Илья замер. Прислушался.
– Это нервы, – сказал он, хотя у самого что-то ёкнуло внутри от дурного предчувствия. – Слушай, если хочешь – оставайся. А я пойду проверю.
– Ты с ума сошёл? – выдохнул Артём. – Давай вернёмся в школу. Позовём остальных.
– Иди ты, – ответил Илья. – Я пока тут осмотрюсь.
Артём с облегчением кивнул, сделал шаг, потом второй, третий. И побежал. Илья опять посветил фонариком в трубу и, недолго думая, полез внутрь.
Под ногами попадались поломанные доски, обломки кирпича, всевозможный мусор. Потом показалась каменная лестница – узкая, ведущая вверх.
– Значит, не врали, – прошептал Илья.
Руки дрожали от холода. Он поднялся и увидел что-то похожее на небольшую дверцу, обитую металлом. Не с первого раза, но она со скрежетом поддалась.
Илья оказался в полумраке кабинета Корнеева.
Знакомый стол. Шкафы. Камин. Тяжёлые шторы. Всё выглядело так, будто сюда никто не заходил… и в то же время – будто кто-то побывал здесь совсем недавно.
На столе лежал журнал. Тот самый, что украли. На нём крупными буквами было написано: «Журнал успеваемости воспитанников. 1906–1907 гг.».
Сердце Ильи заколотилось так, что казалось, его стук разнёсся по всей комнате. Он потянулся к столу, коснулся обложки, взял находку в руки…
БА-А-АХ!
… Мир вокруг сузился до одного пятна света, до холодного блика экрана телефона. Илья стоял, схваченный Кротовым. Корнеев и директор Громов смотрели на него как на вора.
– Полицию пока вызывать не будем, – неожиданно сказал директор.
Корнеев резко обернулся:
– Алексей Сергеевич?!
– Я сказал «пока». – Громов властно поднял руку, требуя подчинения. – Сначала разберёмся.
Кротов не ослабил хватку. Его пальцы по-прежнему впивались в плечи Ильи.
– Откуда здесь журнал? – спросил директор. Голос его звучал как-то слишком заинтересованно.
Корнеев фыркнул:
– Оттуда же, откуда и сам Абрамов. Украл, а когда мы начали разбираться, – испугался и решил его подбросить, а мы его с поличным взяли.
– Я его не крал! – запротестовал Илья. – Он уже был здесь!
– Был, – язвительно повторил Корнеев. – Сам пришёл, значит?
– Я… – Илья сглотнул. – Я попал сюда через камин.
Корнеев рассмеялся неприятным скрипучим смехом.
– Через камин? Алексей Сергеевич, вы слышите? У нас тут, оказывается, подземные ходы.
– Я правда попал сюда по подземному ходу! – сбивчиво стал объяснять Илья. – Он есть. Вход снаружи. У реки. Я нашёл его. Там свежие следы!
– Достаточно, – перебил Корнеев. – Фантазировать будешь потом. Никакого подземного хода нет! Я проверял! Его давно замуровали.
Кротов чуть наклонился к уху Ильи:
– Лучше молчи.
И тут Илье стало по-настоящему страшно. Он почувствовал, что от Кротова отчётливо пахло апельсином.
Дверь снова открылась – на этот раз осторожно.
На пороге появились Кира, Сашка и Власов. Кира была бледная, с плотно сжатыми губами. Сашка держался прямо, но пальцы у него заметно дрожали. Власов выглядел так, будто его только что выдернули из ледяной воды.
– Можно войти? – Самсонов робко шагнул в кабинет.
– А вот и сообщники! – Корнеев с радостью и злорадством одновременно потёр ладони. – Я знал, что это ваших рук дело. И Власова вдобавок втянули.
Щёки Артёма вспыхнули.
– Мы с ребятами за вами пришли, – промямлил он и совсем тихо, так, что этого уже никто не услышал, добавил: – Но, похоже, опоздали.
