У Джо был шанс все изменить. Да, от ребенка она не избавится и родит, но сможет поправить свое финансовое положение.
Джо решила продать его богатой бездетной паре.
Она рассуждала здраво. Что Джо может дать ребенку? Деньги Хатори растаяли, как снег по весне, а светлого будущего не предвидится.
Поначалу Джо отвергала эту мысль, но потом зарегистрировалась на сайте и вступила в переписку с отчаявшейся женщиной.
Они были готовы покрыть все расходы до родов, а потом заплатить ей.
Джо хотела начать новую жизнь, и это был единственный выход.
Она тихо спустилась в холл, стараясь не скрипеть половицами, и вышла во двор.
Глупое правило деда о запрете запирать двери дало ей шанс.
На улице шел дождь. Воздух пропах травой. Джо оглянулась на ранчо.
Больше она никогда сюда не вернется. Не постреляет с дедом, не поговорит по душам с бабушкой, не будет, как безумная, хохотать с Евой и никогда не увидит Алекс.
На глазах выступили слезы. Алекс — ее вечно правильная, старшая сестра.
Как же сильно Джо любила ее, но и не понимала. Возможно, все было бы по-другому, умей Алекс слышать ее.
Джо отправилась в город.
После кошмаров ночная прогулка показалась нестрашной. Джо не боялась, пусть и знала, что ее, возможно, ищет маньяк.
Может, будет лучше, если он найдет ее прямо сейчас.
Джо дождалась рассвета и села на автобус до города. Она набрала номер пары, с которой переписывалась последние несколько недель.
— Здравствуйте! Это Джоан. Как договаривались еду к вам. Спасибо.
В душе было пусто. Джо словно наблюдала за собой со стороны. Она подписала договор с собственной совестью и единственное, чего боялась, — что будет жалеть в будущем.
«Я все исправлю, — убеждала Джо себя. — Это единственный шанс. Я смогу. Я должна. Ради себя».
Но она не до конца была уверена в правильности своего поступка. Джо заплакала.
Боль и отчаяние вырвались наружу. Джо не знала, что ждет ее впереди.
Глава 31
Алекс стояла у ворот ранчо, целуясь с Максом. Его любовь и привязанность давала ей силы жить.
Макс, пусть и обманывал ее, теперь был готов на все ради ее покоя. Его странное предложение, обещание будущего вселило в сердце Алекс надежду.
Они совсем справятся.
— Мне пора идти, — Алекс погладила его по щекам.
— Я приду вечером? — Макс улыбнулся, поправляя волосы ей за ухо.
— Конечно, бабушка будет рада тебя видеть. Сегодня по плану тыквенный пирог! — Алекс рассмеялась.
— Тогда, до вечера! — Макс поцеловал ее в щеку.
Алекс отстранилась и воодушевленная направилась к дому. Макс был прав, что не стоило давить на Джо.
Стоило чем-то занять ее, чтобы плохие мысли ушли.
Алекс распахнула дверь, проходя в коридор, и услышала рыдания бабушки из столовой.
Сердце пропустило удар. Что случилось? Ее же не было всего одну ночь.
Алекс забежала в столовую. Бабушка Гвен почти билась в истерике, пока Ева бегала перед ней, пытаясь успокоить.
— Что случилось? — растерянно спросила Алекс.
Дед сидел в кресле и напряженно курил. Он никогда не курил в доме, а сейчас, видимо, забыл свой же запрет.
Ева бросила на Алекс отчаявшийся взгляд.
— Джо убежала!
От слов Евы Алекс бросило в дрожь. Сердце заколотилось как бешенное. Алекс едва удержала равновесие, опершись о стену.
— Она оставила письмо на твоей кровати, — Ева протянула Алекс аккуратно сложенную бумагу.
В горле запершило. Весь дом, словно замер в немом ожидании неизбежного.
Алекс прошла к столу, усаживаясь, и дрожащими руками начала разворачивать листок.
Алекс, прости. Я очень перед тобой виновата. Я не хочу извиняться за свой поступок, но считаю, что поступила правильно.
Ты никогда меня не слышала и не понимала. Ты ведь вечно умная и хорошая старшая сестра, а я просто Джо — заноза в заднице и гадкий утенок.
Я все делала неправильно и только доставляла нам неприятности. Я очень жалею, что испортила тебе жизнь.
Я не хочу, чтобы за мои ошибки расплачивались другие.
Я всех вас люблю, но вы никогда меня не поймете.
Вы постоянно давили на меня, а сами думали, что я не права. Я все знаю и вижу каждого из вас насквозь.
Я больше так не могу. Я не стану этому ребенку матерью.
Но он заслуживает лучшей жизни, чем быть с той, кто его ненавидит и ничего не может ему дать.
Я нашла ему хорошую семью.
Когда это закончится, я смогу начать сначала.
Мы больше не увидимся, я просто не смогу смотреть вам в глаза, а вы посчитаете мой поступок предательством.
Не ищите меня, забудьте обо мне.
Я должна выбрать себя.
Джо
По щекам Алекс потекли слезы. Дрожь в теле усилилась. Она не могла поверить в то, что Джо считала ее такой гадкой и ничего не понимающей.
Что она смеет винить их всех в своих бедах, что готова отказаться от семьи ради мнимой надежды на светлое будущее.
Алекс не могла этого допустить. Сестра совершала ошибку.
Алекс вскочила, набирая Макса, который сразу ответил.
— Макс, вернись, пожалуйста. Мне нужна помощь! — разрываясь от рыданий, пробормотала Алекс.
Не задавая лишних вопросов, Макс приехал спустя несколько минут, и ему вкратце рассказали о случившемся. Бабушка немного успокоилась, а встревоженная Ева пыталась добиться хотя бы слова от деда, который словно впал в ступор.
Алекс бросилась к Максу, хватая его за руки. Отчаяние поглотило ее.
— Макс, пожалуйста, мы должны найти ее. Я не могу этого допустить!
— Алекс, может, не стоит. Она же не хочет, чтобы ее трогали! — сказала Ева.
Алекс бросила на Еву злой взгляд и с трудом удержалась от желания ударить ее за такие слова.
— Она моя младшая сестра. Я не отпущу ее! — заорала Алекс.
— Алекс, успокойся! — мягко проговорил Макс.
— Найди ее, прошу тебя. Сам или Германа подключи. Что угодно сделай, Макс! — Алекс начала трясти его.
Слезы безостановочно лились по щекам. Алекс не могла справиться с дрожью и страхом, что ее охватили.
Вдруг тишину прервал телефонный звонок. Телефон Алекс лежал на столе.
Страх охватил ее, и, отпустив Макса, она бросилась к трубке. Звонила Джо.
— Алло? Джо? Где ты? — надрывным голосом спросила Алекс.
— Алекс, это вы? — раздался уверенный мужской голос. — Вас беспокоят из отделения балтиморовской больницы. Ваша сестра поступила к нам около часа назад.
— Что случилось? — понизив голос, спросила Алекс.
— Ее избили и ограбили на автобусной остановке, когда она прибыла в город!
— Я сейчас приеду. Не отпускайте ее, прошу вас!
Алекс не