– Да, конечно, вот. – Борис достаёт из ящика стола небольшую стопку документов и кладёт передо мной. – Пока подписываешь, надо обсудить твой новый роман. Ваше с Полиной пари вызвало настоящий бум в буктоке, читатели строят теории, всё так расфорсилось, что отдел прав даже намекает на возможность экранизации твоей любовной книги, нам надо срочно готовить её к печати.
– По условиям пари, наши книги должны месяц провисеть в самиздате, чтобы по продажам выявить победителя.
– Хорошо. – По тому, как Борис произносит это, понятно, что такая задержка явно не входила в его планы. – Но можем уже начинать работу и готовить к печати, нужно быстро найти художника, дать ему ТЗ на обложку, и чтобы после оглашения победителя мы сразу выложили анонс.
– У меня уже есть подходящий художник, – сообщаю я Борису.
– Правда? Очень хорошо. Сколько у него подписчиков?
– У него нет социальных сетей, – снова разочаровываю я мужчину.
– Гордей. – Борис устало потирает глаза. – Ну, мы же не благотворительный фонд, чтобы давать шансы и помогать с раскруткой начинающему художнику. Тем более для этой книги. Нам нужен художник, у которого тоже уже есть имя и подписчики. Меня гендир сожрёт на защите.
– Думаю, для хороших охватов моих подписчиков должно хватить, – отвечаю я на это Борису и ставлю точку в разговоре. – По художнику я всё уже решил.
– Хорошо, – произносит сквозь зубы Борис. Был бы я начинающим писателем, он бы давно меня послал, но сейчас ему приходится мириться с моим мнением. – Тогда передай своему художнику все ТЗ и скажи, что через неделю я жду эскиз обложки на согласование. И если это окажется сам знаешь чем, ты лично пойдёшь защищаться перед гендиром.
– Договорились, – удовлетворённо соглашаюсь я, ставлю последнюю подпись и, попрощавшись, покидаю кабинет.
С Яриком, моим выпускающим редактором, пересекаемся прямо в коридоре.
– О! – восклицает он вместо приветствия. – Ты ко мне?
– Привет, – пожимаю Ярику руку, – ага.
– У бренда был?
– Только от него.
– Отлично, давай тогда спустимся за кофе?
Спустившись на первый этаж и отстояв очередь в столовой издательства, садимся с Яриком за свободный столик.
– Дело такое, – начинает он, параллельно набивая рот едой, – тебе хотят присвоить статус ВИП-автора.
– И что это значит?
– Ну, усиленная реклама, это и так понятно, увеличенный бюджет на гастролирование по стране – условно говоря, можем смело повышать тебе класс до комфорта плюс, – смеётся Ярик. – Весь мерч за наш счёт, плюс подарочные издания и лимитки.
– А процент?
– А ты молодец, – хмыкает выпускающий. – Его тоже поднимем. Договор на ознакомление пришлю в начале следующей недели, окей?
– Окей.
Неожиданно через два стола от нас замечаю знакомое лицо. Девушка с тёмными волосами о чём-то увлечённо болтает со своей коллегой и не замечает меня.
– На кого залип? – Ярик оборачивается на стол, где сидят девушки. – А-а-а, новенькие, перевелись на днях. Познакомить?
– Уже знакомы, – коротко отвечаю я Ярику и встаю из-за стола.
Когда Маша меня замечает, её брови подпрыгивают вверх от удивления.
– Гордей! – зовёт меня девушка.
– Привет.
– Настя, это Гордей. – Маша представляет меня своей подруге. – Гордей, это Настя.
– Будем знакомы. – Я киваю девушке.
– Давно вернулся? – спрашивает Маша.
– Позавчера.
– А Василиса?
Странный вопрос.
– В Берёзках.
– Значит, не сработало, – тихо говорит Маша, отводя глаза в сторону.
– Не сработало что? – И, столкнувшись с молчанием, повторяю вопрос: – Что не сработало, Маш?
– Давай отойдём, ладно? – поджав губы, отвечает девушка.
Молча киваю на выход и вслед за девушкой покидаю столовую.
– Ну? – нетерпеливо спрашиваю я, когда мы выходим на улицу.
– Обещай, что не скажешь Василисе, что это я тебе сказала, – умоляюще просит Маша, нервно теребя край футболки.
– Ты скажешь уже, в чём дело?
– Ты так и не понял, да?
– Не понял что?
– Помнишь, ты позвал меня на свидание, а я сказала тебе, что болею?
– Ну?
– Я тебе соврала, я не болела.
– И зачем?
– Затем, что Вася попросила так тебе сказать, – отвечает Маша, и меня словно холодной водой из ведра окатывает. Точно бред.
– Она сама загадала, чтобы я позвал тебя на свидание. Зачем ей делать это и потом просить тебя всё отменить?
– Очевидно, чтобы самой пойти на свидание с тобой.
– Я ведь мог просто тогда всё отменить.
– Но не отменил.
Не отменил, верно.
– А Илья?
Она точно любит его. Я видел их поцелуи, их переплетённые руки, объятия у ворот.
Маша прикусывает нижнюю губу и показательно смотрит на часы.
– Слушай, мне бежать пора, – говорит она извиняющимся тоном. – Я и так сказала больше, чем должна была. У меня сейчас защита. – Она делает несколько быстрых шагов в сторону входных дверей. – Сам понимаешь, не могу опаздывать. – И уже у самого входа говорит прощальное: – Будешь здесь, пиши, выпьем по чашке кофе. Пока!
Вместо того чтобы вернуться к Ярику, вызываю такси. Таксист всю дорогу достаёт неуместными вопросами, и в конце концов я не шибко вежливо прошу его заткнуться. Из-за ремонтных работ на пути образовалась пробка, и я решаю выйти из машины и дойти пешком. До дома чуть больше полутора километров – есть время, чтобы всё обдумать.
Ещё раз. Василиса попросила Машу мне соврать, но, если это правда, это означает, что у Васи есть ко мне чувства. Если так, то что в этом уравнении делает такая переменная, как Илья? И я точно видел в Васиных глазах испуг, когда её поцеловал. Она не хотела этого поцелуя. Не хотела ведь? Чёрт! Своими словами Маша сделала самое ужасное – поселила во мне сомнения. Ужасное даже не потому, что прямо сейчас я нахожусь в Москве, а Василиса в Берёзках, а потому, что не знаю, что буду делать, если надежды окажутся ложными. Снова пережить немое отвержение в Васиных глазах. Но как не попытаться?
В кофейне я сказал Полине, что завидую ей, ведь ей есть к кому возвращаться. Но что, если мне тоже?
Глава 16. Всё тайное становится явным
Полина
В этот раз я не замечаю ни полюбившихся мне пальм, ни зазывающих таксистов, ни изнуряющей жары. Не замечаю даже, когда кто-то в толпе врезается в меня и чуть не выбивает из рук сумку. Сразу бегу на вокзал – «Ласточка» прибудет через пять минут, я должна успеть. В этот раз меня никто не встречает, бабушка и Бернард даже не знают о том, что я прилетела. В руках всего одна небольшая сумка, неразобранный чемодан мама отправит почтой, если сегодня я решу окончательно здесь остаться. От волнения меня всю потряхивает, но я решила – мне нужно просто снова увидеть Юру, и