– Иван Павлович… – попытался вмешаться директор.
– Нет, Алексей Сергеевич, – разошёлся Корнеев. – Всё ясно. Они действовали вместе. Тайное хищение чужого имущества, совершённое группой лиц по предварительному сговору.
– Это неправда! – возмутилась Кира. – Вы сами попросили нас помочь в расследовании. Вот мы и расследовали исчезновение журнала. Мы нашли следы вмешательства в записи с камер. Глушилку. Подземный ход!
– Хватит! – рявкнул Корнеев. – Факты говорят сами за себя.
– Какие факты? – не выдержал Сашка. – Что журнал вдруг очутился на вашем столе? Что…
– Вот именно, – вставил Кротов. Все обернулись. – Камеры не работали последние минут пятнадцать. Значит, проникновение было заранее спланировано. И Абрамов прекрасно это знал. Как и про апельсиновые косточки. – Охранник указал на стол, на котором в ровную линию лежали три зёрнышка апельсина.
Илья дёрнулся:
– Я ничего не знал! Ничего не крал и не подкладывал. Я хотел доказать, что…
– Ты хотел поиграть в сыщика, – отрезал Корнеев. – В Шерлока Холмса.
– Да я даже не читал эту книгу, – огрызнулся Илья.
– К тому же в рассказе про пять апельсиновых зёрнышек их подбрасывал преступник, а не сыщик, – заметил Сашка, ловко поймав Корнеева на том, что и он не читал знаменитый детектив.
Директор молчал. Он смотрел то на Илью, то на журнал, то на Кротова, то на апельсиновые косточки. Лицо его было неподвижным, как маска.
– Илья, – наконец произнёс он, – ты понимаешь, в каком положении оказался?
– Понимаю, – ответил Абрамов. – Но я не виноват.
– Это мы ещё выясним. Иван Павлович, – Алексей Сергеевич окинул взглядом присутствующих, – вызывайте отца Ильи. Пусть забирает сына до выяснения обстоятельств. Если вина будет доказана, подпишу приказ на отчисление. Всех остальных попрошу разойтись по комнатам.
Кротов разжал пальцы.
– Сидеть, – приказал он Илье.
Абрамов опустился на стул. Ноги вдруг стали чужими, ватными. В голове зашумело.
Кира смотрела на него – и в этом взгляде было всё: страх, злость, отчаяние и немой вопрос «что делать?».
– Я кое-что нашёл, – сказал Илья одними губами.
Сашка и Кира переглянулись.
Глава 8
Школа шепчет
Утро началось не как обычно. Школа в тот день не шумела – шепталась. Шёпот скользил вдоль стен, прятался в нишах между шкафчиками, зависал в коридорах, как пыль в солнечном луче. Говорили вполголоса, но все – об одном и том же.
– Журнал-то правда украли…
– Из кабинета Корнеева! Представляешь?
– Да кто полезет в кабинет Корнеева? Там же… Корнеев.
– А если не через дверь?..
– Говорят, есть ход… подземный…
– Да ладно. Это же легенда!
– Легенда или нет, а Илью-то поймали…
И тут уже никто не спорил: Илью поймали. Илью выставили преступником. Но верили ли?
Нет.
По школе очень быстро разошлась другая мысль: если Абрамов не крал журнал – значит, это сделал кто-то другой. И этот другой не только украл, но и провернул всё так, что виновным оказался любимый почти всеми Илья.
– Он бы, конечно, мог залезть куда-нибудь из любопытства, – тихо сказал кто-то у лестницы. – Но украсть? Абрамов? Смешно.
– Да не мог он…
– Зачем ему воровать? Это чушь!
– Говорят, из камина…
– Какого камина?!
Слух о подземном ходе распространился мгновенно. Никто толком не знал, откуда он взялся, но к обеду слово «камин» звучало так же уверенно, как «столовая» или «спортзал».
– У нас под школой тоннели…
– Они ещё с купеческих времён…