— Именно так, — кивнул я. — У них, может, и не получится, особенно если среди зрителей ни у кого не будет оружия. Вот только даже при таком раскладе нам придется применить табельное. Вы представляете, сколько народа придется положить, прежде чем толпа испугается и начнет разбегаться? А если кто-то из них окажется вооружен… Нет, это не вариант.
Я посмотрел на Касселса.
— Ты тоже не должен никак себя выдать, пока не подоспеем мы. Одному тебе точно не отбиться. Я бы вообще не просил тебя так рисковать, но без своего человека в толпе мы просто не сможем с наскока вычислить организатора. А тебя в этой тусовке уже знают и заподозрить не должны.
Кассел только кивнул.
— А что изменит то, что мы подъедем на машинах? — не унимался Джон.
— Паника, — пожал плечами Билл. — Мы подлетим туда на машинах с шумом и криками. Касселс подольет масла в огонь: крикнет, что началась полицейская облава. Никто не сможет в такой суматохе точно понять, сколько машин участвует в захвате, и уж тем более — сколько человек в каждой. Так-то только в наших трех можно два отряда спецназа спрятать, было бы желание.
Я снова кивнул.
— Только так мы сможем малым числом эффективно действовать против такого количества народа. Ни у кого, случайно, мигалки или сирены нет?
— Ты же сам знаешь, что их можно только на машинах Департамента использовать, — пожал плечами Ник. — А с тех пор, как на них запретили уезжать домой после смен, мало кто стал их брать — на своей удобнее.
— Хорошо, — подвел я итог. — Значит, Ник осматривается, находит организатора и передает нам его приметы по рации. Мы подлетаем к месту гонок на своих машинах, максимально блокируем ими выезды и берем организатора. Вроде все просто.
— Ага, если по плану пойдет, — флегматично добавил Филлмор.
— А ничего, что о наших переговорах по общему каналу доложат Спронгу? — продолжил нагнетать Андерсен. — Он же нам головы открутит за это.
— А тут уже не будет разницы, — ответил я. — Когда мы притащим в отдел задержанного организатора, все равно придется доложить об операции Спронгу. Он, конечно, будет недоволен, что мы сделали это постфактум, но тут уж ничего не поделаешь. Если за ночь успеем расколоть организатора и узнать что-то, что позволит найти и предъявить обвинения Коучу — он сменит гнев на милость. Поэтому провалиться нам никак нельзя, иначе нам всем хана.
— Оптимистично, — фыркнул Андерсен. — И почему все ваши планы предполагают в конечном итоге рискнуть или жизнью, или карьерой?
После этого он внезапно усмехнулся и добавил:
— Ладно, справимся. После той истории с фурой вообще уже ничего не страшно.
Все заулыбались.
— Ладно, тогда заканчиваем дела и встречаемся в десять на парковке у участка.
* * *
Время до начала операции ползло надоедливо медленно, однако назначенный час все же настал. Я выгулял и покормил Рэмбо, положил в карман запасной магазин к Беретте, сел в «Шевель» и поехал на встречу с коллегами. Мы встретились рядом с участком и сразу направились в Санта-Монику.
Путь занял меньше часа — к вечеру на дорогах уже не осталось пробок, хотя и не было совсем пусто. Мы остановились на выезде из города. Касселс сказал, что парковка, о которой говорил бывший хозяин «Шевеля», тянется аж несколько миль вдоль побережья, и было бы неплохо узнать место поточнее. Поэтому через четверть вместе с Ником вперед выдвинулся Андерсен. Его машина была наименее подозрительной из всех, поэтому, если он проедет по шоссе мимо, а через десять минут вернется обратно, никто ничего не заподозрит. Пользоваться общим каналом рации лишний раз не стоило, к тому же увидеть место операции своими глазами всегда лучше, чем услышать о нем.
Андерсен вернулся через двадцать минут и сказал, что мы стоим слишком далеко. Местом старта был выбран дальний конец парковки — с него был самый удобный выезд на шоссе. А от нашей точки сбора до него было почти две мили. Мы решили сделать ход конем и заехать на парковку с ближнего въезда, подобравшись к месту старта максимально близко. Это позволит нам оказаться рядом с Ником уже через пару минут после сигнала.
Машин на парковке практически не было. Люди приезжали сюда днем, чтобы провести время на побережье: поплавать, погреться на солнышке, полюбоваться закатом. Вот власти, судя по всему, и решили облагородить местечко: сделать много машино-мест, чтобы народ не бросал свои авто на обочинах шоссе, установить туалеты и даже, как мне удалось разглядеть, отделение службы спасателей. А поскольку в темное время суток делать тут было особо нечего, то и парковка пустовала. Форма ее меня, кстати, удивила: узкая, буквально пятнадцать метров в ширину, но очень длинная, она как бы втиснулась в пространство между шоссе и побережьем.
Мы поставили машины рядом друг с другом, загнав их в парковочные карманы задом, чтобы не привлекать внимания, но по сигналу быстро сорваться с места. Опустили стекла, чтобы можно было нормально говорить в случае чего, и стали ждать.
Пока мы ехали, проводили разведку и размещались, казалось, что время несется галопом, и можно не успеть вовремя. Теперь же, когда осталось только ждать, оно тянулось, как жвачка. Позиции мы заняли без четверти двенадцать. Начало заезда было запланировано на полночь, но, если верить опыту прошлой гонки, на организационные моменты и расстановку машин уйдет еще минут пять-десять. По плану Касселс должен был дать нам сигнал сразу после старта — в этот момент на площадке будет меньше всего автомобилей, все будут ждать возвращения победителя, и эффект неожиданности будет максимальным. Бонусом станет возможность взять вернувшихся и ничего не подозревающих гонщиков — был шанс, что они не поймут, что случилось, и подъедут, чтобы узнать. В противном случае было принято решение не преследовать их — это было опасно как для нас, так и для них, да и не наше это дело, откровенно говоря — пусть транспортный отдел ловит каждого мелкого нарушителя ПДД.
Прошло десять долгих минут, и я приготовился ждать еще как минимум столько же, когда рация на оговоренном канале детективов Южного Бюро внезапно ожила.
— 12-К-22 вызывает 12-К-34. 12-К-34, ответьте, — раздался голос Касселса.
Неужели что-то случилось? Я выжал тангенту и ответил:
— 12-К-34 на связи.
— 12-К-34, у нас форс-мажор.
Твою мать…
— Обнаружен желто-черный «Додж Челленджер» из ориентировки,