— Очнулся! Очнулся!! Папка!!!
Большое и тяжёлое, живое плюхнулось на Сафонова сверху, начало истошно целовать, обильно орошая горячими, словно подогретыми слезами. По голосу догадался: старшая дочка.
— Фёкла, придавишь! Тяжёлая уже!
— Пап, глаза пока не открывай. Кровоизлияние у тебя было. Сейчас дядьку Акима кликну.
Лёгкие шаги дочери удалились торопливой дробью. Двадцать семь лет по паспорту, а фактически всего около четырнадцати прожила.
Руки слабо, но слушались, и Борис ощупал себя. Вроде целый. Только на глазах повязка. Фёкла сказала, что было кровоизлияние. Интересно, от чего? Память услужливо подсказала: Эскадра ведёт бой. Один за другим исчезают из мыслесети братишки-истребители. Горстка наиболее умелых маневрирует телекинетическими прыжками. Фактически телепортируются на средние расстояния. Но плотность вражеского воздействия возрастает. Фобосы и Деймосы девяти доступных людям реальностей уничтожены, разнесённые на спутники установки выхода из внепространства под угрозой захвата. Саргенто приказывает взорвать их. А сами истребители идут на последний таран. Их восемь, а целых нагльфаров ещё шесть. Должно хватить…
Кажется, на этом обрываются все воспоминания. Очнулся лишь услышав радостный крик дочери. Нет сомнений, что ребята взорвали йотунов своим новым оружием — врилем. Но ведь все остальные телепаты до последнего состояли с ними в единой мыслесети. Мог по ней взрыв вриля нас достать? Судя по ощущениям, вполне. Ладно хоть не наглушняк.
Вдруг очень ярко вспомнилось как накрывало. И ещё одно — последний крик. Как успел заорать Всевышнему, чтобы берёг Зоринку, товарища Сталина и друзей — Саргенто и Кабо… Да, на войне и в космосе атеистов нет. Тем более служба в инквизиции настроила.
Наконец, послышались торопливые шаркающие шаги дядьки Акима. При освоении Пузыря-7 он был вихрастым подростком, помощником колдуна-целителя одной из деревенек казевой абщи. Представители Революционного войска Большой Земли заметили пытливого юношу и приставили помогать участковому врачу. Тот хорошо себя зарекомендовал и отправился учиться в медицинскую академию Метрополии. А через два с половиной года вернулся повзрослевшим на семь лет терапевтом и сменил в больнице наставника.
Первым делом подошедший положил руку на лоб пациента, а затем сунул под мышку что-то твёрдое и округлое. Градусник! Как в 1941-м.
— Аким Прохорович, доброго здоровья! — поздоровался Сафонов. — Мы же вам новейшие реанимационные комплексы доставляли!
— Моё почтение, Борис Феоктистович. Так не работают они. Как мир-то моргнул, так много чего работать перестало. По-старинке, оно надёжнее. Как себя чувствуете?
— Да нормально. Слабость только какая-то. Что со мной произошло?
— Под моргание попали. Остальные-то наши колдуны, что в медицину идти отказались, вообще почитай все померли. Часть селян блаженными стали. Из пришлых же операторы переходов сильно пострадали, да вы вот.
— А со мной что?
Пожилой врач помялся, но ответил:
— Похоже на одновременные инсульт и обширный инфаркт. Как вообще выжили — не пойму. Но раз очнулись, да окружающих признаёте, надежда на выздоровление есть. Только не торопитесь что-то сами делать. Давайте постепенно вас реабилитировать будем.
Сафонов понимал правоту терапевта, но долг требовал. Там же ребята с фронта прибывают! Их готовить нужно. А главное — идеологическую базу для «Империума Человека» на Семёрке внедрять!
— Что у меня с глазами, доктор?
— Сосуды лопнули. Кровь прямо из-под век текла. Так что тоже не торопимся. Надеюсь, часть зрения можно спасти. Так что-нибудь изменилось?
— Вроде, темнее стало.
— А так?
— Светлее.
— Так?
— Опять темнее.
— Замечательно! Световой рефлекс есть. К вечеру ещё попробуем. Отдыхайте! Сейчас Фёкла придёт, покормит. В туалет захотите — тоже дочку попросите. «Утку» поднесёт. Она уже вторую неделю за вами ухаживает. Золото, а не медсестра!
Врач неторопливо ушёл, а к Сафонову вновь подбежала дочь:
— Папка! Кушать хочешь? Я бульону принесла. Куриного!
По обалденному запаху Борис уже догадался. Тут, в Пузырях, нет полуфабрикатов и пищевой химии. Если бульон куриный, то квочка, пошедшая на его изготовление, наверняка ещё несколько часов назад где-то бегала.
— Хочу, малыш! Только я не вижу пока ничего.
— Ничего! Я тебе кроватку приподниму и — с ложечки!
Сафонов похлебал горячего и наваристого бульона и понял, что силы покидают. Очевидно, отвлеклись на переваривание. Но по его просьбе Фёкла не стала опускать верх медицинской кровати, оставив пациента в полусидячем положении. После ужина можно будет в горизонталь вернуться.
— Что у нас тут было-то, Солнышко? Да и вообще новости какие?
К сожалению, услышанное не обрадовало. Погибли или находились в тяжёлом состоянии все операторы стационариных переходов на Большую Землю и в соседние пузыри. Соответственно, сообщение с ними прервалось. Возможности связаться с мирами, где остались её мать и сестра, пока нет.
Так что уже вторую неделю карман реальности снова был предоставлен самому себе и быстро скатывался в доэлектрическую эпоху. Одномоментно вышли из строя все отстроенные подстанции. Ветряки над ними крутились, но сдохшие аккумуляторы заряд не держали. Кое-где имелись «дырчики» — бензиновые электрогенераторы. Но их запускали только в самых экстренных случаях. Например, сложную операцию сделать. Ведь запасы топлива не бесконечны, а вариантов пополнения пока не предвиделось.
На Чусовке, мелкой быстрой речке, начали возведение плотины, чтобы запустить примитивную гидроэлектростанцию. Повсеместно ставят мелкие, где вода крутит шкив, приводящий в действие электрогенератор автомобиля Земли-7. Двенадцать Вольт постоянного тока такая установка выдаёт. В частности, в школе компьютерный класс запитали. А на единорожьей ферме, где продолжала трудиться Фёкла, теперь всё только вручную.
Наконец Борис отпустил уставшую дочку и крепко задумался. Методику развития способностей оператора межмирового перехода они с академиком Хамаевым обсуждали. Жаль, давенько это было. Но другого варианта нет — нужно вспомнить. Здесь у инквизиции дислоцируется уже неполный учебный батальон возрождённых солдат, павших на украинской войне. Не может быть, чтобы никто не имел хотя бы малейшей предрасположенности. Будем учить!
Блин, а как там сын? Надеюсь, ты выживешь, сынок. Хотя Ванька настоящий русский «десант» — смелый, порой бесшабашный, убеждённый в правоте своего дела. Господи, помоги ему! Убереги воина Твоего.
* * *
Локация не установлена
Что-то затянулась эта передышка во тьме... Вроде только Саргенто всем существом ощущал борт нагльфара, который пометил в сетке мыслеэфира как свою цель. Для вида рванул в сторону, чувствуя скорострельную дрожь жгутов тьмы вражеских «зениток» и выстрелы дронов. Энергетическая броня «Бёрки» на последнем пределе отражала дробь попаданий. Капсула адмирала, вместе со всеми,