Я увеличиваю скорость воспроизведения, позволяя чипу фильтровать лица и движения. Поток изображений идёт почти непрерывной лентой: улицы, лифты, переходы, холлы, парковки. Люди проходят мимо друг друга, машины останавливаются, двери открываются и закрываются. Я теряю счёт времени, когда система, наконец, фиксирует совпадение.
Все дроны-доставщики, входящие в воздушное пространство резиденции, фиксируется. Даже если они не нарушают протокол. Я в курсе, как именно Тея получила те злосчастные таблетки. Но мне важно отследить, откуда дрон прилетел. Проблема в том, что за сутки их проходят тысячи, и нужно проверить каждый. Я отсекаю всё лишнее. Остаётся один. Сверяю серийный номер. Отслеживаю цепочку маршрута.
Дрон стартует с крыши логистического узла в центральном секторе. Обычный хаб для городских доставок. После сброса груза он уходит на автопилоте и возвращается обратно, где автоматически проходит очистку памяти. Я открываю запись камеры хаба. Перед глазами снова разворачивается поток изображений. Роботы-грузчики. Контейнеры. Ряды роботов. И люди. Операторы, техники, курьеры...
Один из операторов подходит к стойке программирования. Вводит маршрут. Загружает контейнер. Я приближаю изображение. Система распознавания вспыхивает зелёным. Лев Карден. Курьер фармацевтической сети. Несколько секунд разглядываю его профиль. Вот ты и нашёлся. Открываю личное дело Кардена. Ничего особенного. Стандартная биография. Третий круг. Кредиты, работа, жильё в северном секторе.
Без зазрения совести взламываю его курьерскую базу. Прохожусь по значащимся там именам и присвистываю… Оказывается, мы понятия не имеем, какие люди обращаются к таким вот экземплярам. Во мне вспыхивает непреодолимое желание накрыть этот притон незамедлительно. Но, видно, не зря Владимир столько лет вбивал в мою голову мысль, что власть — это не только способность ударить, но еще и умение вовремя отвести занесенную для удара руку.
Я откидываюсь в кресле, позволяя потоку данных продолжать скользить перед глазами. Идея накрыть сеть одним ударом всё ещё кажется соблазнительной. Показательно арестовать операторов. Протащить через Совет новый пакет ограничений. Добавить баллов к своему социальному рейтингу к завтрашнему голосованию... Приходится напомнить себе, что быстрый результат не всегда лучший. Иногда стоит подождать. Заглянуть глубже. Владимир всегда говорил: если ты уничтожаешь источник информации, скорее всего, ты лишаешь себя козырей.
На скольких людей я смогу повлиять, вытаскивая их, когда надо, по одному?
Я снова смотрю на список клиентов Кардена. Имена. Должности. Адреса. Знакомые и нет. Списки препаратов. Медицинские ингибиторы. Нелегальные чипы. Лекарства, которые в официальной системе получить невозможно. Я мог бы уничтожить эту сеть за одну ночь и лишить себя рычагов давления. Но я не делаю этого. Я создаю копию базы и шифрую её под личный ключ. С таким компроматом я могу здорово усилить свои позиции. А это то, что никогда не помешает.
Сворачиваю часть окон. И вновь возвращаюсь к списку заказчиков. Фамилии идут одна за другой. Некоторые заставляют меня усмехнуться. Некоторые — удивлённо приподнять бровь. А потом взгляд цепляется за одну строчку. Я останавливаю прокрутку. Несколько секунд тупо сверлю взглядом экран. Ирма Блум.
Грудь сковывает арктический холод. А вот и ответ, кто надоумил Тею обратиться к барыге. Я откидываюсь в кресле и медленно выдыхаю, гася вспыхнувшую в груди ярость. Интересно. Очень интересно. Потому что Марк, судя по всему, об этом не знает.
Я ещё несколько секунд смотрю на экран, словно ожидаю, что имя Ирмы исчезнет само собой. Но строчка остаётся на месте.
Ирма Блум. В памяти мгновенно всплывает её спокойное лицо. Безупречная осанка. Вежливая улыбка, которая никогда не доходит до глаз. Умная женщина. И очень амбициозная. Она берет от Марка по максимуму, но, видимо, считает, что рождение двоих детей все компенсирует. Ну, раз она не хочет третьего, четвертого… И всех других.
