— Не знаю, зачем тебе это, но время истекло. Имя и одичавшие, — грубо потребовала. Мужчина резко подался вперед, ухватив меня за израненную руку. Теплый шершавый язык коснулся поверхности ладони. И тотчас же от раны не осталось и следа.
— Посмотри вниз, — повернув голову, я увидела их всех. Несколько одичавших сидели рядом с вышкой в укрытии кустов, практически на расстоянии вытянутой руки от патруля. Остальные распределились вокруг, взяв нас в плотное кольцо. Как такое возможно? Почему никто из нас не заметил их?
— Ты же это специально? А если бы я не позвала тебя? — с вызовом в голосе спросила. Кто же ты, господин Смерть? Твои возможности поражают и ужасают одновременно.
— Ты же позвала. Знал, что позовешь. Что ж, пора оставить тебя развлекаться, — он дернул меня на себя, ухватив подбородок когтями. — Ты не представляешь, что тебя ждет, — протянул. Я была уверена, что говорил он отнюдь не об одичавших. — Ты самый невероятный пазл, который я когда-либо встречал.
— И что же меня ждет? — моя ладонь потянулась к нему раньше, чем я успела об этом подумать. Пробежалась по литым мышцам, удивляясь тому, как настолько грубая на вид ткань, может быть настолько мягкой на ощупь. Неторопливо достигла копны темно-рыжих волос и зарылась в них ладонью. Свободной рукой он, словно я ничего не весила, приподнял меня и усадил на себя. Обхватила его талию ногами, оказавшись с ним лицом к лицу. Слишком интимно, слишком близко, слишком опасно. Аура вокруг нас потяжелела, а запах роз и смерти усилился.
— Безграничная тьма. Беспросветный ужас. Бесконечная свобода, Амара, — он улыбался. — Готова ли ты к этому?
— Кто знает? — ответила вопросом на вопрос, уклоняясь от прямого ответа. Я не знала, готова ли я была к такому. Но одно я знала точно — рядом с ним я могла дышать так, словно не было оков, связывающих меня. Однако в своей жизни я четко усвоила одно правило — все использует всех в своих целях. И за его словами стояло нечто, пока что не подвластное моему разуму.
— Ты знаешь ответ на этот вопрос, хоть и боишься это признать, — его рука соскользнула с моей талии и опустилась на поверхность браслета. — Занятная штучка. Без нее ты намного сексуальнее, — когти вонзились в устройство, и раздался хруст. — Поцелуешь меня?
— Что я получу взамен, господин Смерть?
— Деймос. Меня зовут Деймос. Ты получишь немного свободы, — это имя подходило ему. Ужас и смятенье. Воплощение богини любви и бога войны. Потянулась к нему прежде, чем он заговорил вновь. Тихо зарычав, он ответил. Мы утонули в этом бесподобном танце страсти. Хруст браслета усилился. Сила обдала меня жаром и потекла по венам отравляя. — Я передумал, — оторвавшись от меня, посмотрел на меня своими янтарными глазами. — Твори. Я безумно хочу это увидеть вблизи, — его когти вонзились в браслет, боль пронзила лодыжку. — Твори, Амара.
Повернула голову и посмотрела вниз. Я видела каждого из одичавших. Они замерли не двигаясь, словно ими кто-то управлял и сдерживал их движения. Вскинула свободную руку, направляя всю силу на каждого из них. Огонь охватывал тела одичавших, являя их из своих укрытий. Солдаты всполошились, крики пронзили пространство. Череда выстрелов пронзила пространство. Под ускользающий закат они падали и корчились от боли. Ужасающее зрелище. Покончив с ними, вернула на него взгляд. Он с восхищением не отрывал от меня глаз. Вторая половина его лица пошла рябью, являя красивые черты. Деймос оторвал руку от искореженного браслета и заключил меня в стальные объятия.
— Ты сломал его.
— К сожалению, нет. Для этого нужно мое личное присутствие. Эта штука усложняет тебе жизнь, не так ли?
— А ты догадливый. Возьми с полки пирожок, — он расхохотался. — Из-за тебя у меня будут проблемы.
— Ты даже не представляешь какие, — подмигнул. — Мне пора, — со стороны Стены прозвучал оглушающий сигнал, и тотчас же мое тело пронзил болезненный разряд. За ним последовал еще один, и вкус крови разлился в моем рту. — Не сегодня, но я доберусь до твоих надзирателей. И разорву их в клочья, Амара. Всех до единого.
— Слишком громкое заявление, Деймос. Ты меня совсем не знаешь. И не вызываешь никакого доверия. Все в этом мире использую всех в своих целях. И ты тоже. Я только инструмент. Орудие в руках. Ты просто заинтересован в том, чтобы сделать то же самое. Я не ищу нового тюремщика, сладкий. А ты — лишь новые неизведанные оковы. Невероятный пазл? О, да. И как только ты разгадаешь его, то сломаешь и забудешь.
— Хммм… — промурлыкал. — Ты права, вороненок, во многом, кроме одного.
— И чего же? — новый разряд был такой силы, что я покачнулась.
— Я не тюремщик, Амара. Я и есть твоя тюрьма, — он пропал так внезапно, как и появился. Моргнув, увидела испуганное лицо Селены. Он обеспокоенно смотрела на меня, придерживая рукой, чтобы я не свалилась с вышки.
— Что случилось?
— Одичавших больше нет.
— Бог мой, Амара! У тебя лицо в крови, — коснулась своего подбородка. Ладонь окрасилась в кроваво-красных цвет. — Твой браслет! — вышку окружили солдаты, направляя на нас оружие. Мои оковы вновь окружили меня со всех сторон. Злость, отравляющая и обескураживающая, заструилась в теле. — Нужно спускаться, — выдавила очевидное.
— Нужно, — из последних сил выскользнула из ее хватки и стала спускаться с конструкции. Внизу уже поджидал разъяренный Аларик. Неподалеку притаилась Мари. Хотя все тело болело, я расправила плечи и подошла к мужчине.
— Что ты сделала с браслетом, Амара? — гневно воскликнул, взмахнув руками.
— Тебе нужно обсудить это с разработчиками. Кажется, они не справляются, — новый разряд должен был поставить меня на колени, но я удержалась на ногах. — Хватит! — рявкнула. Все отступили от нас на шаг. Боялись до ужаса. — Мне больно, Аларик. Или убей меня, или прекрати это издевательство. Я только что избавила вас всех от проблем. И это твоя благодарность? Ах, что это я? Ты не умеешь быть благодарным. Ты умеешь только брать. Брать, брать, брать! — неконтролируемая и ядовитая сила охватила мое тело, заставляя символы на коже гореть. —