Грустно только, что счастливая семья совсем недолго жила в своём доме-мечте. Новоселье отпраздновали в 1913 году. А дальше – сами понимаете…
Два дома, построенных «на спор»
Большая Садовая улица, 69
В самом конце XIX века два ростовских купца, два горячих армянских парня, конезаводчик Карапет Чернов и шерстянщик Гавриил Мелконов-Езеков, поспорили.
Большая Садовая
Суть спора стара, как мир – кто круче. Способ разрешения спора – постройка доходных домов на перекрёстке улицы Большой Садовой и Большого проспекта (тогдашнее название Ворошиловского проспекта), друг напротив друга.
Ясно же, побеждает тот, у кого дом шикарней.
Долгое время оба спорщика шли «ноздря в ноздрю»: дома построили трехэтажными, убранство сделали примерно одинаково роскошное.
Оказывается, оба купца решили сэкономить на проектировщике и нашли никому не известного молодого зодчего. А тот решил сыграть старую роль «слуги двух господ». И здания у него, конечно, вышли похожими, как близнецы.
Купцы пришли в ярость, узнав о хитрости архитектора, и тот сбежал…
Уже в громадных зданиях разместились банки, страховые конторы, кабинеты врачей, ресторации… Казалось, живи и радуйся, собирай барыши. Но нет!
Чтобы выиграть всё же спор, пришлось изобретать что-то новое. Во-первых, дома достроили ещё на два этажа. И снова отличий найти было невозможно.
Торговый дом Яблокова
Тогда Мелконов-Езеков на крыше возвёл купол и обогнал Чернова по высоте дома. Однако конезаводчик вывернулся: украсил крышу колоннами, и тоже «прыгнул» вверх.
В итоге ростовчане приобрели два украшения центральной улицы, одно из которых стоит до сих пор, а второе здание (Чернова) было разрушено во время Великой Отечественной войны.
Дом, где учились повара
Улица Семашко, 51/1
А знаете ли вы, что в 1898 году в Ростове открылось первое и на долгое время единственное учебное заведение для поваров?
Знакомьтесь: Практическая школа поварского искусства и домоводства. Её открыл один из богатейших купцов Ростова, «спиртоводочный король» Николай Токарев.
До революции не было, наверное, ростовчанина, который бы не знал водку «Токаревка». Она, кстати, не уступала известным российским маркам. Её продавали везде: в ресторанах, трактирах, на пристани, в подвалах и так далее.
Дом, где учились повара
А «король» Токарев огромные доходы от алкогольного бизнеса тратил на благотворительность. Он построил, оснастил и подарил городу несколько народных училищ и вот – поварскую школу.
Здесь обучали кухарок, заведующих хозяйством в учебных заведениях, приютах, больницах, а ещё прислугу для небольших семей со стиркой, глажением, починкой белья, уборкой комнат, стряпнёй, а также учительниц в школах поварского искусства и домоводства. Давали уроки частным лицам по одной или всем дисциплинам поварского дела или домоводства.
Поступить в Школу могли подростки, не моложе пятнадцати лет, без сословных различий. Главное, обученные письму и счету.
Десятки будущих поваров выпустила Школа, пока победивший пролетариат не закрыл её ради диетической столовой.
Но общепит в этом здании есть и сейчас: место «намоленное».
Ресторанная миля
Проспект Буденновский, от Пушкинской до Московской
Сегодня самые «пафосные» ростовские рестораны находятся на Большой Садовой и на Левбердоне. Но сто с лишним лет назад это было не совсем так.
Улица Московская
Интересно, что и тогда, и сейчас в Ростове вывески ресторанов мелькают, как наперстки у базарного чародея. Менялись и меняются адреса, названия, хозяева с калейдоскопической скоростью.
Чаще всего рестораны открывали при гостиницах. Или при театрах: специально для посещения театрального буфета выделялся час времени. Такие тогда были щедрые антракты.
Ещё не забыли ростовцы те годы, когда главной улицей города был Таганрогский проспект, нынешний Буденновский. Поэтому один из самых известных роскошных ресторанов находился как раз на пересечении улицы Садовой и Таганрогского проспекта. И назывался он «Гранд-Отель».
Как жаль, что это чудесное здание не сохранилось!
Посмотрите, насколько необычен его облик: на каждом из трех этажей «Гранд-Отеля» располагались веранды, террасы, крытые галереи.
Владельцы не поскупились на подведение электричества, канализации и воды. А потому постояльцы отеля наслаждались тем, что «брали» ванны в номере. Неслыханная роскошь по тем временам.
Особняк Врангеля
В «Гранд-Отеле» располагался самый шикарный ресторан города, а ещё винные погреба Бахсимьянца, несколько ювелирных и часовых магазинов.
Чиновники, помещики, заезжие аристократы и дорогие кокотки, судьи и богатые мошенники – все они побывали гостями отеля.
Ростовские легенды утверждают, что «Гранд-Отель» посещала и знаменитая Сонька Золотая Ручка, вооруженная знаменитым методом «гуттен морген».
Лихая мошенница заселялась в шикарный отель, представляясь аристократкой или просто богачкой. Проводила с удовольствием время в ресторане, примечала жертв и отправлялась в свой номер. А в самый ранний утренний час натягивала специально сшитые войлочные туфельки и… навещала номера, где тихо экспроприировала ценности спящих.
Сонька не только в Ростове гастролировала, чтобы не примелькаться. Понимала – это опасно. И меняла она города и отели постоянно. Так что могла заглянуть и в «Гранд-Отель», почему же нет?
Для репутации отеля нет хуже, чем громкое дело о воровстве или смерть постояльца. Вот и «Гранд-Отель» не обошла стороной эта беда. В конце января 1883 года в одном из номеров отеля скоропостижно скончался первый владелец здания А. Левтуновский, а двадцать первого марта тихо угас один из родоначальников ростовской оперетты Григорий Вальяно.
Однако отель устоял. И украшал собой Ростов вплоть до 1911 года, когда, по невыясненным обстоятельствам, сгорел. Да так горел, что пожарные тушили его пять дней!
Спустя много лет на его месте построили дом в стиле сталинского ампира, а на первом этаже расположили культовую ростовскую кондитерскую «Золотой колос». Она и ныне там.
Только, честно скажу, пафоса в «Колосе» сейчас много, а вкуса того, знаменитого, уже нет.
А в ресторане, а в ресторане…
В конце позапрошлого века ресторан в России и, в частности, в Ростове, был больше, чем место для еды. Тут и ели, и развлекались. Причём, неизвестно ещё, какая часть была для посетителей милее.
В каждом, более-менее приличном, заведении кроме обеденного зала имелись ещё бильярдные, танцевальный зал, где выступали оркестры или цыгане, могли быть и кегельбан, и музыкальные аппараты.
Не стоит удивляться, что и посетители в ресторане мало в чём себя ограничивали. И посуду били, и морды официантам. В