— Подожди, но Берия же курировал госбезопасность и НКВД!
— Вот именно! Тем жёстче восприняли его обвинение в работе на врага. Особенно на фоне послевоенной разрухи и понесённых в войну потерь. Кстати, идеолог ваших противников, Йозеф Геббельс, как-то очень точно подметил: «Чем чудовищнее ложь, тем охотнее толпа верит в неё».
— Да уж, не ожидал… Кстати, Верховный, ты уверен, что сработаешься с этими людьми?
— Конечно! Они отличные коммунары. Мы уже месяц тренируемся.
— Так, подожди! Ты сказал, что привлёк четверых. Кто ещё?
— Это не человек, сармит. Да ты его знаешь — наш милый Укла!
— Хелнидан!!
— Что? — невинным тоном поинтересовался Верховный.
— Вы просто не имеете права проиграть этой марсианской твари!
* * *
Эксперимент откладывать не стали. Накануне вечером все участники, в новеньких ИТах, собрались в ведомственной баньке. Рубленная из брёвен она стояла на живописном берегу старицы Берди, надёжно отгороженная от мира охранным периметром. И Сталин, и Берия сразу узнали Сафонова:
— О, смотри Лаврентий, наш красный сокол идёт!
— Борис Феоктистович? — вежливо улыбнулся бывший глава НКГБ. — Надеюсь хотя бы здесь вам вторую Золотую Звезду вручили?
— Так точно, Лаврентий Павлович! Сразу по воскрешении!
— Да не тянись ты так! — с лёгким акцентом усмехнулся Сталин. Он подошёл и с удовольствием пожал руку первого заместителя руководителя инквизиции. — Пойдём, с остальными познакомлю!
Смотрелись оба современника Сафонова хорошо: моложавые, на вид не старше тридцати пяти лет, подтянутые, мускулистые. Никакой начальственной рыхлости. Настоящие революционеры! Всё-таки идеальная телесная оболочка формируется по точке наивысшего физического расцвета носителя. Да ещё, похоже, вожди и здесь тренировались. Кстати, у Иосифа Виссарионовича левая рука, которая из-за детской травмы атрофировалась и была «сухой», теперь выглядела вполне здоровой. Сталин представил жилистого воина, на вид моложе его, с длинными усами и «запорожским» чубом:
— Вот наш прославленный предок, великий князь Святослав Игоревич! «Чин Ангельский», победитель Трои и Хазарского каганата. Кстати, знакомец здешнего адмирала Солдат Сумерек.
Мужчины обменялись крепкими изучающими рукопожатиями. Затем Сталин подвёл Сафонова к смуглому гуманоиду со слегка удлинённым подбородком и вытянутой формой ушных раковин, обратился к нему:
— Друг мой, позволь представить тебе нашего прославленного воздушного бойца, а здесь — первого заместителя руководителя инквизиции.
— Мы знакомы с Борисом Феоктистовичем! — улыбнулся инопланетянин. — Только ранее я посещал это славное ведомство лишь в энергетической форме.
— Вы сармит? Укла? В своём физическом теле?
— Уклариапсарб Кармдлиатер, к вашим услугам! — рассмеялся гость.
Верховный раздал всем простыни, войлочные шляпы и рукавицы:
— Пойдёмте, коллеги! Баньку протопили аж до звона.
Дальше покатилось по накатанной. Разве что Укла со Святославом удивили: такого жара нагнали, что остальные позорно сбежали.
— Эх, слабаки! — захохотал из-за двери князь. — Вот в наше время…
Что ответил сармит было непонятно, но грузин и менгрел, не сговариваясь, вернулись в парилку. Смеялись и ухали там ещё долго. А затем с воплями вся толпа жаропрочных нырнула в старицу. Остальные же не спеша отпились квасом и повторили заход в чуть схлынувший пар. В итоге банька понравилось всем. Алкоголь в преддверии эксперимента пить не стали.
На следующий день Хелнидан выстроил своё небольшое воинство перед раструбами душеуловителей и провёл итоговый инструктаж. Все деловито поглядывали на броняху бокса, за которой ждала психоматрица Предка. Ни малейшей растерянности, ни следа страха. Как выразился один малоизвестный поэт: «Гвозди бы делать из этих людей: крепче бы не было в мире гвоздей».
Сафонов тоже проникся ответственностью момента. Это тоже бой — ошибки недопустимы. При виде подкрученных усов помолодевшего Иосифа вспомнилось как выводил на левом борту своего И-16: «За Сталина!», затем как жадно разглядывал его в Колонном Зале, когда Калинин вручал Звезду Героя. Пришла злая весёлость: «Победа будет за нами!»
Старт психоматриц прошёл штатно. Нашпигованный ими обрубок ИТа уже знакомо заплясал джигу. Но теперь длилось это долго — три минуты сорок четыре целых двадцать восемь сотых секунды. Вот в лоток выпал кристалл. Теперь уже не колеблясь Сафонов подвёл к телу три спарки контейнеров и обрушил гильотину. Сработка! Борис еле сдержал забористое флотское ругательство — на безжизненных спарках запульсировал только один сенсор! Всё, как и в прошлый раз... Он опять включил тревогу, выслал дроида.
Через некоторое время в бокс вошел руководитель ИАО:
— Борис Феоктистович, в кристалле снова Хамаев, Старцев и Хелмут из рода Дитмаров. Прикажете вставить в ИТ?
— Добро, Евлампиевич! — безжизненно разрешил Сафонов. Вскоре вошел озабоченный Хелнидан:
— Что с контейнерами?
— Сработал только один.
Было видно, что триединый тоже еле сдержал крепкий мат.
— Думаешь, Предок?
— Не хочу об этом думать! Там же Сталин, Берия, князь!
— Мы почти скрутили его. Но Предок как-то ухитрился вновь выпихнуть меня в кристалл!
— Опыт! Его не пропьёшь. Он четыреста лет в некромантии. Лучший!
— Жаль, что душа в контейнере! Там не исследуешь… Может в ещё один обрубок вставим? С того инфо уже можно снять. Или лучше сразу в кристалл пересадим! — оживился Верховный.
— Хорошо, командир. Так и сделаем!
Но и тут всё пошло не так. Едва контейнер выпулил психоматрицей в новый обрубок ИТа, тот сразу перестал шевелиться. Контрольная аппаратура дружно выдала линию смерти. Попытки задействовать псевдоальтеррианский кристалл успеха тоже не имели.
— Блин, куда же он делся?! — оба приникли к сенсорам.
— Не меня часом потеряли, уважаемые?
Голос раздался из-за спины. Прямо за креслами стоял здоровенный эльф-качок. С лихими сталинскими усами и пылающим взором повелителя. Сафонов попытался отвернуться к аппаратуре, но в душе зазвучал мощный мыслеголос пришельца:
— Не трудись, Борис Феоктистович. Никакой ИТ нигде не создавался. Я присутствую тут в энергетическом виде. Можно сказать почти в голограмме. Но энергетическая форма сармитов будет ближе к правде.
— Но как?! — сокрушённо вошёл в мыслесвязь триединый.
— У тебя же самого после слияния возможности возросли на порядок. Представь, что получилось сразу от пяти правителей и мудрецов. Трое из которых обладали мыслесвязью.
— Трое