себе в жертву веселая вдова, кому морочит голову?
— Ладно, ладно, не буду, — голос Шишкиной приобрел оттенок досады. — Сам рассказывай. Даю тебе неделю, чтобы все уладить с твоей курицей и подать на развод. Рвать надо резко, тогда будет не больно. Наверное… — снова рассмеялась Лиза. — Какой ты нерешительный, котик. Проблема как нарыв, надо проколоть, так пройдет быстрее.
Вот стерва! Не успела овдоветь, и уже рушит чью-то семью. Да и мужик у нее похоже тряпка, раз ничего жене не говорит. Крутит мозги и супруге, и любовнице.
— Скоро буду, жди, — эротично протянула Лиза. — Мне тут больше делать нечего. Это даже не зоопарк, а цирк уродов. Почти все перепилась до свинячьего состояния, тетки строят толстым мужикам глазки, мужики облизываются, глядя на меня. А на кого им еще облизываться, не на этих же кошелок? Не ревнуй, не ревнуй! Перестань, глупыш, — рассмеялась Лиза. — Я люблю только тебя, тебя одного и никого больше. Не скучай, скоро буду, и докажу, что мне нужен только ты. И твои ласки, — игриво добавила Шишкина.
Тошик… Дурацкое прозвище. Котик еще хуже. Тошик, Тошик… Какое полное имя у этого Тошика?
Шишкина вернулась в зал. А до меня вдруг дошло, что на уже не Шишкина. По мужу она — Тихомирская.
«ЛТ» это что — Лиза Тихомирская? А Тошик получается Антон? У меня похолодело все внутри. Бред, полный бред! Это она обо мне сказала, что я ничего так выгляжу? Это мне изменяет муж с этой змеей? А я слепая курица?
Первое, что мне пришло на ум — найти Лизку, вцепиться ей в волосы и заставить признаться, что она все выдумала. Мне хотелось бить и бить Шишкину, прилюдно, трепать за волосы, пинать ногами. Пальцы сами сжались в кулаки. Гадина, стерва, дрянь! Она просто разыграла меня! Как делала это в школе, когда хотела кого-то довести до слез. Сердце бешено колотилось, было готово выпрыгнуть из груди.
Конечно, она просто решила разыграть меня, посмотреть, как я бешусь и выставить полной дурой! Лизка мастер провокаций. Вот только зачем ей это? Она не могла знать, что я подслушаю ее разговор.
Неимоверным усилием воли смогла взять себя в руки. Нет, опускаться до скандала в ресторане я