Адмирал с сомнением посмотрел на флот Нави, тоже попытался смахнуть с себя что-то невидимое:
— Ладно! Вводная понятна. К сожалению, в текущих условиях к чуду Эскадра пока не готова. Но будем думать! Ко всем аналогичная просьба: за месяц мы должны придумать как сдержать атаки Диких на Земли Девять и Восемь, а также дать по мордасам местным. Тут, в Нави.
— А если просто вывести базу из подпространства? — предложил старший Холмский.
— Куда? Это отсюда мы что к Девятке, что к Восьмёрке на перехват выскочить успеваем. А если уйдём, считай, бросим сразу два мира. Не пойдёт!
— А против местных выстоите?
— Посмотрим... Кстати, мне тут уже размерчики посчитали. Мозазавр в длину около восьми с половиной километров. Корабли у местных от тринадцати до двадцати семи километров. А сами они росточком метров шестьдесят – шестьдесят пять.
— Так ведь это, — не выдержал Ирвин, — йотуны[2]! А их корабли — нагльфары[3]!! Ребята, мы действительно будем драться в Рагнарёке[4]!!!
Восторженный рёв почти всех Солдат Сумерек был ему ответом.
* * *
Землянин и Сафонов в очередной раз обсуждали проблему Предка. Хелнидан упрямо настаивал на личном участии в новой схватке за покорение его сознания, а Борис боялся потерять нового Верховного инквизитора. Ведь только при нём сложное многоплановое хозяйство трёх реальностей и тысяч Пузырей, да ещё и завязанное везде на совместный труд специалистов сразу двух обитаемых планет, наконец-то заработало как старинный швейцарский хронометр!
Триединый не нуждался в ночном отдыхе, он лишь последовательно отключал составляющие его личности, которые при необходимости дружно проводили мозговой штурм. Проблемы инквизиции рассматривал тремя блоками, причём с Борисом ипостась Хамаева могла мысленно общаться в то самое время, пока Хелмут также телепатически консультировал Солдат Сумерек, а Старцев решал ещё одну проблему, используя обычные средства коммуникации.
Ещё раз рискнуть таким руководителем? Но Верховный теперь лично вёл проект «Шустрик», касавшийся всего, что связано с Предком. Так что мнение своего первого зама он всего лишь учитывал.
— Так, Борь, панику выключи! Кстати, в ИАО завершили обработку данных «Валгаллы» по Марсу.
Ему удалось переключить внимание излишне взволнованного Сафонова:
— В целом ребята послали сорок семь разведывательных спутников. Сорок пять были уничтожены на подлёте, двум удалось достичь поверхности. Ещё часть данных была получена при попытке возврата. На высоте примерно в сорок километров оба расстреляли. Огонь по спутникам действительно вели стационарные ударные комплексы, установленные на естественных спутниках планеты, Фобосе и Деймосе. Получены изображения применявшегося оттуда космического оружия...
— И?! — не выдержал Борис.
— С большой долей вероятности аналогичные установки несут на себе нагльфары флота Нави. По крайней мере, наиболее крупные.
— Твою же дивизию!
— Абсолютно с тобой согласен. Но есть и хорошие новости — примерно известны предельные дальности применения этих установок.
— Да не томи ты уже!
— Они смогут открыть огонь по «Валгалле» уже через четыре дня.
Сафонов помолчал. Потом сообразил:
— Ага! Ты не стал бы сообщать об этом так спокойно! Считаешь, что стрелять они не начнут?
— Мы посовещались с Эскадрой, прикинули возможности и, кажется, поняли цели флота йотунов. Наиболее вероятным представляется вариант захвата ими базы и использования её возможностей для открытия проходов в реальности. Вот туда-то и намерены выйти корабли Рагнарёка.
— То есть они реально хотят устроить сразу на всех Землях окончательный кирдык?
— Если у тебя есть другое объяснение, с удовольствием послушаю.
К сожалению, ничего более логичного придумать не удалось. Ну не может же крохотная космическая «шайба» орбитального комплекса сама по себе заинтересовать настолько могучего врага. Силы несопоставимы.
— А сколько всего у йотунов кораблей?
— Сорок два вымпела. И пятьдесят три мозазавра.
— Что-то не бьётся. Земных миров осталось всего девять.
— А ты уверен, что их интересуют только земные? Может они и Диких собираются обнулить? Но более логичным мне кажется, что изначально, до начала нашего конфликта с неандертальцами, люди заселили именно сорок две реальности. Вот их-то и должен уничтожить Рагнарёк. Навьи хотят выжечь всю нашу «омелу», независимо от того, кто сейчас населяет её ветви.
— Да, Верховный, этот вариант объясняет почти всё.
— Что тебя волнует ещё?
— Схожесть оружия йотунов и ударных комплексов на спутниках Марса.
— Это ещё не всё. До своей гибели несколько спутников Солдат Сумерек успели войти в режим вращения и сфотографировать Древо Жизни Марса… Пока трудно сказать однозначно, но предварительный вывод — все доступные исследованию ветви необитаемы.
Они немного помолчали.
— Ты понимаешь, что это значит?
— Что изгнанникам удалось уничтожить свою цивилизацию.
— Правильно. И что из этого следует?
Повисшую недоумённую паузу Верховный понял абсолютно верно:
— Это, Борь, значит, что у нас остался единственный источник знаний о цивилизации марсиан и об охранявших её ударных комплексах.
— Предок!
— Поэтому-то мы и обязаны его приручить. Это наш шанс не допустить Рагнарёка. Да, очень призрачный. Но это лучше, чем вообще ничего!
— Понятно. Приказывай, Верховный.
— Управление процессом вновь возьмешь на себя. С подстраховкой. В прошлом бою мы все поняли, что нам не хватает навыков государственного управления, умения проведения межгосударственных спецопераций и личного авторитета. Ведь Предок четыре века был правителем оккультистов множества миров. Так что к бою привлекли души ещё четырёх специалистов: великого князя Святослава, который возглавлял священную группу правителей империи — «Чинов Ангельских», известного тебе Иосифа Сталина и его наиболее талантливого сподвижника Лаврентия Берия. Все трое в своём времени умерли насильственной смертью, так что психоматрицы извлекли без проблем.
— Иосифа Виссарионовича убили?! Когда? Кто?
— Успокойся, Борис. Понимаю твоё негодование, но… Войну вы под его руководством выиграли. Страну не только отстроили, но и первыми начали покорять космос. Впрочем, это ты уже знаешь. Но ещё с тридцатых годов ваши империалистические враги затеяли спецпроект «Сталин», нацеленный на физическое уничтожение вождя мира трудящихся. Но подобрать исполнителей смогли только к началу пятидесятых. Возглавил группу заговорщиков Никита Хрущёв. Он стремился к абсолютной власти, а его от неё отодвигали.
— Э-э, подожди… Фамилия что-то знакомая!
— Член Военного Совета Юго-Западного Фронта.
— Он же руководил компартией в Украинской ССР?
— Да. К 1950-м Хрущёв уже входил в состав неформальной тройки высших управленцев СССР. Но фактически Сталин и Маленков его отодвигали от главных решений, а привлекали Берию. На этой обиде и сыграли западные