– Но дом ведь заброшен, – непонимающе возразил Патрик и от волнения закинул в рот ещё один леденец.
Тима молча протянул руку, и клоун вытащил из кармашка целую пригоршню конфет. И мальчик, и вампир тут же схватили по одной и продолжили разговор.
– Ничего он не заброшен, – покачал головой Лео, перекатывая конфету из одной щеки в другую. – Помните, пекарь собирает там ежевику, потому что она самая вкусная и сладкая из всех. Дровосек рубит во дворе деревья, но они всё равно вырастают. А ведьма набирает землю для удобрения сада. Это место живёт полной жизнью, и все только думают, что оно заброшено. Помните странные шумы в доме? Помните странные силуэты? Только не врите, что не заметили их! И подвал…
– В зеркале был страшный старик! – воскликнул клоун, округлив глаза. – И он потом привиделся тебе в луже, Тим!
– Но он ведь давно умер, и среди призраков его нет, – неуверенно произнёс мальчик.
– Может быть, он умер только наполовину, – зловеще произнёс Лео и сверкнул глазами. – Он же был могучим колдуном. Вдруг он нашёл способ сохранить себя, чтобы однажды вернуться?..
– И поэтому оставил заколдованные сундуки! – выпалил Тима.
– А мы их открыли, – удручённо выдохнул Патрик.
– Нет, – покачал головой Лео и посмотрел на Тиму, – Он их открыл. Больше ни у кого это не получилось.
Тиму прошиб холодный пот.
– Я ни в чём не виноват! Я никого не превращал в кукол! – воскликнул он.
Лео поморщился и замахал руками:
– Да не вопи ты! Я и не говорю, что ты виноват. Кого ты мог превратить, ты всего лишь человек! Но, может, в этом всё и дело. Ты смог открыть дверь у Сладкоежки и не отразился в зеркалах ведьмы. По какой-то причине защитные заклинания на тебя не действуют.
Патрик огромными глазами посмотрел на друга и даже приоткрыл рот от удивления и восторга.
– Ну ты даёшь, Тим! – выдохнул он. – Это же та-а-к круто!
Мальчик посмотрел на клоуна в ответ и задумался. Круто? Он, простой человечишка, крутой?
– Так, – деловито произнёс Лео, заставляя собеседников повернуться обратно к нему. – Пока ты не сбрендил от своей крутости, нам нужно решить одну малюсенькую проблемку. Что будем делать? Кто знает, может, завтра уже и я превращусь в… в эту дрянь. Кто тогда будет соображать?
Тима скривился, но, кажется, он даже успел привыкнуть к заносчивости Лео.
– А что тут думать? – пожал плечами мальчик. – Нужно вернуться в проклятый дом и разобраться со стариком.
– А может, позовём взрослых? – тихо предложил Патрик, на что мальчик и вампир дружно фыркнули.
– Значит, решено, – скомандовал Лео. – Завтра Кошмарус, все будут заняты празднованием и не заметят, если мы сбежим.
– Останемся без шоу, – грустно вздохнул клоун, и ребята угрюмо промолчали.
– Завтра, – кивнул Тима и с напускной торжественностью воскликнул: – Да настанет Кошмарус!
Глава 15
Да начнётся карнавал!
Над городом гремела музыка. Сжимались и разжимались меха аккордеона, весело скрипели костяные скрипки, низко гудели блестящие оловянные трубы. Радостные крики и заливистый смех улетали в ясное голубое небо.
Тут и там горели яркие пятна карнавала. Крутилось колесо обозрения, в котором вместо кабинок висели пузатые пустые тыквы. Гремели на горках разноцветные вагончики, на огромной скорости пролетая через наколдованные водопады и совершая огненные мёртвые петли. Кружили цепочные карусели, отрываясь от земли и вертясь в воздухе.
На центральной сцене лихо отплясывали скелеты, а призраки, дрожа от волнения, ожидали своей очереди за кулисами. По длинным улицам, расходящимся от центра, и по периметру всей площади расположились разноцветные палатки. В одной из них драконы и саламандры устраивали огненное шоу, рассказывая с помощью пламени историю знаменитых ящеров. В другой несколько джиннов наколдовали целую пустыню, в которой запрятали древние сокровища и предлагали любому желающему отыскать их. Конечно, пройти такое испытание было непросто, ведь мумии со своими загадками и наколдованные скорпионы старательно мешали героям добраться до заветных сундуков.
В следующей палатке можно было отправиться к звёздам – ведьмы зачаровали не только купол, но и всё внутреннее пространство шатра, так что любой гость мог полетать между ярчайшими созвездиями и галактиками.
На карнавале проходили и кулачные бои троллей, и соревнования по лёту для фей и эльфов, и шахматные турниры для зомби. Тут можно было пройти подземный гномий лабиринт, похохотать в зеркальной комнате и полетать на мётлах.
А возле колеса обозрения группка малышей под руководством молодой колдуньи играла в особые прятки. Стоило водящему досчитать до десяти, как всех остальных игроков раскидывало по разным сторонам площади. И никто не мог заранее угадать, куда тебя запрячут. Весёлая считалочка звучала почти так же громко, как и музыка:
Раз, два – Джек-фонарь,
Раз, два – поиграй.
Три, четыре – вурдалак.
Что-то здесь идёт не так!
Злые эльфы – пять и шесть,
Не давай им тебя съесть.
Семь, восемь – старый джинн,
Ты останешься один.
Девять – зомби и паук,
Раздаётся страшный звук.
Десять – тыквы, карнавал.
Кто остался – проиграл!
И дети с громким хлопком исчезали и появлялись кто на карусели, кто на сцене, а кто и на чьей-то голове.
Вместо воды из фонтанов теперь били искрящиеся лимонады, пахло горячим попкорном и жареными каштанами. На лотках остывала солёная кукуруза, заботливо выращенная обществом пугал, таял сливочный соус на булочках с корицей и поднимался пар от бочек с пряным глинтвейном, где красиво плавали кусочки яблок, дольки апельсина и звёздочки гвоздики.
Пекарь Сладкоежка в этом году превзошел самого себя. От его лотка поднимались в воздух блестящие пузыри из белого шоколада, за которыми дети гонялись по всему городу. В леденцовом пруду плавали лебеди из хрустящего безе, а с другой стороны устраивали великое сражение на кремовых волнах два громадных шоколадных корабля с пряничными пиратами на бортах. И один из них смутно напоминал всем директора школы. Но что более всего поразило собравшихся, так это бисквитный пекарь, который был не просто один в один похож на настоящего пекаря, но мог улыбаться, махать руками и помогать с раздачей сладостей.
– На это меня вдохновили детишки, – довольно отвечал Сладкоежка. – Их идея с живыми куклами мне очень