— Это безумие, — прошептала я. — И вы все... просто согласились с этим?
— У нас не было выбора, как и у тебя, — ответил он. — Но мы здесь, чтобы помочь тебе.
— Почему? — мой голос сорвался. — Почему вы хотите мне помогать?
Он посмотрел на меня с каким-то странным выражением, как будто сам не до конца понимал ответ на этот вопрос.
— Потому что ты теперь Эйлирия, — наконец произнёс он. — И если ты не справишься, мы все потеряем гораздо больше, чем ты думаешь.
Дверь в гостиную открылась, и я услышала чёткие шаги. Мужчина, который вошёл, выглядел так, словно сошёл с картины. Высокий, с кожей тёплого тёмного оттенка, алыми глазами, переливающимися в полумраке, он словно источал тьму и силу. Его короткие чёрные волосы с лёгким металлическим блеском подчёркивали резкие черты лица — высокие скулы, точёный подбородок.
Но больше всего взгляд притягивали тонкие, красные линии, что то появлялись, то исчезали на его руках и шее, словно живые нити, светящиеся и танцующие. Они будто говорили, что этот человек был чем-то большим, чем просто мужчиной. От этого зрелища невозможно было оторвать глаз, даже если хотелось.
Моё сердце замерло. Он выглядел пугающим, но при этом чем-то притягивал.
— Эйлирия, — начал он, слегка хмурясь, — я был на землях Дииолы, и они там до чертиков перепугались. Создала же ты набожный народец. Решили, что я собираюсь сожрать их души.
Его голос был низким, чуть насмешливым, но от этого ещё более напряжённым.
— Их реакция не удивительна, — вырвалось у меня.
Он замер и резко повернул голову, явно удивлённый.
— Стеф, — вмешался Аэлрион, его голос звучал спокойно, — это Лира.
Стеф нахмурился, его алые глаза изучающе пробежались по мне, от чего внутри стало ещё более неуютно.
— Лира? — переспросил он, медленно и холодно.
— Да, — продолжил Аэлрион. — Это теперь твоя жена. Лира, это Стеф. Четвёртый муж, архон. Он тоже маг. Собственно, все мы маги.
Стеф озадаченно посмотрел на Аэлриона.
— Что тут происходит? — спросил он, отводя взгляд от меня.
— Эйлирия уступила своё тело Лире, — ответил Аэлрион.
— В каком смысле уступила? — его голос стал ещё более напряжённым, и он сделал шаг ко мне.
Стеф приблизился настолько, что между нами осталась лишь пара сантиметров. Его рука поднялась, и он провёл пальцами по моей ключице. Я дёрнулась, пытаясь отпрянуть, но комната, казалось, сжалась вокруг нас.
— Не трогай меня, — выдавила я, чувствуя, как на коже вспыхивает жар.
Его взгляд остановился на моём теле, где начали светиться символы: звезда, спираль, ветви, солнце и кристалл, — все они ярко загорелись, как будто отреагировали на его прикосновение.
— Метки активные. Ты теперь наша жена, — произнёс он холодно. — Что за ерунда?
— Я тоже не рада, — отрезала я, стараясь держаться, хотя ноги подкашивались.
Он посмотрел на меня с нечитаемой эмоцией, словно пытаясь что-то понять. Потом пришел к какому-то своему выводу и добавил:
— О, не переживай, — сказал он с ухмылкой, — я трогал это тело тысячи раз. И имел тоже. Ничего нового для меня.
Я сжала кулаки, а Аэлрион нахмурился.
— Стеф, ей нужно время, чтобы привыкнуть, — вмешался он.
Стеф обернулся к нему, его взгляд полыхал недовольством.
— А мне не надо? Какого дьявола Эйлирия удумала?
Комната наполнилась напряжением, и мне показалось, что воздух стал тяжелее. Стеф отступил на шаг, но я видела, что в его глазах бесновался настоящий шторм.
— Ты же знаешь, Стеф, — Аэлрион вздохнул, глядя на него с лёгкой усталостью, — Эйлирия всегда добивается своего. Любым способом.
Стеф пристально посмотрел на Аэлриона, его алые глаза сверкнули, как будто он пытался уловить в этих словах какой-то скрытый смысл. Затем его лицо изменилось, и хмурый взгляд выдал, что он понял что-то важное.
— Она? — коротко спросил он, кивнув в мою сторону.
— Да, — спокойно ответил Аэлрион.
— О чём вы? — вмешалась я, ощущая, как внутри снова нарастает напряжение.
Стеф обернулся ко мне, его взгляд был пронизывающим, но в этот раз в нём мелькнула едва заметная насмешка.
— Ни о чём, цыпочка, — ответил он с явным сарказмом.
— Я Лира, а не цыпочка, — выпрямилась я, стараясь не поддаваться эмоциям.
Стеф слегка склонил голову, ухмылка снова тронула его губы.
— Хорошо, не цыпочка Лира, — протянул он, с лёгкой насмешкой в голосе. — Я расскажу остальным, а вы тут продолжайте... то, чем занимались.
Он повернулся и вышел, не торопясь, бросив на прощанье короткий, тихий смешок, который только добавил мне раздражения.
Глава 3
— Я его понимаю, — произнесла я, разглядывая, как свет от окна отражается в гладкой поверхности пола. — Вместо любимой жены теперь я.
— Ничего ты не понимаешь, — тихо, но твёрдо ответил Аэлрион.
Я повернулась к нему, пытаясь уловить в его словах что-то большее, чем просто раздражение.
— Разве? — спросила я. — Он мне не рад так же, как я не рада быть тут.
Аэлрион покачал головой, его золотые глаза встретились с моими, и в них промелькнула тень усталости.
— Он не рад, потому что долго привыкал к Эйлирии и своей новой жизни. А теперь снова перемены. Они ему даются сложно.
— Разве вы тут не из большой и чистой любви? — выпалила я, чувствуя, как эта мысль прокатывается по моим губам с горькой насмешкой.
— Нет, Лира, — спокойно ответил Аэлрион, его взгляд стал холодным, почти отстранённым. — Мы тут из большого желания Эйлирии владеть нами.
— В смысле? — я нахмурилась, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— У каждого из нас своя история, — продолжил он, отворачиваясь к окну, будто вспоминая что-то далёкое и болезненное. — Но итог один. Мы тут не от большой любви.
Я замерла, осмысливая его слова.
— Тогда, раз её не стало, вы можете просто уйти, — сказала я, надеясь услышать, что они наконец-то свободны.
Аэлрион тихо усмехнулся, но в этом смехе не было радости.
— Не можем, — ответил он, не оборачиваясь. — Стеф первым делом это выяснил. Все метки на твоём теле активны.
Я замерла, инстинктивно касаясь области чуть ниже ключицы, где светилась звезда.
— И что это значит? — спросила я, чувствуя, как от этих слов внутри поднимается новая волна паники.
— Это значит, что мы связаны с тобой, Лира, — сказал он, обернувшись ко мне. — Теперь ты наша хозяйка. Хотим мы этого или нет.
Я нахмурилась, его слова прозвучали странно, будто в них скрывался какой-то подтекст, который я пока не понимала.
— Как это хозяйка, если ты говорил жена? — спросила я, пытаясь держать голос ровным, но почувствовала, как руки невольно сжались в кулаки.
Аэлрион посмотрел на меня,