И только после ответа понял, что именно вложила в посыл. Подруга. Она назвала кого-то другом сама и по своей воле, не в шутку, не потому, что так надо, а всерьез. И кого? Сказочного Зверя Потока! Которому — которой — вот так взяла и доверилась.
«Мне определенно нравится твой настрой, — довольно сощурилась Зеленая, Мику практически увидела довольную кошачью мордашку цвета летней листвы. — Нас ведь никто не заставляет учится и учить с постными напряженными лицами. Даже если б и хотел заставить — не смог. Повеселимся, подруга!»
«Повеселимся!»
Веселье началось со сплетен: всюду следующая за Каином Ная фактически являлась одноклассницей Мику, просто об этом большая часть класса не догадывалась. Продолжилось, когда молодая Затейник нашла-таки границу между собой и зеленой кошкой, временно управляющей её телом. И они принялись друг друга «щекотать», вместо того, чтобы обмениваться ударами воль. Потом фамильяр Каина принялась высвобождать какую-то из областей контроля, и от Мику требовалось без паузы её занять и подхватить. Потом… уроки закончились. И, вот чудо: следующий день занятий кибегресса встретила мыслью «только бы мне все это не приснилось!»
Нет, не приснилось. Теперь девушка и кошка-девушка отрабатывали совместный контроль над конечностями: делали что-то, словно одна положила свою руку поверх руки второй и они сцепили пальцы. Сложная и простая задача одновременно. На уроке физкультуры пришлось выдержать настоящий экзамен: и побегать, и попрыгать, и разные хитрые наклоны поделать. А потом и вовсе сыграть в волейбол.
Вообще для кибергессы подобные «занятия» являлись чистой воды профанацией: чтобы развивать свою физическую культуру, ей требовались совсем другие скорости и нагрузки. Тот же волейбол баллистический вычислитель превращал в подобие примитивной компьютерной игры. А контроль ударов по мячу до предела упрощали вплетенные в естественные мышцы и сухожилия синтетические волокна с цифровой обратной связью. Но подходящей спортивной секции для киборгов в «Ксурале» не было, потому приходилось заниматься бесполезными движениями вместе с остальными. Бесполезной до тех пор, пока не пришлось на два разума управлять одним телом.
«Да чтоб тебя!!!» — после старта спортивной игры несколько раундов мяч летал как сонная муха, даже с проблемами в контроле удавалось правильно по нему бить. Но потом два сведенных для урока класса разыгрались, и очередной удар прошел криво. Что было очень плохо, ведь промахнувшийся киборг — это киборг, у которого в начинке что-то сломалось. Это обязательно заметят. Одно легкое касание — но руки не успевают и ничего уже не испра…
Короткий кинетический толчок поправил траекторию снаряда, и тот влетел именно туда, куда нужно. То есть мимо отбивающих в угол их площадки.
«Подруги! — Ная прислала ощущение удара ладонью о ладонь. — Всегда рада помочь! Кстати, твой вычислитель реально крутая штука.»
«Напарник!» — Мику не сдержалась и «обняла» Зеленую.
Потом была столовая, где Ная одним небрежным движением руки проделала с едой ту операцию, что обычно делают Каин и Тесс.
Потом… Потом уроки закончились.
«Ну… До завтра, что ли?»
Мику поняла, что зеленая кошка тоже не хочет с ней расставаться. За эти два дня мир для кибергессы полностью перевернулся. Второй раз, да. Больше не было того ужасного ощущения, что её тело занял кто-то невозможный и теперь она заперта в своем же собственном мозгу, бессильная что-либо сделать. Несмотря на избранный Наей метод обучения, прогресс в понимании состояния одержимости зашел так далеко, что теперь Затейник чувствовала себя не просто комфортно, а как будто она и подруга сидят у неё в комнате и хорошо проводят время за болтовней и чаем, пока тело Мику занимается скучными повседневными делами. И стоит Зверю вернуться к Каину — девушке придется из уютной комнаты самой тоже уйти. Вернуться к реальности, что называется, от первого лица.
«Можем пойти к Каину и помочь ему и девочкам с теплицами, — с некоторым сомнением предложила Зеленая. — Только тебе это не зачтется как социальная нагрузка…»
«Что бы я помощь друзьям мерила по… — Мику запнулась, пытаясь подобрать правильное слово. — Короче, что же это тогда будет за помощь!»
«Тоже верно.»
Теплицы, выстроенные в подчеркнуто-архаичном стиле, занимали приличную площадь. Проблемы с землей у Академии не было ни малейшей, так что уже в самом тепличном комплексе необходимо было поплутать, чтобы добраться до шамана и его свиты. Но Ная притормозила их раньше.
«Там Магда решилась душу Каину излить, — с иронией объяснила кошка. — Если помнишь, наш шаман решил устроить ей трудотерапию в качестве отработки за феромонную атаку. Только не рассчитал, что таскание удобрений сделает из обезьяны подобие человека так быстро и слезливо!»
Затейник фыркнула… и поняла, что ей реально хочется увидеть эту сцену.
«Может, глянем? Тихонько, одним глазком?»
«Вообще я действительно могу спрятать тебя отводом глаз, — задумалась Ная… и прислала эмоцию удара лапкой по зеленой мордочке. — Вот это я затупила! Смотри.»
Кибергесса увидела Каина и Магду так, словно она смотрела на них собственными глазами, а не как будто через интерфейс дополненной реальности, как почему-то ожидала, привыкнув управлять дронами. Ночной Коготь сидел на монументальном бортике высокой грядки[1], Ласси… Наверное, самое близкое слово будет «висела» — на нем. Вжавшись лицом в плечо мальчика, она согнулась едва ли не пополам из-за разницы в росте, но не замечала этого. Потому что рыдала просто навзрыд!
— Они! Они… А я! А они… Почему только ты? Я вообще для тебя никто… А для них… А-а!
— Ну-ну, поплачь, поплачь, легче станет, — на лице Каина огромными буквами был написан скепсис, когда он это произносил, словно повторял по чьей-то подсказке. — Не сдерживайся.
Однако все сработало, Мику вдруг поняла, что очень хорошо понимает девушку-генмода. Не в том смысле, что ей тоже хотелось прижаться к Ночному Когтю, а в самой возможности кому-то открыться, забыв про осторожность и просто излить накопившееся. Еще два дня назад она могла так довериться только отцу. Магде, похоже, выплакаться-выговорится и вовсе некому было.
Тем временем, связных слов в плаче-вое становилось все больше, «рабыню» шамана, что называется, прорвало. В потоке причитаний зазвучали фамилии… и, перемешанные с жалобами и всхлипами всякие неожиданно-интересные подробности про деток-барыг. Ну да, обворожительная девица ведь была вхожа в верхушку школьной фракции, при этом серьезно — именно, как делового человека — её там никто не воспринимал. Полезная игрушка, украшение, инструмент, который в случае чего можно натравить на интересантов мужского пола. А у «игрушки» оказалась неожиданно цепкая память — и много, много обиды на тех, кто её так легко