Главная молния была толщиной с древнее дерево. Она пробила волну, испарив тонны воды в одно мгновение. Пробила поднятые руки колдуна, оставив дымящиеся обрубки. Пробила коралловый панцирь, разнесла грудную клетку, прошла насквозь и ударила в скалу за его спиной.
Черномор замер.
Его штормовые глаза расширились, в них отражалось неверие. Он посмотрел на свою грудь, где зияла дыра размером с кулак, и попытался что-то сказать.
Из его рта вырвался только хрип.
Колдун рухнул.
Его тело ударилось о камни с глухим стуком, борода дёрнулась в последний раз и затихла. Черепа в прядях замерли с разинутыми челюстями, водоросли почернели и начали рассыпаться.
[Черномор уничтожен]
[Метка Нави (третья) получена]
Боль пронзила руку.
Третий символ впитался в кожу черным дымом, сплетаясь с двумя предыдущими. Чёрные линии образовали сложный узор, пульсирующий тёмным светом. Я почувствовал, как три Метки резонируют друг с другом, как их сила объединяется во что-то большее.
И в тот же момент я почувствовал кое-что ещё.
Тысячи взглядов.
Они обрушились на меня со всех сторон. Из тумана, из земли, из самого воздуха. Навьи по всему острову, монстры по всему архипелагу почувствовали, что три Метки объединились в одном носителе.
И они шли, я чувствовал это. Каждая тварь в этом искажении ощущала метку и двигалась ко мне.
Богатыри, потерявшие хозяина, не упали. Напротив, без контроля Черномора в них что-то изменилось. Их движения стали резкими, хаотичными. Пустые глазницы наполнились багровым светом. Они больше не были элитными воинами с координацией единого организма.
Теперь они были бешеными зверями.
Ближайший богатырь взвыл, звук был похож на скрежет ржавого металла по стеклу, и бросился на меня. Его меч описал дикую дугу, без расчёта. Я отбил удар и огляделся.
Моя команда стояла в двадцати метрах, окружённая кольцом мёртвых воинов. Роман едва держался на ногах, его барьер мерцал и дрожал. Лиза прижимала раненую руку к груди. Тали была бледна как полотно, её конструкты давно рассыпались, статуэтки лежали у ног бесполезными кусками камня. Тамамо тяжело дышала, белый мех потемнел от крови и грязи.
Артём материализовался рядом с Тали в синей вспышке. Его кинжал был покрыт чёрной субстанцией, нефритовое сердце пульсировало тревожным светом. Он дрожал от истощения.
Все они смотрели на меня, и тогда, из тумана вышла «Магистраль». Как раз вовремя.
Восемьдесят рейдеров в чёрной форме. Они появились как призраки, бесшумно и внезапно, заняв позиции вокруг поля боя.
Марина Кувшинина стояла впереди.
Её глаза были холодны, как её талант. Ледяная Королева, так её называли в «Магистрали». Способность замораживать всё в радиусе пятидесяти метров до абсолютного нуля, не как один из королей, конечно, но тоже очень и очень сильна. Она смотрела на меня без эмоций, как смотрят на насекомое перед тем, как раздавить.
Рядом с ней стоял Демьян.
Последняя Линия. Его талант позволял мгновенно уничтожить любую цель в пределах прямой видимости. Он улыбался, и в его глазах горел хищный огонь. Он хотел этого боя. Хотел проверить себя против Десятого Короля.
По одному жесту Марины рейдеры бросились в бой.
Но они атаковали не мою команду.
Они атаковали навьев.
Чёрная волна врезалась в ряды мёртвых воинов, магия и сталь засверкали в тумане. Рейдеры «Магистрали» расчищали пространство вокруг, формируя периметр, отбрасывая орды воинов.
Богатыри, обезумевшие без хозяина, попали под удар с двух сторон. Несколько бойцов Марины погибли в первые же секунды, но остальные продолжали давить, используя численное преимущество.
Марина подняла руку.
Температура вокруг упала мгновенно. Навьи в радиусе десяти метров от неё замёрзли на месте, превратившись в ледяные статуи. Демьян стоял рядом, его глаза оглядывали поле боя, выискивая цели.
Пространство вокруг моей команды очистилось.
И тогда Марина повернулась ко мне.
— Чёрная Маска, — её голос был ровным, лишённым эмоций. — Ты собрал три Метки. Впечатляет.
Я не ответил, ожидая продолжения.
— Но ты понимаешь, что происходит, — она обвела рукой поле боя. — Без Меток путь на Буян закрыт. Если ты умрёшь здесь, они исчезнут вместе с тобой. И этот архипелаг останется запечатан навечно. Так мне сказал мой Следопыт.
— К чему ты ведёшь?
— К простому выбору, — она сделала шаг вперёд. — Отдай нам Метки. Добровольно. Мы заберём их, пройдём на Буян и закончим то, что ты начал. Твоя команда останется в живых. Ты пойдёшь с нами.
Демьян издал разочарованный звук. Он так хотел этого боя, это было очевидно по его позе, по блеску в глазах. Но Марина была старшим генералом, и её слово было законом.
— А если откажусь? — спросил я спокойно.
Марина чуть наклонила голову.
— Тогда мы убьём твоих друзей. Одного за другим. Начиная с раненой девушки со светлыми волосами.
Её взгляд скользнул к Лизе.
— Потом ту, что с конструктами. Потом большого. Потом лисицу, хотя с ней придётся повозиться. И в конце телепортера.
Она снова посмотрела на меня.
— Ты, конечно, выживешь. Ты слишком силён, чтобы умереть от наших рук. Но они, твои товарищи, они умрут. И ты будешь смотреть.
Навьи продолжали прибывать из тумана, но рейдеры «Магистрали» сдерживали их на периметре. Богатыри бились в агонии, уничтожаемые объединёнными усилиями.
Я смотрел на свою команду.
Роман едва стоял на ногах, опираясь на обломок скалы. Его барьер давно погас, и он выглядел так, словно может упасть в любой момент. Рядом стояла Тали, её руки дрожали, а лицо было бледным до синевы, резервы полностью исчерпаны.
Лиза прижимала раненую руку к груди, кровь всё ещё сочилась сквозь импровизированную повязку. Она смотрела на меня с тревогой, но в её глазах не было страха, только беспокойство. За меня.
Тамамо тяжело дышала, девять хвостов безвольно свисали за спиной. Даже тысячелетняя кицунэ выглядела измотанной до предела.
Артём стоял рядом с Тали, его кинжал был обнажён, но руки дрожали от истощения. Нефритовое сердце пульсировало слабо, почти на грани отключения.
— Держитесь кучнее, — сказал я им негромко. — Будет трудно.
Они подобрались ближе друг к другу, понимая без слов.
Я повернулся к Марине.
— Хорошо, — произнёс я. — Вы победили. Забирай свои Метки.
Я протянул руку и девушка с готовностью подошла ко мне.
Процесс передачи был… неприятным.
Метки сопротивлялись. Они вросли в мою кожу, стали частью меня, и теперь не хотели уходить. Я заставил их, направив волю на разрыв связи. Чёрные символы задрожали, замерцали и начали перетекать с моей ладони на протянутую руку Марины.
Три знака впитались в её