Забрала все ключи и почти не сопротивлялась, когда Ваня предложил довезти меня до моей машины. Оказалось, она и правда находилась в соседнем дворе.
Я написала Кате, что забрала машину.
Села за руль, запустила двигатель. Ваня, который отошёл к своей машине, вдруг вернулся и, остановившись у капота, хмуро на него смотрел.
— Что-то не так? — спросила я, опустив стекло.
— Странно звучит. Будто мощности не хватает. Открой.
Потянув рычажок, открыла капот, под который Ваня сразу нырнул.
Вышла из машины и тоже подошла к Ване, разглядывая вместе с ним «кишки» машины, будто хоть что-то в этом поднимаю.
— Что там? Всё плохо?
— Не знаю. Надо загнать в сервак, проверить.
— Сейчас?
— Иначе опять где-нибудь встанешь. Доедешь до сервака?
— Попробую, — я не хотела туда ехать, но и встать после где-то по пути в садик с детьми в машине или на работу, я не хотела сильнее.
— Я за тобой поеду. Подстрахую, если что.
Мы доехали до автосервиса. Всю дорогу я пыталась услышать, что там мог услышать в двигателе Ваня, но не обнаружила изъяна. Но я в этом ничего не понимаю, так что пришлось довериться профессионалу.
В автосервисе Ваня взял мою машину на себя, а меня оставил в зоне ожидания на старых креслах перед телевизором с клипами нулевых.
Но вернулся он довольно быстро.
— Уже всё? Починил? — встала я удивленно.
— Оставил мастеру. Часа через три-четыре будет готово.
— Мастеру? Я думала, ты ею займешься.
— У меня сегодня выходной.
— А, — я разочарованно выдохнула. Ване в этом вопросе я, оказывается, доверяла больше, чем какому-то мастеру.
И мне неожиданно стало грустно от понимания того, что Ваня сейчас уйдёт, а я останусь здесь одна ждать, когда мне починят машину.
— Прокатимся? — вдруг спросил Ваня.
— В смысле? Куда?
— Здесь недалеко. Не будешь же ты все четыре часа сидеть тут? Да и холодно в серваке, простынешь.
Я колебалась. Смотрела в его глаза и думала не о том, как ему отказать и остаться здесь, а о том, какое придумать себе алиби на тот случай, если в момент, когда я вернусь домой, там уже будет Дима.
Что ему сказать, если он спросит, где я была всё утро?
В конце концов, могу сказать правду о том, что занималась ремонтом машины, у которой снова что-то случилось с двигателем. Не думаю, что ему будет интересно, проторчала ли я все четыре часа ремонта в холодном автосервисе или пережидала в другом месте.
Глава 16
Мы и так были не в центре города, но уехали от него ещё дальше.
Пока Ваня, управляя машиной, управлял ситуацией в целом, я словила легкую панику, наблюдая как улица сменялась улицей, где дома становились только меньше, а затем мы и вовсе оказались в каком-то поле за чертой города.
— Где мы? — я вцепилась в дверную ручку, готовясь бежать без оглядки в любой момент.
Но мозг понимал, что если каким-то чудом меня не сможет догнать Ваня, то меня сто процентов догонит Герда, которая прямо сейчас с нескрываемым предвкушением, высунув язык, металась по заднему сиденью, заглядывая в тонированные окна.
— Заброшенная взлётка, — коротко пояснил Ваня. Машину глушить не стал, вышел первым и открыл Герде дверцу. — Беги-беги, — шепнул ей ласково.
Пока я думала, пора ли валить отсюда, угнав его машину, Ваня проводил взглядом убежавшую в дальние кусты Герду, а затем вернулся за руль.
— Зачем мы здесь? — поинтересовалась я, а Ваня тем временем тронулся с места.
— Просто, — дёрнул легкомысленно плечами и одарил меня такой же улыбкой. — Погоняем?
— В смысле?
Мотор взревел, по телу прокатилась будоражащая приятная дрожь.
Ваня снова поймал мой взгляд, едва уловимо подмигнул и вдавил педаль газа в пол:
— Держись.
— А? — только и успела я обронить, как меня вдавило в спинку сиденья.
Дыхание застряло в горле вместе с невысказанными возмущениями и криками.
Мы мчались вперед, не имея ни препятствий, ни, мать его, цели.
Хотя одна цель у меня была — выжить во всём том, что для нас придумал Ваня.
Я почувствовала его взгляд на себе, повернула голову и увидела лишь то, что ему весело.
— А теперь держись крепче! — бросил он сквозь рёв двигателя и резко дёрнул руль в сторону.
Нас занесло. Меня размазало по салону. Дыхание перехватило.
Я держалась за дверную ручку, за приборную панель и зубами за воздух. Визжали не только шины, но и я.
Ваня, коротко посмотрев на меня, лишь хохотнул и продолжил занос машины по старой взлётной полосе. Потрескавшийся бледный асфальт был слегка припорошен снегом, который мы поднимали колёсами и заставляли кружится в опасном танце вместе с нами.
Машина выпрямилась. Я почти успокоилась. Но Ваня вновь стал разгоняться.
— Готова?
— Нет! — крикнула я.
И он снова дёрнул руль, зачем-то дёрнул ручник, и машину снова занесло.
В этот раз всё чувствовалось иначе.
Адреналин в крови кипел не от страха, а от восторга и эйфории. Как в детстве, когда родители наконец-то разрешили покататься на том самом аттракционе, который долго запрещали, называя его опасным, а меня для него маленьким.
И теперь я визжала не от страха умереть, а от чувства свободы и лёгкости. Полной грудью вдыхала и впитывала этот момент, как если бы после долгих лет, проведенных в одной комнате с закрытыми окнами, меня вывели на свежий воздух.
И плевать, что сейчас я абсолютно ничего не контролирую. Может, оно и к лучшему. Может, нужно хоть иногда отпускать ситуацию. Хотя бы сейчас, когда я ничего не могу сделать — не хочу, да и не умею.
От поворота к повороту, нас заносило, крутило и мотало по взлётной полосе. А я болталась по салону, как помидор в банке (уверена, я была такая же красная из-за того, как много визжала и задерживала дыхание на виражах), и была счастлива подобному повороту событий.
Меня то впечатывало в дверь, то отбрасывало к Ване, вжимало в сиденье. Волосы растрепались, я почти охрипла, а Ваня лишь широко улыбался, иногда поглядывая на меня, и ловко и уверенно управлял машиной, которая, казалась, двигается абсолютно бесконтрольно.
А затем мы резко остановились. Меня чуть отбросило к двери, и я оказалась в кресле в нормально положении.
— Мама дорогая! — выдохнула я, убирая с лица и лба выбившиеся пряди волос. Посмотрела на Ваню, который всё это время смотрел на меня и молча наблюдал