Это было очередным риском с их стороны: незаконное проникновение во владения подозреваемого, самовольные раскопки… Но другого шанса могло и не быть. Следующий обыск мог также ничего не дать, а Блэквуда наверняка выпустят под залог.
Ночью три женские фигуры – Джейн, Элли и Люси – крались по задним улицам, пробираясь к дому коллекционера. Фонарь в руке Джейн выхватывал из мрака знакомые девушкам заборы. Они пришли. Сад Блэквуда был темным и пугающим, как кладбище. Дом Эдгара, освещенный луной, стал невольным свидетелем ночных тайн. Заброшенный сарай, покосившийся и заросший плющом, словно старый склеп, стоял в самом конце двора.
Дверь скрипнула и открылась, сгибая длинную траву. Внутри пахло сыростью, старым деревом, плесенью и чем-то сладковатым и затхлым, как запах оставленных в подвале яблок. Посветив фонариком, они увидели груды хлама: сломанную садовую мебель, ржавые инструменты, горшки для цветов, а в самом углу лежали старые листья, щепки и обрывки газет, что выдавало желание коллекционера скрыть свежевскопанный рыхлый участок земли.
Джейн лихорадочно задрожала. Люси не ошиблась: здесь действительно что-то было.
В том же сарае Элли нашла старую ржавую лопату с поломанным черенком.
– Вот, – сказала она коротко, – настоящий инструмент для поиска настоящего клада.
Джейн взяла лопату и принялась копать. Земля была податливой, и спустя несколько минут лезвие наткнулась на что-то твердое, но это был не камень, а нечто более гладкое. Джейн, опустившись на колени, отбросила лопату и стала разгребать землю руками. Пальцы наткнулись на нечто однородное, упругое. Полиэтилен.
Она вытащила на свет прочный плотный черный полиэтиленовый пакет, туго обмотанный несколькими слоями скотча. Внутри угадывались четкие прямоугольные очертания коробки. А в ней лежала она – исчезнувшая книга. Джейн быстро сложила все обратно в пакет.
Они нашли главную улику, трофей Эдгара Блэквуда, с которым он так и не смог расстаться, его талисман и проклятье в одном переплете. Здесь, в темном сарае, книга не пахла ни миндалем, ни сакурой: она отчетливо пахла правдой, горькой, неуютной, настоящей, истинной, которая наконец-то была у них в руках.
Заговорщицы вышли из сарая, и в свете луны они увидели детектива Марлоу, прислонившегося к своей невзрачной машине, припаркованной у калитки. Он смотрел на них, скрестив руки на груди.
– Ну что, мисс Баррет, – произнес он, делая шаг навстречу, – кажется, вы отыскали то, что не смогли найти мои офицеры, – его взгляд упал на пакет в руках девушки. – Прошу передать мне улику, чтобы на ней не осталось ваших отпечатков.
Джейн молча протянула ему пакет, их пальцы ненадолго соприкоснулись. На этот раз в его уставших, освещенных лунным светом глазах читалось уважение, смешанное с благодарностью.
Охота за бесценным артефактом была окончена. Однако Джейн глядела на молчаливый дом коллекционера и чувствовала, что эта борьба еще не завершена.
Глава 15. Новая заварка
Следующие несколько дней в городке говорили только об аресте Эдгара Блэквуда. История о многолетней ненависти, отравленной книге и спектакле, разыгранном в чайной, облетела весь город, обрастая невероятными подробностями. Слава «детектива-любителя» принесла Джейн любопытные взгляды и восхищенное уважение.
Чайная «У Агаты» стала самым популярным местом в городе, хотя находилась далеко от центра. Каждый хотел зайти сюда, чтобы своими глазами увидеть тот самый стол у окна и проникнуться атмосферой тайны. Элли поддерживала искренний интерес горожан: она с удовольствием взяла на себя роль рассказчицы и каждое утро собирала у камина небольшую группу посетителей, жаждущих услышать «подлинную историю о смерти в чашке чая».
Однажды утром, когда первые лучи солнца заливали уютный зал, на пороге появился Марлоу. Он стоял немного неуклюже, в его руках не было привычного блокнота, а взгляд был лишен прежней угрюмой неприступности.
– Мисс Баррет, – кивнул он, – можно?
– Конечно, детектив, – улыбнулась Джейн. – Чаю? Как раз недавно доставили свежий ассам.
– Благодарю, – он сел за столик и немного помолчал, подбирая слова. – Решил поделиться с вами последними новостями: Блэквуд дал официальные признания, предупреждающую об опасности бирку от книги нашли среди его виниловых пластинок. Он оставил ее на память.
Джейн вздрогнула. Даже теперь, после нескольких недель расследования, осознание действий хладнокровного убийцы приводило ее в ужас.
– Дело закрыто, – продолжил Марлоу. – И я хотел извиниться. Вы проявили настойчивость и проницательность, которых мне, признаться, в этот раз не хватило. Я слишком привык видеть в нашем городке только бытовые ссоры и пропавших котов. Вы заставили меня вспомнить, что зло может прятаться и за спокойными фасадами.
– Вам не нужно извиняться, детектив, – искренне сказала Джейн. – Без вашей помощи, в конце концов, ничего бы не вышло. Мы работали вместе.
Марлоу кивнул, и уголки его рта дрогнули.
– Возможно. В любом случае я буду заходить сюда. Чай у вас просто замечательный.
С этими словами он поднялся, оплатил заказ и вышел. Это было новое начало странного, но прочного перемирия.
Жизнь постепенно приходила в привычное спокойное, но уже обновленное русло. Джейн теперь была не просто библиотекарем, получившим в наследство чайную, а частью этого городка, его хранителем и защитником.
Однажды, когда последний посетитель ушел, а Элли отправилась домой, Джейн осталась одна. Она заварила себе чашку лапсанга сушонга, присела за столик и засмотрелась на огоньки в окнах напротив. За несколько недель она узнала столько о темных сторонах человеческой души, сколько не узнала бы за годы мирной жизни среди книг. Это наполнило странным спокойствием.
Внезапно ее мысли прервал тихий стук по стеклу. За дверью, прижимая к груди посылку, стоял молодой почтальон Артур Гримм. Джейн поспешила впустить его.
– Мисс Баррет, простите за поздний визит, – он нервно протянул ей сверток, его пальцы слегка дрожали. – Это для вас от моей матери. Она написала вам письмо.
Джейн развернула подарок – внутри оказалась банка вишневого варенья и конверт. Размашистым, чуть неуверенным почерком женщина благодарила Джейн за то, что та нашла правду и восстановила справедливость.
«Все эти годы мы не могли открыто говорить о том, что произошло с моей дочерью. Находилось много тех, кто сетовал, что дыма без огня не бывает – писала она. – Но теперь, когда все знают правду, моя Эмили может спать спокойно. Спасибо Вам, дорогая, Вы вернули нам ее доброе имя».
В глазах Джейн предательски защипало. Она поняла, что, распутав это дело, помогла исцелиться тем, кто годами жил с незалеченными ранами.
– Пожалуйста, передайте вашей матери, – голос Джейн дрогнул, и она сделала паузу. – Передайте,