Услышав последние слова, Джеки возмутилась.
– Нет у нас на острове близкородственных связей! – воскликнула она и, отшвырнув сучья, бросилась на Химену.
Айзек ринулся, чтобы встать между ними, а Химена стащила с плеч свой рюкзак и сунула Айзеку.
– Джеки! Перестань! – крикнул он.
Джеки толкнула Химену; та, в ответ, толкнула ее еще сильнее. Пока они толкались, Айзек успел глянуть на передний кармашек рюкзака, в котором притаилась ампула со средством для Исцеления.
Наконец, Химена зло проговорила:
– Вы что, идиоты? От костра пойдет дым, и нас найдут – либо врачи с Виллы, либо полушизы. Вам это надо?
Но Джеки эти слова не убедили, и девушки вновь принялись толкаться.
– Эй, прекратите!
Айзек выставил вперед руку с рюкзаком. Ему уже приходилось видеть, как дерется Джеки: для полушиза, который с ней сцепился, это закончилось смертью. Айзеку не хотелось, чтобы Химена повторила его участь.
Фрайпан же сел на свое место и спокойно проговорил:
– Да пусть себе повозятся, Айзек! У нас в Глэйде, когда нужно было спустить пар, мы устраивали состязания по бегу. Если Химена на кого-то и злится, то это не Джеки.
– Ты несешь полную чепуху! – воскликнула Джеки, делая шаг назад. – С одной стороны, ты говоришь, что средства для Исцеления нет, а с другой, что оно у тебя есть.
Она всплеснула руками и почти прокричала:
– Где же правда?
Химена покачала головой:
– Они могут сколько угодно думать, что создали такое средство, но это совсем не значит, что оно у них есть.
И забрала у Айзека свой рюкзак, зло стрельнув в него глазами, словно это не она сама отдала ему свое имущество.
Чем больше времени Айзек проводил в компании этой странной девушки, тем меньше он ее понимал. Но очень хотел ее понять, и это было его самое сильное желание.
Именно желание найти средство для Исцеления привело Клеттер на их остров и стало причиной всех проблем и трагедий, случившихся с той поры. Может быть, они неправильно поняли Клеттер, и Исцеление та понимала по-своему, иначе, чем они. Тем более что сама Клеттер не слишком-то стремилась объяснить, чего им ждать от Исцеления или от Божества.
– Я тебе верю! – негромко произнес Айзек.
Химена, удивленно вскинув брови, спросила:
– Веришь?
Он кивнул.
– Если это средство не для нас, то, может быть, оно предназначено для Божества или для его народа. Во всяком случае, для профессора Морган и ее людей эта ампула важнее жизни, и они на коленях приползут сюда, чтобы ее забрать. В этом-то я уверен…
Джеки недовольно фыркнула и отвернулась. Как она сейчас была похожа на Садину, когда он, Айзек, принимал в споре подруг сторону Триш! Но он не хотел быть ни на чьей стороне. Лишь хотел быть честным и требовал честности от других.
– Успокойся, Джеки! – сказал он. Как ему хотелось найти такие слова, чтобы она поняла, что он сочувствует не только Химене, но и ей!
– Айзек… – начала было Джеки, все еще стоя спиной к группе.
Он подошел к ней, готовый к тому, что увидит на ее лице либо слезы, либо выражение злобы, но лицо девушки не выражало никаких эмоций. Джеки словно застыла.
– Что такое? – спросил Айзек. – Что случилось?
Но Джеки не ответила, а только кивнула в северо-восточном направлении. Там, над верхней кромкой деревьев, тянулся белый дым, и клубы его поднимались все выше и выше в небо. Кто-то, совсем недалеко от их лагеря, разжег на ночь свой собственный костер.
2. Александра
Запах горящей плоти, смешавшийся с запахом гари, стоял над Санкт-Петербургом. На руинах засыпанного пеплом города царили безумие и смерть. Александра помнила этот запах – его источали Ямы во Дворце Шизов, где сжигали трупы погибших. Всю ее жизнь на Аляске этот запах, помимо ее воли, время от времени возникал в памяти. И вот теперь он стоял повсюду!
Александра попыталась сосредоточиться на священных числовых последовательностях, но запах смерти не давал это сделать. Смерть и возрождение. Рождение и смерть. Жизненные циклы следовали один за другим, но теперь в уравнение Эволюции вторглось нечто такое, о чем Богиня не могла и мечтать.
Дражайшая Садина, Двоюродная Правнучка Ньюта!
– Мне очень жаль, Богиня, что ваш город разрушен! – произнесла Садина. Как нежен ее голос! Как она невинна! Как проста! Как несложно будет воспользоваться этой простотой!
– Город мы отстроим заново! – ответила Александра, глянув через плечо на далекие клубы дыма, поднимавшиеся над поверженным Санкт-Петербургом. – И ты нам в этом поможешь.
Она взяла Садину за руку и трижды похлопала ее по тыльной стороне ладони.
Заговорила девушка по имени Триш, подруга Садины:
– Мы, действительно, явились сюда, чтобы помочь, но я не уверена, что мы сможем заново отстроить весь город. На нашем острове есть люди, которые умеют строить, но мы никогда этим не занимались!
– Я сказала это в переносном смысле, – ответила Александра и задумалась. Как объяснить этим пришельцам то, что она должна им объяснить?
– Вы способны нам помочь в гораздо большей степени, чем думаете, – закончила она.
И, повернувшись к Садине, изобразила на своем лице улыбку. Мир вскоре вернется на проложенный Богиней маршрут, маршрут Эволюции. Иногда, двигаясь вперед, ты вынужден сделать шаг назад. Так это и случилось. Шагом назад была затеянная Михаилом война. Смерть перед яростным возрождением священной Эволюции, которая после этой временной остановки предстанет перед всеми нами такой, какой ее не ожидала увидеть даже Богиня!
Неожиданно глаза Александры застлала красная пелена. Она покачнулась и прикрыла глаза.
– Богиня! – обратился к ней юноша без оружия. – Вы хотите остановиться и немного отдохнуть?
Вся группа обернулась к Богине.
Садина подхватила Александру под руку, помогая удержать равновесие.
– Спасибо! – произнесла Богиня и взглянула на девушку, но фигура той была словно укрыта красным туманом. Александра потерла пальцем переносицу.
– Голова кружится от всех этих событий, – сказала она.
– Мы можем ненадолго остановиться и дать вам возможность отдохнуть, – произнесла девушка с оранжевыми волосами.
– Ни в коем случае! Нам нужно идти! – ответила Александра и, не обращая внимания на озабоченные взгляды своих спутников, двинулась вперед.
Неожиданно в душе своей она ощутила необъяснимую печаль. Никакая война не отменит того факта, что Аляска была домом для Лабиринта, и должна стать тем местом, откуда явится Исцеление. Там же утвердит свое основание и Эволюция.
– А мы точно бросили якорь, когда высаживались? – спросила женщина, которая была постарше, чем остальные члены группы. – Корабль