Я не двигаюсь. Я не хочу ее будить. Я хочу смотреть на нее, чувствовать ее дыхание, ее тепло, ее присутствие. Я хочу запомнить этот момент. Каждую секунду. Каждую деталь. Потому что это — моя жизнь. Наша жизнь. И я не хочу упустить ни секунды.
Через час она просыпается. Открывает глаза, смотрит на меня.
— Ты не спишь? — спрашивает она.
— Нет. Смотрю на тебя.
— Долго?
— Достаточно, — я целую ее в лоб. — С добрым утром.
— С добрым утром, — она улыбается. — Ты видел сад?
— Еще нет. Я ждал тебя.
Мы встаем, одеваемся, выходим на террасу. Солнце уже высоко, и сад купается в его свете. Лаванда пахнет так сильно, что голова кружится. Розы раскрыли свои бутоны, и они кажутся золотыми в утреннем свете. Джесси бегает по дорожкам, гоняет бабочек, которые только проснулись. А мимоза стоит в центре, зеленая, спокойная, живая.
— Она скоро зацветет, — говорит Роза.
— Я знаю, — я обнимаю ее. — Я жду.
— Я тоже, — она прижимается ко мне. — Каждую весну. Как в первый раз.
— Это и есть первый раз, — говорю я. — Каждый раз — первый. Потому что мы каждый день начинаем сначала. Без обид, без упреков, без прошлого. Только сегодня. Только мы.
— Только мы, — она поворачивается, смотрит на меня. — Навсегда.
— Навсегда, — я целую ее.
Мы стоим на террасе, обнявшись, и смотрим на наш сад. На мимозу, которая скоро зацветет. На лаванду, которая пахнет так, как пахло в первый год. На розы, которые мы посадили вместе. На дорожки, которые выложили камнем. На скамейку, где сидим по вечерам. На дом, который я построил. На жизнь, которую мы создали.
— Ты знаешь, — говорит Роза. — Я больше не боюсь.
— Чего?
— Всего. Будущего. Прошлого. Того, что будет завтра. Я не боюсь. Потому что я знаю: что бы ни случилось, ты будешь рядом. И я буду рядом. И мы справимся.
— Справимся, — говорю я. — Мы уже справились с самым трудным.
— С чем?
— С тем, чтобы быть честными. С тем, чтобы не бояться. С тем, чтобы выбрать друг друга. И выбирать каждый день.
— Каждый день, — она улыбается. — Этого достаточно?
— Более чем, — я целую ее. — Более чем достаточно.
Мы идем в сад. Джесси бежит навстречу, кружится, лает, и Роза смеется, гладит его. Мы идем по дорожке, мимо лаванды, мимо роз, мимо пионов, мимо того места, где когда-то был пустырь, а теперь — наш сад. Мы подходим к мимозе. Она стоит в центре, высокая, раскидистая, с нежными, перистыми листьями. Я трогаю одну ветку, и она качается, как будто здоровается.
— Она ждет, — говорит Роза. — Как ты ждал. Как я ждала.
— Как мы ждали, — говорю я. — И дождались.
Мы стоим перед мимозой, и я чувствую, как что-то новое прорастает во мне. Не только любовь — благодарность. За то, что она есть. За то, что я есть. За то, что мы есть. За сад, который мы посадили. За дом, который мы построили. За жизнь, которую мы проживаем вместе.
— Ты знаешь, — говорит она. — Это самый правильный подарок, который мне дарили. Не мимоза. Ты. Ты пришел. Ты нашел. Ты сделал меня счастливой.
— Я буду дарить его тебе каждый год, — говорю я. — Себя. Каждый год. Каждый день. Каждую минуту.
— Договорились, — она улыбается. — На всю жизнь.
— На всю жизнь, — я целую ее. — И даже больше.
Мы стоим в саду, обнявшись, и солнце поднимается над морем, и свет заливает все вокруг. Джесси бегает по дорожкам, лает на бабочек, и где-то вдалеке кричат чайки. И я знаю, что это не конец. Это только начало. Начало нового дня. Нового года. Новой жизни. Которая будет продолжаться. Каждый день. Каждую минуту. Каждую секунду. Пока мы вместе. Пока мы есть. Пока цветет мимоза в нашем саду.
— Пойдем завтракать, — говорит Роза.
— Пойдем, — я беру ее за руку.
Мы идем к дому. Наши шаги звучат по дорожке, и я слышу, как дышит сад. Как растет мимоза. Как цветет лаванда. Как живет наша любовь. Я сжимаю ее руку, и она сжимает мою. Мы идем вместе. Как всегда. Как будем всегда.
— Я люблю тебя, — говорю я.
— Я знаю, — она улыбается. — Я тоже тебя люблю.
Мы входим в дом. Джесси бежит впереди. Солнце светит в окна, и на полу танцуют зайчики. И я знаю, что это — наша жизнь. Настоящая. Счастливая. Вечная.