Рассказы были чем-то новым, они разлетались, как горячие пирожки, люди читали, требовали продолжения, обменивались листками… и постепенно привыкали к мысли, что Аляска — есть.
И что американцы ее осваивают, что они там себя вполне спокойно чувствуют…
Варя преследовала сразу несколько целей. И надеялась достичь хотя бы двух.
Если внушить своим, что на Аляске есть золото? Россия ее отдаст? Да никогда! Сама освоит и с радостным писком. Не сразу, но потихоньку, полегоньку… как там пелось? Золото манит нас?
О, да!
А России эти деньги лишними не будут, даже если раскрадут половину по дороге.
Ну и своей цели она добьется… будем надеяться. Но это чуть позднее, людей, вот именно что, надо приучить к мысли о главном, надо закупить реквизит, надо его сюда доставить, да и актеров еще дождаться…
И денег подкопить.
Первое время затраты будут очень большими, Варя это понимала.
— Давай я сейчас начну, а после завтрака будем разбираться с Наполеоном, ну и потом продолжим.
Мадам Изида, как приличная гадалка, принимала по ночам. Она же не для всякого быдла работает, а для высшего света, а те ночь гуляют, утром спят. Вот и Андрей Иванович только под утро появился.
— Давай. Про ту собаку…
Сейчас Варя диктовала «Зов предков». И подозревала, что брату и самому нравится. Записывал он с огромным удовольствием.
Вот и сейчас.
Перо, чернила, улыбка… откуда Варя и что знает, он даже уже не задумывался. Знает — и достаточно!
Как же хорошо жить полной жизнью, когда в ней есть цель, смысл, когда вокруг тебя все кипит и бурлит… он ведь и правда, еще не стар!
Как же это чудесно!
* * *
Наполеон проснулся и впервые за несколько месяцев улыбнулся солнечным лучам.
Он отлично выспался. Кровать была мягкой, белье чистым настолько, что даже дотрагиваться было страшно, блох и клопов здесь не было, а его одежду кто-то забрал и за ночь вычистил.
А еще удастся сэкономить на гостинице, и на питании… кажется, княжна не бедствует. И если ему правда помогут… он не просит подаяние, он все вернет! Им не так много и нужно!
Просто продержаться, закрыть долг отца… он сможет, он выплывет… ладно! Жозеф тоже сможет, он ему объяснит!
Служанка принесла таз и кувшин с горячей водой, Наполеон с удовольствием умылся, растерся мокрым полотенцем, воспользовался дорогим одеколоном, который стоял тут же, и решил спуститься к завтраку.
В гостиной ждали только его, это он понял сразу. Там уже были и Натали, и Барби, и незнакомый ему мужчина, явно тот самый брат, и Дениза, и несколько мужчин, которых он видел вчера. И они что-то слушали.
Наполеон прислушался.
О… собаке?
Вышел новый листок?
Парочку ему удалось прочитать, и неожиданно понравилось, но… мало! Потом он еще попросит! Почему нет?
Барби первая его заметила, и поднялась с кресла, радушно улыбаясь.
— Наполеон! Я так рада вас видеть! Как спалось?
— Прекрасно, благодарю вас.
— приказать подавать завтрак?
Урчание в животе ответило ей лучше всяких слов, но почему-то Наполеон не смутился. Так на него смотрели… без жалости, без сострадания, и не снисходили к нему, а просто приглашали за стол. Ну, голодный!
Кормить будем! Вот!
— Если вы позволите сопровождать вас к столу.
— а меня? — мадемуазель Натали сегодня выглядела просто очаровательно. Белое платьице, украшенное цветами из розовой ткани, розовые ленты в волосах, большие синие глаза сияют.
— Если позволите, у меня две руки.
— И обе они будут заняты. Желание дамы — закон, — мужчина поднялся с кресла, откладывая в сторону листки. — Князь Андрей Прозоровский, можно просто Андрэ. Я рад видеть вас в нашем доме, месье Буонапарте. Когда-то ваш отец, синьор Карло Буонапарте, помог моему отцу. Теперь пришло мое время вернуть долг чести и совести его сыну.
— Я тоже рад знакомству.
— И благодарю вас за помощь, которую вы оказали моей племяннице. Так удивительно переплетаются судьбы наших семей, ваш отец помог моему, теперь вы пришли на помощь Натали, я вижу, что на Корсике живут благородные и достойные люди!
Наполеон окончательно расслабился и пожал протянутую руку.
— Я не ждал такой встречи. Но Бог не оставил меня.
Несколько минут мужчины раскланивались, оценивая друг друга. Потом все же проследовали к столу и отдали должное завтраку. Варя ухаживала за своим соседом, который уписывал омлет за обе щеки, и думала, что плохой из нее убийца. Потом Наполеон может, и станет чудовищем, революция вообще таких порождает, что смотреть страшно. Но сейчас это обычный голодный мальчишка. И как его убивать?
Обогреть, накормить, помочь, а там… может, он и на Россию-то войной идти не захочет? Объединятся, да и завоюют Англию? Почему Англию? Ну, кого-то ж надо?
* * *
После завтрака Наполеон, Варя, Андрей и Наташа уединились в кабинете. Разговор был достаточно длинным. Наполеон рассказал и про грант, который получил отец, и про его обстоятельства, и… вообще! Он артиллерист, но больше просто некому.
Но и семью же не бросишь!
Воистину, прогореть на сельском хозяйстве — легче только пальцами пощелкать. Плантация тутовых деревьев.
Хммммм…
А у тутовника есть еще название шелковица.
А как насчет шелка? Или это не тот?
С этим вопросом Варя и пристала к Наполеону. Оказалось — тот, но вложений реально надо много. Очень много. Если бы у Карло все получилось семья бы хорошо так поднялась, это же шелк, это производство, а… а Карло умер.
Сам или помогли?
Могли помочь… тридцать девять лет — это разве возраст? *
*- теоретически Карло умер от рака. Практически, я сомневаюсь, что в те времена его могли диагностировать. И не стал бы он начинать серьезное дело, если бы себя плохо чувствовал. Прим. авт.
Семья Буонапарте и так была достаточно сильной, и родовитой, и Летиция много чего в приданое принесла, могли подняться повыше, а значит, мог найтись и кто-то, желающий их подбить на взлете. Зачем этим Буонапарте — деньги?
Перебьются!
Варя думала недолго.
Они переглянулись с Андреем, коротко посовещались на русском, пока Наташа занимала разговорами синьора Буонапарте и расспрашивала про итальянский язык. И Андрей озвучил решение.
— Лейтенант, вам нужны не только деньги, но и управляющий, который будет держать в руках хозяйство и помогать вашим родным, пока вы в отъезде. Верно?
Наполеон кивнул.