― У меня получилось взломать сейф бывшего короля. Там лежали его записи с секретными данными и рабочая схема перемещения в другие миры, ― пожимает плечами Серин, будто в этом нет ничего особенного. ― Весь год искала в других его записях, древних письменах и книгах, а ответ оказался под носом.
В этом вся Серин ― говорить о необычном так обыденно, как будто мы обсуждаем погоду. Впрочем, для нее это и есть обыденность, а я ловлю каждое ее слово с нескрываемым восторгом.
― Ну что, братишка, больше не превращаешься в кота? ― подмигивает Эмиль.
― Еще как превращается, ― отвечает за Марселя Серин. ― Чтобы навык не потерять и чтобы позлить его отца, когда тот приходит с какой-то просьбой.
Марсель закатывает глаза.
― Его просьбы обычно сводятся к тому, чтобы кого-то казнить. Вообще-то коты такими делами не занимаются.
― Оно и верно, ― хлопает его по спине Эмиль.
Замечаю, что Серин как будто бы вся светится. И не только от счастья, от ожидания ребенка, но и физически.
― Вижу, что луминариум так и остался в тебе? ― спрашиваю я, сгорая от любопытства.
― А куда он денется, ― хмыкает Серин.
― Значит, этот кристалл не опасен и от него не погибают, когда к нему прикасается кто-то не из рода Мальфас, ― рассуждаю я, радуясь тому, что матушка ушла к соседке на чай ― у нее появилось много подруг и знакомых, чему я рада, как и тому, что она не участвует в этом разговоре. Матушка все еще тяжело переживает из-за своего прошлого, я бы не хотела лишний раз ее расстраивать.
― А я из рода Мальфас ― так луминариум рассудил, ― говорит Серин. ― Я же поневоле в него вошла.
― А Марсель? ― вспоминаю о том, как он тоже прикоснулся к луминариуму, но не умер, а превратился в шикарного дракона.
― Кристалл могут брать в руки истинные целители, ― говорит Серин. ― Марсель ― один из них, он может лечить гипнозом. В нашем королевстве это редкость. Король просчитался, когда приказал ему взять кристалл ― мой муж в любом случае бы не погиб.
― О, я всегда говорил, что Марсель тот, кто поведет за собой народы, ― говорит Эмиль, восхищенно глядя на брата, а тот краснеет от смущения.
― Выходит, что сам луминариум соединил вас, ― говорю я.
Марселю нечего здесь делать, в нашем мире без магии. С его способностями, с тем, какую пользу он может принести для Эйдралиса. К тому же он там полностью реабилитирован, обидчики наказаны… хотя последнее может и нет. Марсель слишком добр и благороден для этого.
― От лица луминариума заявляю, что красное с золотым смотрится рядом очень гармонично, ― невозмутимо проговаривает Серин.
Вижу, какими влюбленными глазами смотрит на нее Марсель и понимаю: все это правильно. А я не представлю жизни без Эмиля, который стал моей поддержкой и опорой, той самой каменной стеной, за которой так хорошо, тихо и спокойно, можно спрятаться от любых бурь. Странно, что я не разглядела в нем этого сразу. Может быть, потому, что первое впечатление слишком обманчиво?
КОНЕЦ