– Всё немного сложнее.
Нет, всё гораздо сложнее. В Москве мой дом, моя семья, друзья. А здесь? Юра замечательный, но что будет, когда наше с Гордеем пари подойдёт к концу? Наше с Юрой соглашение чем-то похоже на летний лагерь – вы дурачитесь, каждый день выполняете какие-то квесты, но в итоге смена всегда заканчивается и приходится разъезжаться по домам.
– А Юра тебе разве не нравится?
От этого вопроса я чуть ли не поперхнулась кофе.
– Ч-что? – переспрашиваю, прикидываясь глухой.
– Юра, – безжалостно повторяет Марта, – он тебе не нравится?
– Он… он замечательный, – говорю я растерянно. «И вчера в клубе я чуть не расплавилась от его прикосновений», – но этого я уже не озвучиваю.
– И всё? – выдыхает разочарованно девушка.
– О чём болтаете? – Из зала на террасу выходит Юра. – Вы всё же познакомились.
– Я спросила у Полины, что она о тебе думает, – бойко отвечает брату Марта, и я непроизвольно пинаю её в бок локтем.
– И что же? – Юра спрашивает сестру, но смотрит прямо на меня. Глаза в глаза. И от этого проницательного взгляда мне хочется провалиться.
– Что ты тормоз и мог бы проявлять свою симпатию к ней как-то более явно, – говорит Марта.
– Я этого не говорила! – прерываю я её.
Юра всё так же смотрит на меня, затем переводит взгляд на сестру и кивает на выход:
– Беги, пока не заставил перемывать посуду.
– Я могу подать на тебя заявление за использование детского труда, – парирует Марта.
– Ещё одно слово, и придётся подавать заявление за убийство.
Марта фыркает, но всё же встаёт.
– Была очень рада познакомиться, – обращается она ко мне.
– И я. – Знакомство выдалось весьма впечатляющим. – В эту пятницу бабушка проводит книжный клуб, если хочешь, приходи, буду рада тебя видеть. Будут обсуждать мою книгу.
– О, спасибо! Я приду! Обязательно! Спасибо, спасибо, спасибо! А какую книгу будете обсуждать? Я читала все. Но я обязательно перечитаю к обсуждению!
– Я тебе всё передам, – поторапливает её Юра. – Вали давай.
Марта уходит, и тогда мы с Юрой остаёмся на террасе вдвоём.
– Надеюсь, Марта тебя не сильно достала. – Юра садится на место Марты.
– Ничуть, она очень даже милая.
– «Милая» и «Марта» – два несовместимых понятия, ты ещё пожалеешь, что позвала её на собрание книжного клуба.
– Ты слишком строг к ней.
– Вот когда она случайно спалит твоей бабушке дом, тогда и поговорим. А сейчас пойдём, и так задержались.
– И зачем ты просил меня взять купальник? – спрашиваю я его, когда мы покидаем кофейню. – Не говори, что мы едем в баню.
– А ты бы пошла со мной в баню? – спрашивает Юра, вскидывая брови вверх и как-то странно улыбаясь.
– А что такого? – говорю я, а сама отвожу взгляд в сторону. – Мы с мамой раньше часто ходили в баню.
– То есть и отпарить меня можешь?
– Могу.
– Нет, Полин, в этот раз мы не в баню, но я заинтригован. Обещаю, туда мы тоже дойдём. Только учти, я люблю пожёстче.
Фраза явно звучит двусмысленно. Я лишь угукаю и скорее направляюсь к выходу. Лишь бы не смотреть в этот момент на Юру.
– Что с Яной? – спрашиваю я, когда мы садимся в машину.
Вчера мы провели в клубе два часа, из них час я сидела у Юры на коленях, пока брюнетка прожигала меня убийственным взглядом.
– Судя по тому, что утром мне позвонила мама и наехала за то, что я её обидел, всё получилось.
Ещё бы! Мы отыграли влюблённую пару так хорошо, что даже я в моменте поверила в то, что между нами что-то есть. Глупая.
Горы сменяют холмы; минуя аэропорт и Олимпийский парк, выезжаем к морю. Не на центральный пляж, гораздо дальше. Здесь нет ни людей, ни лежаков, ни шезлонгов, только маленькая будочка, возле которой стопкой сложены разноцветные сапы.
– Я не умею, – поспешно сообщаю я Юре.
– На то и расчёт, – спокойно отвечает на это парень.
Он уверенно проходит к будке и дёргает дверь на себя. Та, к удивлению, легко открывается, и Юра скрывается внутри.
– Ты уверен, что это вообще законно? – спрашиваю я его, озираясь по сторонам. Сейчас нас точно кто-нибудь увидит и вызовет полицию. Вот Гордей поржёт, увидев новости: известная писательница из Москвы вместе с соучастником ограбила инвентарную будку на берегу Адлера.
– Не волнуйся, хозяин будки – мой друг. – Юра появляется в проёме, звеня связкой ключей. – Вот, даже ключи оставил, просил закрыть, когда будем уезжать.
Юра выходит из будки и протягивает мне пакет с антискользящими тапками.
– Держи, иди переодевайся.
– А ты? – глупо спрашиваю я его.
– А я вот. – Юра быстро снимает с себя кофту и штаны, под которыми всё это время, оказывается, скрывались плавательные шорты. Невольно зависаю на его обнажённом торсе. Если в рубашке он выглядел идеально, то без неё… ужасно, вопиюще, неприемлемо неприлично. Кто бы мог подумать, что за оверсайзом Юра всё это время прятал спортивный торс с шестью кубиками пресса и ярко выраженными косыми мышцами живота?
– Не думала, что ты занимаешься, – зачем-то озвучиваю я свои мысли, одновременно пытаясь вернуть голосу адекватное человеческое звучание.
– Да ничего такого, таскаю пятилитровки из подсобки.
Тоже пятилитровки потаскать, что ли… Дёшево и, главное, действенно.
– Что, нравлюсь? – спрашивает Юра.
Глаза парня насмешливо блестят. Знает, что хорош и какое внимание привлекает к себе. И я почему-то воспринимаю это как вызов. Тоже стягиваю с себя кофту прямо на пляже. Кидаю её вместе с брюками на камни к Юриным вещам. Теперь на мне только слитный белоснежный купальник на тонких бретельках с открытой спиной. Пусть я не таскаю пятилитровки, но трижды в неделю упахиваюсь в зале. Я тоже ничего себе. Улыбка с лица Юры пропадает, взгляд становится внимательнее и серьёзнее.
– Что, нравлюсь? – повторяю я за Юрой, на что парень криво усмехается. Прохожу мимо него к сапам: – Ну, что дальше? – громко спрашиваю я, делая вид, будто бы между нами нет никакого напряжения.
– Сейчас. – Юра подходит ко мне и поднимает с камней белый сап. – Держи. – Сам берёт себе чёрный.
У воды он проводит мне краткий инструктаж, объясняя, как держать равновесие. Волн нет, и на берегу всё выглядит довольно просто.
– Лучше держи его так. – Юра подходит со спины и помогает мне правильно взять весло. Когда наши оголённые участки кожи соприкасаются, я невольно дёргаюсь, но Юра, словно не заметив этого, продолжает сжимать мою ладонь длинными, немного сухими пальцами. – Поняла?
– Угу, – киваю я, неотрывно смотря на наши переплетённые пальцы.
То, что представлялось простым на берегу, в воде кажется совершенно невозможным. Я в своём