— Десять? Леди, это не смешно, — скривился Картер.
Остальные пока молчали.
Варя себя со стороны не видела, а между тем… она искрила!
Дай ей сейчас в руки лампочку, та бы загорелась, просто на чистом энтузиазме. И не просто она искрила!
Жизнь во Франции, постоянные разъезды, перебежки, жизнь на три дома и две личины, заставили ее подтянуться. Фигура сделалась стройнее, лицо моложе, глаза сверкали, движения были сильными и точными… Картеру она напомнила большую черную кошку, которую тот как-то раз видел в Лондоне.
Пантера металась по клетке, ярилась, показывая алую пасть, потом рывок — и когти словно на излете дотягиваются до одного из грузчиков. И тот падает с распоротым животом.
Может, впечатлению способствовало еще и черное платье, под которое Варя не стала поддевать ни кринолин, ни турнюр, и бархат струился вокруг ее ног, завиваясь и облегая откровеннее иных картинок для джентльменов.
— Я хотела предложить пять процентов на всех, взмахнула рукой Варя. — Но так и быть… когда вы поймете о КАКИХ суммах идет речь, вы перестанете спорить.
— Леди, — кашлянул один из моряков. Варя повернулась к нему, сощурилась.
Ах, памятью это тело обладало идеальной. Так и поверишь Шерлоку Холмсу — что чердачок-то конечен и не надо его забивать всяким хламом. А тут до ее подселения пространство между ушами было совершенно свободным. И Варя запоминала все с первого раза — и идеально!
— Мистер Гонсалес, я вас слушаю?
— Я правильно понимаю, вы без нас ничего сделать не сможете?
— Почему же. Смогу, — пожала плечами Варя. — Не обязательно здесь и сейчас, но смогу. Найду тех,. кто будет умнее. Но вы хотели спросить не об этом. Вы хотели знать, сможете ли ВЫ справиться без меня.
Кто-то из англичан владел мордами лучше, кто-то хуже, но Варя рассмеялась. Она попала в точку.
— Нет, господа. Первый раз, — она подчеркнула эти слова голосом, выделила их, и ухмыльнулась откровенно хищно. — Именно первый раз вы без меня не справитесь, потому что не представляете, КАК и ЧТО я хочу сделать. Потом — возможно, но сейчас вам будет выгоднее играть по моим правилам и обуть всю Францию, чтобы потом это повторить. Уже в другой стране.
Мужчины переглянулись.
— Когда я вам расскажу ту часть плана, в которой вы будете принимать участие, вы сами все поймете, — Варя прошлась по комнате, тряхнула волосами. Она их не пудрила, краску не смывала, отчетливо понимая, что смысла нет. Черный же.
Радикальный.
Поэтому менять внешность надо доступными способами.
У мадам Изиды челка и агрессивный макияж, который полностью убирает личность.
У Барбары волосы убраны со лба и частично стянуты на затылке, а лицо подкрашено совсем в другом стиле. Оно сильно выбелено, помада изменила контур губ, а румяна — овал лица. Если уметь, это не так сложно. Варя не слишком умела работать с местной косметикой, но Даша ей показала.
Та женщина?
Не та?
Когда Варя смоет всю краску, она будет похожа на себя, нынешнюю, как, скажем, родная сестра. Сходство есть, кровь явно общая, но люди-то разные!
Еще оставалась пластика, локомоторика, то есть движения, но… как двигается женщина в корсете — и без корсета?
Считайте, это две разные женщины!
Мадам Изида носила египетские шлепанцы, считайте, «танкетку», которая сильно меняла походку и мельчила шаги.
В этой комнате Варя двигалась, как ей захочется.
А вот когда она будет в платье, корсете, кринолине и с положенной прической… да ее никто не узнает! Разница — громадная!
— Вам придется поделиться на несколько групп. Группа первая — вы, милорды. Сэр Брайан Хьюстон, сэр Картер.
— Я не…
— Поверьте, с вашими деньгами, вы будете и сэром и пэром, — отмахнулась Варя. — а пока вы — сэр. Точнее, потомок старого рода, который уехал в Колонии и там заработал, а с началом войны ваши дела понесли расстройство, потому что вы находитесь на стороне метрополии. Душой и сердцем. Вы все, господа!
Господам было глубоко плевать на колонии — метрополии, лишь бы заработать, но так тезис отторжения не вызывал. Страна, которая грабит других, живет богаче, под этим девизом Англия и жирела на чужой крови. *
*- кто не верит — см. Индия. И что там эти товарищи делали. Или Китай. Или английские пираты — тоже признанные. Чтиво не на ночь, стошнит от омерзения. Прим. авт.
— Вы, трое… нет, пожалуй, четверо, — Варя движением головы отделила от остальных Берри, Коллинса и Райта, — вполне сойдете за чиновников. Таких, серых, скучных, без которых не движется никакое дело. Снабжение, снаряжение, корабли… ах, да мало ли! Я сейчас рассказывать полностью не буду, мы все еще обговорим, пока у нас есть время. И остальные… господа, кто из вас умеет лучше всего обращаться с собаками?
Руки подняли Холт и Кастро.
— Отлично. Вы все, семеро, с этого дня золотоискатели. А вы двое, отдельно, еще и погонщики на собачьих упряжках.
Взгляды были одинаково ошалелыми и всех трех категорий.
Че-го⁈
Каких-таких собачьих… вас никто не покусал, леди?
Но промолчали все, и это лишний раз доказывало, что Роджер не ошибся. Варя кивнула.
— Грамотные среди вас…
Грамотными оказались оба «лорда», Берри, Коллинс, Райт, Кастро и Гонсалес. Остальные читали плоховато, писать не умели вообще. Что ж, Варю это не смутило.
Главное — они умеют разговаривать на нужном языке. И всем им нужны деньги, много денег, очень много…
— Вы только что приехали из Англии. Вы устали, вам надо покушать, отдохнуть дня три… я вам даю эти три дня. Вы их проведете в этом доме. Прошу отнестись со всей серьезностью к моим словам — выходить на улицу вам пока нельзя. Вообще.
Мужчины переглянулись.
— Париж должен увидеть вас в правильном образе. Иначе мы можем проиграть еще до начала нашей авантюры. И вы не заработаете денег, а это плохо.
С этим мужчины были согласны. И то… три дня?
Ни о чем.
— Точно так же прошу не приглашать в этот дом женщин. Вино есть, но некрепкое и в небольшом количестве. А вот чем занять это время… сэр Картер, сэр Хьюстон, я могу на вас рассчитывать?
— Леди? —