Я перелистала формуляр. Мои корявые записи на латыни. Печать Фредрика. Статус временного сотрудника. И в самом конце, в графе «Причина задержки в мире», которая была пустой, когда я заполняла, кто-то приписал:
«Личная заинтересованность руководства. Срок — бессрочно».
Я смотрела на эти слова. Почерк был знакомым — резким, угловатым, с наклоном вправо. Почерк Фредрика.
— Ты, — сказала я, показывая ему пальцем.
Он посмотрел на формуляр. Потом на меня. Его щёки порозовели.
— Это конфиденциальная информация, — сказал он, забирая папку. — Подлежит уничтожению.
— Слишком поздно, — я чмокнула его в щёку. — Я уже сделала копию.
Он замер.
— Когда?
— В тот день, когда ты показал мне архив, — я улыбнулась. — Я попросила Линвэля сделать копию. На всякий случай.
— Линвэль? — Фредрик повернулся к эльфу.
— Я эльф, — ответил тот, не поднимая головы. — Мы делаем копии всего. На всякий случай.
Фредрик смотрел на нас. Потом вздохнул и убрал папку в стопку «сохранить».
— Это останется в архиве, — сказал он.
— Конечно, — согласился Линвэль. — Для истории.
Мы разобрали ещё несколько коробок, но я уже не видела документов. Я видела только слова, написанные его рукой. «Личная заинтересованность руководства. Срок — бессрочно». Он написал это. В тот день, когда я только пришла. Когда он ещё не знал, кто я. Когда он ещё боялся.
— Ты давно это написал? — спросила я, когда мы вышли из архива.
— Не помню, — он не смотрел на меня.
— Фредрик.
Он остановился.
— В тот день, когда ты спасла Грету, — сказал он. — Когда увидела ошибку в портальных координатах. Я понял, что ты... особенная.
— Я была особенной, когда у меня в волосах была капуста?
— Ты была особенной, когда упала с потолка с шаурмой в руке, — он взял меня за руку. — Просто я не хотел этого признавать.
— А потом?
— А потом ты сказала, что я трус, — он улыбнулся. — И я понял, что не могу тебя отпустить.
Мы стояли в коридоре, держась за руки, и я чувствовала, как мир замирает. Как в тот день, когда мы танцевали на корпоративе. Как в тот день, когда он сделал предложение. Как в тот день, когда мы поженились.
— Ты знаешь, что я люблю тебя? — спросила я.
— Знаю, — ответил он.
— И я знаю, что ты любишь меня.
— Знаешь.
— Этого достаточно?
Он поцеловал меня.
— Более чем, — сказал он.
--
Следующие несколько лет пролетели как один миг.
Я работала, Фредрик работал, мы жили. Появился дом — не комната в общежитии, а настоящий дом, с садом и кухней, где пахло корицей. Грета приходила в гости, Линвэль приносил древние эльфийские рецепты, Штифт спала на подоконнике и ловила солнечных зайчиков.
А потом родилась Лина.
Маленькая, светловолосая, с глазами Фредрика и моим упрямством. Она появилась на свет в кабинете Фредрика, потому что портал открылся прямо над его столом, и роды принимала Грета, потому что целитель не успел.
— Это аномалия, — сказал Фредрик, держа дочь на руках. — Самая прекрасная аномалия в моей жизни.
— Это не аномалия, — я смотрела на них и чувствовала, как слёзы текут по щекам. — Это наша дочь.
Лина росла. Она училась говорить, училась ходить, училась заполнять бланки. Последнее было её страстью. Она находила старые формуляры, которые Линвэль приносил из архива, и рисовала на них каракули. Круги, линии, закорючки, которые она называла «отчёты».
— Она будет великим бюрократом, — сказал Фредрик, глядя, как Лина старательно выводит что-то на очередном бланке.
— Она будет тем, кем захочет, — ответила я. — Как и мы.
Лина подняла голову и посмотрела на нас. Её глаза были такими же тёмными, как у отца, но в них горел тот же свет, что и у меня. Свет человека, который не боится.
— Мама, — сказала она. — Папа. Я сделала отчёт.
— Покажи, — я взяла лист.
На бланке было нарисовано что-то, похожее на портал. Круг, из которого выходили линии. А в центре — три фигурки. Большая, поменьше и совсем маленькая.
— Это мы, — сказала Лина. — Мы идём в портал.
— Куда? — спросил Фредрик.
— К маме домой, — она улыбнулась. — На Землю.
Мы переглянулись.
— Ты хочешь на Землю? — спросила я.
— Да, — она кивнула. — Там же бабушка? И дедушка? И шаурма?
Я замерла. Я никогда не рассказывала ей о шаурме. Никогда.
— Откуда ты знаешь про шаурму? — спросила я.
— Штифт сказала, — Лина показала на крысу, которая спала на подоконнике. — Она сказала, что ты пришла через шаурму. И что это вкусно.
— Штифт, — я посмотрела на крысу.
— Я не буду это делать, — сказала Штифт, не открывая глаз. — Но я сказала. Это правда.
Мы с Фредриком переглянулись.
— Может быть, когда-нибудь, — сказал он.
— Нет, — Лина покачала головой. — Сейчас. На годовщину. Мы же обещали.
— Обещали? — я не помнила такого.
— Ты обещала, — она посмотрела на меня серьёзно, как взрослая. — Когда я маленькая была. Ты сказала, что покажешь мне свой мир.
— Ты и сейчас маленькая.
— Я большая, — она надула губы. — Мне уже три.
Я рассмеялась. Фредрик тоже.
— Хорошо, — сказал он. — На годовщину. Обещаю.
Лина кивнула и вернулась к своим каракулям. Я смотрела на неё и думала о том, что, может быть, пришло время. Показать им свой мир. Тот, из которого я пришла. Тот, который стал для меня прошлым.
--
Годовщина нашей свадьбы выпала на субботу.
Мы сидели на кухне — я, Фредрик, Лина и Штифт, которая, по словам Линвэля, «на время командировки будет нянькой». На столе стоял торт, который Грета испекла без магии, и чай, который заварил Линвэль.
— Ну что? — спросила Лина, нетерпеливо ёрзая на стуле. — Мы идём?
— Идём, — я взяла её за руку.
Я вспомнила теорию, которая пришла мне в голову много лет назад. Шаурма как портал. Та самая, из ларька «Алладин». Я заказала её через магический кристалл — специальный, который Линвэль настроил на координаты моего мира.
— Ты уверена? — спросил Фредрик, глядя на меня.
— Уверена, — ответила я.
Курьер принёс шаурму через десять минут. Она пахла так же, как тогда — горячим лавашом, пряным мясом, чесночным соусом. И капустой. Много капусты.
— Это она? — спросил Фредрик, глядя на свёрток.
— Она, — я взяла шаурму в руки. — Та самая.
Я откусила кусочек. Аккуратно, чтобы не испачкаться. И в этот момент мир сложился гармошкой.
Портал открылся прямо на нашей кухне. Он был таким же, как в первый раз — светящимся, переливающимся, с запахом бензина и свободы.
— Это портал? — спросила Лина, не испугавшись.
— Это портал, — я взяла её за руку. — Идём?
— Идём, — она шагнула вперёд.
Фредрик взял меня за руку. Штифт