Ведьма тряхнула головой, прогоняя лишние воспоминания, уводившие рассказ в сторону, и продолжила:
— Я… выпуталась! Сбежала. Это уже другая история, о которой я тебе не расскажу. Никому не расскажу! Но я выпуталась и добралась до Кнеи. Еще более больная, но зато поумневшая. Мне там этими пытками ой как мозги вправили. Я поняла, что нельзя доверять сучке Иде. Я поняла, что не могла я своими шаровыми молниями убить архиведьму Ронду… ими только простецов вроде тебя жечь можно. И я поняла, что надо искать того, который знает тайну о сражении с Рондой, которую должна была знать только я одна.
Когда я притащилась назад в Кнею, выпал снег. И я думала, что фамилиар Ронды уже сдох без воды за время моей отлучки. Но нет! Он сидел в клетке и изображал из себя голодного, но умирать от жажды как-то подзабыл! Некоторые вещи в покоях Ронды лежали не на своих местах… В моих тоже. Кто-то проверял мои самые любимые сетки и платья, без которых я далеко и надолго не улечу… и слишком бережно уложил их назад!
Но тогда мне было не до того, чтобы заострять внимание на таких мелочах. Меня так ломало после пыток и от исцелений наскоро перед новыми пыт…
Мурчин осеклась, недовольная тем, что сболтнула лишнее, запила готовые вырваться слова вином, и продолжила излагать более ровным голосом:
— Чтобы лечиться самой, мне приходилось принимать травяные ванны. Сил на первую у меня не хватало, я не могла таскать воду, и я только собрала для лечебных ванн и зелий снег. Я тогда прямо в воде потеряла сознание, но когда пришла в себя, моя голова лежала на краю ванны так, чтобы не соскользнула, да вот я бы сама ее не смогла так положить, а в остывшей воде был запах иных, более сильных трав, которых у меня не было, и которые я так хотела получить.
Глава 76. Происки ведьмы
...-Ну а потом, — немного помявшись продолжила ведьма, — когда я стала поправляться, а силы возвращаться, то вернула себе навье зрение, снова смогла видеть сильфов, которые, оказывается, внутри Кнеи постоянно за мной наблюдали. И тогда я окончательно удостоверилась, что сучка Ронда жива! Я сложила два и два и только тогда до меня дошло, что в поединке я поразила огненными шарами только ее фантом, он был такой умелый, а я была так напугана, что мне было не до наблюдений… а сожженные кости… это все было подложено заранее. Все было подстроено заранее! Что ж, значит, она меня оставила в живых и для чего-то хотела использовать. Мне пришлось думать своими отросшими мозгами и крепко думать, почему она хотела, чтобы я осталась, зачем ей надо, чтобы я возомнила себя ее победительницей. Приходилось наблюдать, и при этом делать вид, что вовсе не наблюдаю, потому как наблюдали за мной…
Так, я заметила, что сильфы улетают куда-то вглубь леса и вылетают оттуда же. Это означало, что там был тайный пространственный карман, где Ронда обустроились в покое и неге, пила вино, ткала свои бесконечные гобелены и откуда повелевала сильфами. И хранила филактерию лича. Я не могла туда пойти вслед за ее слугами в открытую, ведь тогда бы Ронда догадалась, что я ее раскусила. Приходилось довольствоваться только поверхностными наблюдениями. И с их помощью строить догадки.
После пыток в замке Муат-ду я отлично, отлично поняла, как выгодно было Ронде изобразить свою смерть! Одинокая ведьма, у которой в руках филактерия — это мишень для всех. На нее кто только не охотится. Как великолепно эта дрянь вывела себя из большой игры и подставила меня… — Мурчин опять покосилась на распростертое тело бывшей мейден, — А я, сама, того не подозревая, поддерживала бы нужную ей ложь… Да вот только ты просчиталась, древняя дрянь!
— Но для чего? — не удержался Раэ, — для чего ей это понадобилось?
Мурчин как очнулась, словно вспомнила, что у нее иной, более приятный собеседник, нежели бывшая мейден. Она не торопясь вернулась в кресло напротив охотника.
— Для чего? Я решила узнать, что задумала ведьма Ронда. Не для того же хранительница филактерии меня оставила в живых, чтобы я была ей только ширмой. Слишком мелкая ставка в большой игре. Потому, что такой вот ширмой, подставной владелицей филактерии, я могла быть недолго. Тогда, с тем ковеном из Муат-ду, мне просто повезло, просто отчаянно повезло. Рано или поздно меня бы поймали другие охотники за филактерией. Не хотела же Ронда выиграть с моей помощью всего лишь несколько месяцев, если не дней, покоя! Она следила за мной, что ж — я нашла способ проследить за ней. О котором я тебе не скажу.
«Очи ведьм», — про себя сказал догадавшийся охотник.
— Когда я достаточно поправилась, окрепла так, чтобы летать в город и не привлекать там внимания всякой там хромотой, я устроила все таким образом, чтобы мне было известно, что происходит в двух местах — в гостиной, где стояла клетка с фамилиаром, и в склепе Эне.
«Понатыкала тайком очи ведьм в склепе и в гостиной, — перевел для себя Раэ, — а поскольку мейден и лич были слишком самонадеянны, они не заподозрили, что ты обо всем догадалась, и не проверили углы».
— Я летала на лечение в Аву, — продолжила Мурчин, — Ида мне просто великолепно восстановила кожу после ожогов и суставы после пыток… у нее талант… был талант…
— Ты ей не сказала, что знаешь о ее предательстве? — сказал Раэ, — а как она тебя встретила после того, как…
— О, я ей все рассказала, — удовлетворенно пропела Мурчин, — как меня схватили, как меня пытали… и как выяснили, что никакой филактерии у меня нет, как мне удалось бежать. Ах, как она меня жалела! Ах, какие великолепные мази и притирания она мне готовила! Ах, как она ругала моих похитителей!