Интересно, как давно Ирма играет в эту игру. И ещё интереснее — что будет, когда Марк узнает. Точнее, когда я сам ему расскажу, потому что это не та информация, которую стоит утаиваться от друга.
Черт. День обещает быть длинным. Мне явно не помешает хорошенько выспаться. Сворачиваю окна и иду отдыхать.
Утро начинается с короткого медиабрифинга. Пиарщики Владимира уже разослали вопросы. Большинство из них будут касаться вчерашней встречи со студентами.
Затем визит в Центральный репродуктивный центр. Камеры. Врачи. Демографическая статистика. И, разумеется, Тея. Я задерживаю взгляд на её имени в расписании. Она должна быть рядом. Владимир считает, что её присутствие усиливает эффект любой речи вдвое. Люди охотнее верят словам о будущем, когда перед ними стоит та, с кем они могут себя отождествить.
Я смотрю на часы. Теона запаздывает. Но стоит мне открыть рот, чтобы ее позвать, как на лестнице раздаются звуки ее шагов. Поднимаю взгляд и забываю, что вообще собирался делать.
Тея выглядит безупречно. Светлая ткань платья мягко очерчивает линию плеч, волосы собраны на затылке и открывают шею. На лице — лёгкий, практически незаметный макияж. Так и не скажешь, что она провела бессонную ночь и проснулась в отвратительном настроении.
Но я-то чувствую.
Её эмоции доходят до меня волнами. Я ощущаю ее боль, растерянность, тоску, которую она старается спрятать под маской благополучия. Тея замечает мой взгляд и на мгновение цепенеет.
— Извини, что опоздала. Пришлось постараться, чтобы стереть с лица следы бессонной ночи, — хмыкает она.
Я киваю и, как привязанный, подхожу ближе. Этого оказывается достаточно, чтобы по мне вновь прокатились ее эмоции.
Чёрт.
— Поехали, — говорю коротко.
Дорога до репродуктивного центра занимает около двадцати минут. Машина продирается сквозь плотный дорожный трафик. За стеклом медленно просыпается город. Тея смотрит в окно, сцепив пальцы на коленях.
— Я сегодня узнал кое-что интересное.
— Что?
— Кто тебя надоумил насчет таблеток.
Её дыхание сбивается.
— Виктор…
Я не смотрю на неё, продолжая наблюдать за дорогой.
— Интересно было проследить цепочку.
В салоне машины становится ощутимо прохладнее. Но охлажденный воздух не остужает горячую голову Теи:
— Меня никто не надоумливал! Я сама. Я так хотела… Не ищи виноватых там, где их нет!
Я поворачиваю голову. Она смотрит на меня в легкой панике. Я молчу, ясно давая понять, что ни на грамм ей не верю.
— Тор, пожалуйста… — голос Теи становится ниже. — Не втягивай Ирму в это.
Вот оно что. Медленно выдыхаю. В душе рождается злость на то, что моя жена смеет защищать эту мразь.
— Она сама себя втянула.
— Нет! — Тея резко подаётся вперёд. — Виктор, прошу тебя. Это была моя идея. Я попросила её помочь. Она не виновата. У них и так не все гладко с Марком. Если ты расскажешь ему, что она…
— Расскажу. Можешь даже не сомневаться.
— Даже если я тебя попрошу? — сипит Теона в отчаянной попытке удержать мой взгляд.
— Надеюсь, тебе хватит благоразумия не просить меня нарушить закон.
Теона на секунду зажмуривается.
— Я прошу тебя… не разрушать её жизнь.
Несколько секунд в машине стоит тишина. Я чувствую, как Тея напряжена. Но в остальном она слишком хорошо контролирует свои эмоции, видно, чтобы не сорваться.
— Ирма сама ее разрушает, обманывая…
— Кого?! Своего репродуктивного бенефициара?! Господи, она родила ему двоих прекрасных малышей! Этого мало?!
Я молчу. Тея прячет лицо в ладонях.
— Боже мой… — шепчет она. — И что с ней будет?
— Это будет решать Марк.
— Она не хотела зла.
— Ты слишком наивна. Конечно же, хотела. Она боится, что мой рейтинг станет выше, чем у Марка, и мне откроются те возможности, которые ему не светят!
Тея широко распахивает глаза. Видно, это в ее красивую голову не приходило.
Глава 15
Тея