— Я знаю, — прошептал Йорг. Его голос был таким тихим и дрожащим, что Лианна едва его расслышала. — Если они смогут проследить сигнал до моего терминала… они доберутся до моей семьи. До Миры и Лины… Они сделают это раньше, чем я успею понять, что произошло.
— Именно поэтому мы не будем ломать дверь, — Лианна подняла на него глаза, и в её взгляде была такая непоколебимая уверенность, что Йорг на мгновение перестал дрожать. — Мы построим мост. Свой собственный, секретный проход прямо в сердце их системы.
Она увеличила один из участков схемы. Это был невероятно сложный узел квантового шифрования, похожий на запутанный клубок светящихся нитей.
— Твоя задача — самая опасная, Йорг. Тебе нужно будет, используя свои права доступа администратора, на доли секунды создать микроскопический разрыв в протоколе безопасности. Представь, что тебе нужно открыть окно во время урагана. Всего на одно короткое мгновение. Но этого мгновения мне должно хватить.
Йорг нервно сглотнул. Его пухлые руки, безвольно лежавшие на коленях, снова задрожали.
— А что потом? Что будет потом?
— А потом я пропущу через это «окно» свой код. Это не вирус, пойми. Это… призрак. Фантомный протокол, который я писала без сна последние трое суток. Он не будет ничего атаковать. Он просто встроится в их систему и замаскируется под обычный служебный трафик. Он будет имитировать сердцебиение их сети, станет её незаметной частью. Он будет спать, не подавая абсолютно никаких признаков жизни. До тех пор, пока мы не пошлём ему специальный сигнал. Нашу колыбельную.
— И тогда… — с замиранием сердца начал Йорг.
— И тогда он проснётся, — закончила Лианна, и её губы сжались в тонкую линию. — И на несколько драгоценных минут даст нам полный, абсолютный контроль над тем сектором, где он находится. Мы сможем отключать камеры, открывать любые двери, отдавать ложные приказы патрульным дронам. Мы станем настоящим призраком в их машине. И это наш единственный шанс вытащить твою семью с Элизиума-4.
Йорг надолго закрыл глаза. Он представил лицо своей жены Миры, её тёплую улыбку. Представил, как смеётся их маленькая дочь Лина. Этот простой, но такой дорогой образ дал ему силы. Он открыл глаза.
— Хорошо, — его голос всё ещё немного дрожал, но в нём появилась сталь. — Ради них… я готов на всё. Говори, что мне нужно делать.
Началась самая опасная и напряжённая часть их плана. Лианна, словно дирижёр, отдавала короткие, чёткие команды. Йорг, обливаясь холодным потом, выполнял их с невероятной скоростью. Его пальцы, обычно такие неловкие и толстые, летали над клавиатурой с точностью нейрохирурга. На главном экране замелькали бесконечные строки кода, полились бурлящие потоки данных. Они вскрывали защитную систему, как опытные взломщики, слой за слоем снимая защиту, подбирая ключи и обходя ловушки.
— Сейчас, Йорг! Приготовься! Открывай! — почти крикнула Лианна.
Йорг с силой нажал последнюю комбинацию клавиш. На схеме сети на одно неуловимое мгновение вспыхнула и тут же погасла крошечная красная точка. Окно было открыто.
— Пошёл! — выдохнула Лианна, отправляя свой код в эту только что созданную брешь.
На экране появилась тонкая, почти невидимая нить света, которая змеёй устремилась вглубь вражеской сети. Она извивалась, словно живая, обходя системы защиты, которые выглядели как острые скалы, маскируясь, постоянно меняя свою цифровую сигнатуру, чтобы обмануть сторожевых псов системы.
— Давай, давай же, малыш… — шептала Лианна, до крови закусив губу.
Прошла минута, которая показалась им обоим вечностью. А потом светящаяся нить достигла своей цели, центрального узла, и… растворилась. Просто исчезла без следа, будто её никогда и не было.
— Всё? — с отчаянной надеждой в голосе спросил Йорг.
— Не знаю, — честно ответила Лианна, не отрывая взгляда от экрана. — Сейчас мы это проверим.
Она отправила в пустоту короткий, зашифрованный до неузнаваемости импульс. Сигнал, который должен был услышать только их «призрак». Они затаили дыхание, боясь даже моргнуть.
И через несколько мучительно долгих секунд из самых глубин вражеской сети пришёл ответ. Одна-единственная точка, вспыхнувшая зелёным на экране и тут же погасшая. Их условный знак. «Я на месте. Жду приказа».
Йорг без сил откинулся на спинку своего кресла. Он даже не заметил, как по его лицу потекли слёзы облегчения. Лианна позволила себе первую за последние несколько дней слабую, измученную улыбку.
— У нас получилось, Йорг, — тихо сказала она. — Мост построен. А теперь сиди тихо. Я прикрою твои следы, сотру все эхо-сигналы. Они ничего не найдут. Я обещаю.
Она отключила связь. В командном центре снова воцарилась гулкая тишина, нарушаемая лишь мерным гулом серверов. Они сделали это. Они построили свой призрачный мост прямо в логово врага. Теперь оставалось самое сложное и самое страшное — однажды решиться и пройти по нему.
Глава 5
Мостик флагмана Рики Гонсалеса, который назывался «Неутолимый», был точным отражением своего хозяина: огромный, грубый и воняющий кровью, перегаром и властью. Вместо удобных кресел для экипажа тут стояли троны, которые сварили из обломков захваченных кораблей. Стены были «украшены» всяким хламом, который Рика считал трофеями — черепами каких-то непонятных существ, ржавым оружием и флагами врагов, которых он когда-то победил. Сам Рика, громадный нарв, похожий на человекообразную акулу, развалился на своём троне, лениво постукивая длинным когтем по подлокотнику из покорёженного металла. Дышать на мостике было тяжело, воздух казался густым и неприятным.
Перед ним, дрожа от страха, стояли трое его лучших шпионов. Они принесли доклады и теперь, перебивая друг друга, спешили выложить всё, что знали, ужасно боясь разозлить своего повелителя.
— Всё так, как вы и предполагали, великий Рика! — заикаясь, начал первый. Это был мелкий гуманоид с крысиной мордочкой, который отвечал за сбор слухов в портовых барах. — Этот… Импульс… он действительно улетел! Мой человек своими ушами слышал, как два охранника из новой службы безопасности жаловались друг другу, что их новый босс просто бросил их и свалил в неизвестном направлении. Говорят, на станции сейчас полный бардак, все бегают, как куры без голов! Никто ничего не понимает!
— А деньги, босс, деньги! — подхватил второй, толстый и склизкий, как слизень. Он был